POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Пятница, 19 января 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

15.11.2017 18:30
С какими правами будут работать в России граждане Кыргызстана? В июле президент России Владимир Путин подписал закон, разрешающий гражданам Кыргызстана работать в РФ на транспортеКомитет Госдумы России по транспорту и строительству рассмотрит запрет на вождение автомобиля по национальным правам Кыргызстана. Законопроект, запрещающий использование кыргызских удостоверений, инициирован депутатом от ЛДПР Игорем Лебедевым. Он внес его 27 октября, после предложения Президента Кыргызстана Алмазбека Атамбаева сделать 7-8 ноября Днями истории и памяти предков. В республике это предложение восприняли как наступление на права и законные интересы кыргызстанцев, работающих в России. Нужно напомнить, в июле Президент России Владимир Путин подписал закон, разрешающий гражданам Кыргызстана работать в РФ на транспорте, не имея при этом российских водительских прав.


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Почему не состоялся диалог власти с оппозицией?

20.04.2012 16:48 - Polit.kg

Несостоявшаяся встреча главы Кабмина Кыргызстана  Омурбека Бабанова с лидерами оппозиции, широко освещавшаяся СМИ как прецедент «некрасивого» и, откровенно говоря, алогичного поведения отечественных политиков -  один из симптоматичных примеров отсутствия в стране общенационального диалога. Так считают независимые эксперты. Как наладить коммуникацию между разными ветвями власти?  Кем и на каких уровнях должен вестись этот диалог, и какова роль гражданского сектора в  принятии общественно значимых решений? Эти вопросы даже более существенные, чем «кто и почему не пришел?».  

 

Осадок от «неявки» главных оппозиционеров действительно остался, сродни тому, какой бывает на ином свидании: молодой человек ждал, а девушка не пришла.  И ладно бы встреча была назначена у памятника в тихом парке, а то ведь в самом людном месте, при таком скоплении народа… Неприятно. И реноме свое оппозиционные политики, конечно, подпортили («было бы что портить» – скептически хмыкнет кто-нибудь), и осуждению они подверглись, как та самая девушка, потому что подобное поведение вряд ли престало серьезному государственному деятелю. Хуже другое: в Кыргызстане в принципе отсутствует платформа для переговоров власти и гражданского общества. Эксперты сходятся во мнении на том, что стране необходим общенациональный диалог, для которого понадобятся существенные изменения концепции взаимодействия различных политических и общественных институтов внутри страны.               

 

Шерадил Бактыгулов, эксперт по государственному управлению: «Есть понимание того, что общенациональный диалог необходим, но в принципе, этим все и ограничивается. Предлагаемые форматы и повестка дня концептуально ничем не отличаются от того, что было в Германии 30-х годов и в России 90-х. Отсюда следует вывод, что предлагаемые форматы, столетней давности методы порядком устарели. Если речь идет о проведении действительно эффективного, а не эффектного общенационального диалога, надо выработать понимание трех базовых вещей:

Во-первых, это понимание термина «общенациональный диалог». Думаю, не нужно объяснять, что население Кыргызстана 5 млн. человек, и собрать их всех вместе для обсуждения той или иной повестки дня невозможно. Надо разобраться - если мы говорим «общенациональный», то о какой выборке делегатов и на каких уровнях идет речь? Какой должна быть методика отбора участников мероприятия? Существующие сегодня в Кыргызстане общественно-политические группы неоднородны, и это, кстати, нормально, и даже при Советском Союзе этой однородности не существовало. Каждая группа сформирована по собственному признаку: по родовому, по общности политических убеждений или бизнес-интересам. Кроме того, один человек может быть участником сразу нескольких объединений, порой взаимоисключающих друг друга, даже одновременно легальной и нелегальной групп.

Вторая проблемапроистекает из волевого характера диалога, т.е. в подобных мероприятиях, как правило, принимают участие люди, отобранные властью: представители различных этнических групп, государственных и общественных структур и т.п. При таком формате сразу возникает противодействие – с одной стороны представители власти, с другой - все остальные. Тогда диалога нет, он уступает место взаимным упрекам. Так было и раньше, и это выливается в некие наказы, что надо сделать, а чиновники со своей стороны начинают рассказывать, что они уже сделали для светлого будущего страны (только непонятно, для какого именно). Здесь и корень проблемы: это все-таки диалог двух сторон перед собранием людей или беседа нескольких сторон? Необходимо определиться, какие стороны будут выступать в качестве героев этого диалога. У нас есть несколько площадок, начиная с Ассамблеи народов Кыргызстана, предназначенных для проведения различных форумов, тематических встреч, конференций, т.е. присутствуют совершенно разные форматы и тематики. Возникает вопрос: почему у нас после таких мероприятий остается ощущение безысходности, и мы не можем говорить о том, что состоялся полноценный диалог. Ответ на этот вопрос заключается в том, что такие мероприятия лишь по форме похожи на диалог, но суть - монолог лектора/лекторов на заданную тему.

Третья проблема – что собственно обсуждать, чтобы форум не стал формальным? Формат данных мероприятий создает только видимость того, что люди собрались обсудить ту или иную проблему, на народные курултаи приезжают до 200 тыс. делегатов, с таким количеством людей решить проблему невозможно. Можно только дать ответ на вопрос в форме «да или нет», «правда-неправда», «согласны - не согласны». Так какие же вопросы должны выноситься на обсуждение, и какой должна быть их постановка? Опыт ранее проводимых мероприятий показывает, что обычно все проходит в таком примерно формате: выступает пять-шесть отобранных делегатов, потом представители прессы и другие участники задают им вопросы, после выражают слова благодарности устроителям и расходятся. А потом благополучно забывают тему обсуждения (в целом это закономерный результат). И так происходит не от того, что организаторы или участники плохие, а от того, что само обсуждение организовано ради извлечения сиюминутной выгоды в сложившейся ситуации. К примеру, по судебной системе страны власти пытаются решить частные вопросы с людьми на местах, которые пытаются контролировать судебную ветвь власти. Это может привести только к тому, что поменяется группа лиц, данную ветвь контролирующих. Кстати, смена власти в связи с новыми парламентскими выборами в 2014 году или президентскими в 2016 тоже грозит стать очередной сменой контролеров. Но проблема-то судебной системы от этого не изменится, и мы будем обречены десятилетиями топтаться на месте. Следовательно, должна обсуждаться не частная проблема с «нехорошими» людьми, а проблема, например, обеспечения баланса между интересами людей, стремящихся контролировать судебную систему, или проблема равноправного и обоснованного применения судьями законов. Поэтому, если мы хотим, чтобы общенациональный диалог был успешным, надо поднимать глобальные вопросы: какой должна быть судебная ветвь власти через пять-десять поколений кыргызстанцев, чтобы она могла обеспечивать интересы каждого гражданина, а не то, кем сегодня заняты судейские кресла.

Общенациональный диалог действительно  нужен, и его успешность тесно связана с повесткой дня и заданным форматом. Каждый житель Кыргызстана знает, что происходит в стране, и у каждого есть свой рецепт решения проблем, но практически нигде и никем не обсуждается, какой быть республике через 100-200 лет, об этом даже не задумываются. Проблема в том, что предложения по выходам из кризисных ситуаций сегодняшнего дня должны бы быть дополнением к глобальным вопросам, которые надо было обсуждать еще 20 лет назад, когда страна обрела суверенитет. Если этого до сих пор нет, то не факт, что через 30-40 лет наша страна останется хотя бы на том уровне, какой она имеет сейчас.

Таким образом, в рамках стратегии общенационального диалога предметом обсуждения должны быть методы достижения долгосрочных целей, а не благие пожелания друг другу. Говоря о формате, можно предложить сетевой принцип, который активно применяется в бизнесе - когда осуществляются контакты в рамках сетевой близости участников. Так намного легче определить того человека, который может стать наиболее эффективным распространителем информации и носителем волеизъявления своей группы. Сеть строится на основе общности интересов, хороший пример в этом отношении спортсмены - среди них множество людей разного возраста, этнической принадлежности, места жительства, но все они объединены тем видом спорта, которым занимаются, понимают друг друга. У нас такой подход не работает. Отбирают людей от регионов, по этническому, гендерному и возрастному признаку, и все – чистая формальность. Поэтому, говоря об эффективном общенациональном диалоге, надо начинать определять подобные сетевые структуры на местах, а созыв форума или конференции – это всего лишь форма организации людей».

 

Тамерлан Ибраимов, директор Центра политико-правовых исследований: «Для меня ответ на вопрос -  нужен ли общенациональный диалог? -  очевиден:  да, в первую очередь потому, что в стране существует множество проблем национального масштаба, и по этим проблемам высказываются самые разные мнения. Единого мнения по поводу того, как решать ту или иную общественно значимую проблему нет, а решение искать необходимо. Сегодня мы все - свидетели политических баталий, взаимных обвинений и претензий, и я спрашиваю себя: является ли это свидетельством существования диалога? Нет, потому что обсуждаются не общественно значимые проблемы, а сиюминутное положение расстановки политических сил в государственно-управленческой иерархии.

Основная претензия оппозиции к власти: «Уйдите, мы придем на ваше место и будем работать лучше». Правительство в ответ говорит, «ничего подобного, мы хорошо работаем», сами выставляют себе оценки «хор.», «отл.» и заявляют, что «оснований для нашего роспуска нет» - примерно на таком уровне проходит диалог власти с оппозицией. И это, конечно, не пример общенационального диалога. Если бы они обсуждали те или иные направления экономической политики, долгосрочные стратегические проекты, можно говорить хотя бы о том, в каком направлении, правильно или нет, происходит взаимодействие, но что оно, по крайней мере, есть. У нас же не совсем понятно, кто с кем разговаривает и о чем - тотальное непонимание друг друга, отсутствие основополагающих, базовых принципов взаимодействия, необходимых для того, чтобы стороны могли договариваться и понимать, о чем идет речь.

Еще стоит упомянуть, что, к сожалению, до сих пор многие общественные и политические группы проявляют нетерпимость по отношению друг к другу. С большой натяжкой можно назвать общенациональным диалогом обсуждение в течение нескольких лет конституционной реформы. Необходимость реформы  появилась в связи с тем, что общественность выражала крайнее недовольство той формой государственного управления, которая существовала, уровнем коррупции и непотизма. Поэтому появилась идея того, что реформируя конституцию, систему органов высшей государственной власти можно найти выход из ситуации. По поводу конституционной реформы было высказано множество мнений со стороны политических и общественных групп, независимых экспертов и т.д., потом часть представленных предложений просто не была учтена, и в итоге общее впечатление от «диалога» оказалось смазанным.

Хочется отметить, что существует и такое извращенное мнение об общенациональном диалоге: мол это, когда каждый, кто хочет, приходит, высказывает свое мнение, и это обязательно должно быть учтено. Ничего подобного. Одним из важнейших элементов диалога является то, каким образом понимают меру своей ответственности лица, принимающие решения. Общенациональный диалог для Кыргызстана очень важен, но нельзя делать из этого фетиш и сбрасывать в поле обсуждения любую проблему, обсуждаемую в нашем и без того бурлящем обществе. Проблем предостаточно, и думая о диалоге, надо понимать, что действительно масштабно и общественно значимо».   

 

Не менее скептично высказался о существовании в стране общенационального диалога ируководитель аналитического консорциума «Перспектива» Валентин Богатырев: «Очень трудно говорить о том, чего нет. Посмотрите, когда мы обычно рассуждаем об общенациональном диалоге, речь идет о двух политических конструкциях: либо власти и оппозиции, либо власти и гражданском обществе. Первой особенностью такого рода коммуникации является то, что власть сегодня слушает только тех и разговаривает только с теми, за кем есть ощутимая сила. Многие критически относятся к нашему гражданскому обществу, обвиняют его во всех смертных грехах, некоторые даже считают, что гражданское общество и вовсе мертво, но следует признать, что мощность и эффективность действий гражданского общества больше, чем мощность нынешней политической оппозиции. Этому способствовало немало причин, главная из которых заключается в том, что гражданское общество всегда базировалось не на императиве борьбы за власть, как это было с оппозицией, а на защите определенных ценностей. Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов тот факт, что гражданское общество всегда могло действовать открыто. Оно в определенной мере защищено тем фактом, что власть всегда признавала за ним право говорить, т.к. это некая неотъемлемо существующая сила, в отличие от оппозиции, с которой власть могла себе позволить не разговаривать.

Второй особенностью нашей страны является то, что обладание властью у нас всегда считалось неким божьим даром, и любой, приходя к власти - от президентского кресла до жезла гаишника, начинает считать всех остальных ничтожествами, мнение которых ничего не стоит. В любой нормальной стране, если президент во внешних контактах выскажет мнение, которое не делегировано ему обществом, его на следующий день на своем месте уже не будет, даже будь это мнение, отвечающее национальным интересам. Просто потому, что его никто на это не уполномочивал. У нас ситуация ровно обратная: презрение ко всем, кто властью не обладает, настолько сильно, что его можно сравнить только с изумлением после того, как эту власть отняли.

Друга особенностькыргызстанской власти, как ключевого участника диалога, состоит в том, что мы от природы страдаем глухотой и слепотой - это наша власть обрела генетически от советской власти, у которой в этом просто не было надобности. Сегодня ни один властный институт не имеет органов слуха и зрения. Конечно, в стране существует множество экспертных групп, информационных каналов, различных типов коммуникационных площадок, которые создают почву для отслеживания и оценки тех или иных общественных тенденций, но проблема в том, что отсутствует методология и вообще институционализация в применении такого рода технологий. Ни один из гос. аппаратов сегодня не представляет своим руководителям качественных информационно-аналитических материалов и поливариантных решений по существующим вопросам.

Я недавно столкнулся с этим сам, когда совместно со своей аналитической группой предлагал Парламенту проект административно-территориальной реформы. Другой проект был предложен Институтом стратегических исследований. В итоге вместо того, чтобы обсуждать различные варианты проектов, парламентарии сделали из него один – совершенно никакой. Это неумение работать с поливариантными решениями – характерная черта Жогорку Кенеша.

В деле получения адекватной информации мало спасает и персональная коммуникация руководителей. Здесь действуют индивидуальные психологические установки и обычные закономерности: не хочется слышать неприятные вещи, говорить с теми, кто имеет другое мнение. Я сам в этом много раз убеждался, особенно в ходе предвыборной кампании, когда пытался установить коммуникацию между кандидатами. Нет и правовой базы, которая обязывает проводить такого рода диалог. Например, президент, в силу своего статуса, находится над партиями, и это означает, что должна быть нормативно закрепленная практика его встреч с лидерами политических партий в публичном формате. То же самое касается его встреч с представителями различных ветвей власти. Общество должно знать, о чем говорят Атамбаев и Бабанов, если конечно они не делятся впечатлениями от только что перечитанного Сервантеса. Прецедент несостоявшейся встречи Бабанова с лидерами южной оппозиции очень показателен и свидетельствует о том, во что выливаются такие неформализованные контакты.

Я думаю, у власти было бы гораздо более реальное представление о положении дел в стране, если бы она изменила мнение относительно роли гражданского общества в управлении страной. До сих пор сохраняется такая практика, когда это участие обеспечивается только волей самого гражданского общества, а госструктуры с большой неохотой идут на то, чтобы рассматривать документы  и инициативы, подготовленные неправительственными организациями. Даже по общественно значимым вопросам они идут только на то, чтобы согласовывать с гражданским сектором уже подготовленные в чиновничьих кабинетах проекты. Большая роль в установлении диалога, конечно, принадлежит и Президенту страны. Увязку интересов общества и ветвей власти можно осуществить, только имея отлаженные механизмы, нужна та же система экспертной поддержки в независимых структурах.

Отдельно хочется сказать о такой ветви власти, как Парламент: по идее именно он должен быть местом общенационального диалога, однако эту роль Жогорку Кенеш выполняет как-то очень своеобразно: во-первых, там никто не занимается национальной стратегией. Вся законотворческая деятельность идет самотеком, принимаются не те законопроекты, которые нужны согласно какому-то долговременному плану, а какие вздумается. Парламентарии не знают, какие законы будут принимать в следующем месяце. Во-вторых, на обсуждение в Парламенте действительно выносятся горячие вопросы, и приверженцы парламентаризма очень гордятся тем, что в ЖК теперь можно говорить о том, о чем раньше молчали (конечно, не все молчали, даже в самые криминальные времена молчал только Жогорку Кенеш) - но что толку. По ним не принимается принципиальных решений. Необходим переход к такому алгоритму работы, когда сбор и анализ информации осуществляется не личными помощниками, в перерывах между выполнением домашних поручений депутата, а независимыми экспертными организациями.

Необходимо и изменение роли средств массовой информации, которые являются и одним из ключевых участников диалога и важной общественной площадкой для переговоров. Свобода слова – это, конечно, излюбленное лекарство для власти и общества, но такое, использование которого приводит к трагическим последствиям. Ситуация с нашими СМИ, особенно печатными, напоминает последнюю фазу тяжелой болезни. В стране на 2-3 заслуживающих доверия газеты десятки подметных листков, которые формируют атмосферу сплетен, лжи, национализма, что привело уже к полной девальвации печатного слова. Никто уже всерьез не обращает внимания на то, что публикует пресса. Причем мы, обычные читатели, ни чем не можем ей помочь, поскольку механизмы рыночного спроса в этой сфере не работают. Поэтому восстановление доверия и влияния СМИ в руках самих журналистов, и я считаю, что в их профессиональном доме нужна капитальная уборка.

Июнь 2010 года должен был убедить нас в том, что общенациональный диалог следует развивать не только по вертикали, но и по горизонтали. И не только общества с властью, но и гражданских групп между собой. Нужны площадки и процедуры для коммуникации гражданских групп помимо власти. Одним словом, то, что мы называем диалогом - это не «круглые столы»,  которые проводил Акаев, и не встречи «пять на пять», которые предлагает Правительство, а сложная система межинституциональных, двусторонних и многосторонних, вертикальных и горизонтальных коммуникаций, которая должна быть введена в повседневную практику и нормативно обеспечена. Это введение ответственности за претворение в жизнь достигнутых договоренностей, причем не только моральной, но и правовой. Мне кажется, что всю эту систему можно представить как некую интерпретацию исторического феномена курултая, которую даже сторонники этого общественного института понимают довольно примитивно: «собрались – поговорили». На самом же деле это гораздо более многогранная структура, которую необходимо проработать и эффективно применять».

И, пожалуй, последний вопрос, который возникает в связи с необходимостью установления общенациональных каналов коммуникации: когда это станет возможным? Когда вместо политических «свиданий» и заседаний Парламента, которые - как мы знаем - можно и игнорировать, будет осуществляться эффективное, долгосрочное сотрудничество всех политических и гражданских институтов? 

 

Реплика POLIT.KG      

Если бы представители власти, равно как и оппозиции, умели читать и правильно понимать прочитанное, да делать соответствующие выводы, то и проблем в Кыргызстане не было бы! Беда в том, что власть придержащие рассматривают самих себя как источник информации, как истину в последней инстанции и, действительно, глухи к иным мнениям. Неумение работать с информацией – корень всех бед. Что толку говорить о глобальных вещах, когда в обществе царит примитивизм?!  Как еще реагировать на презрительные отзывы так называемой политической элиты, журналистов и прочих граждан, считающих себя умными и образованными, о форумах, «круглых столах» и прочих мероприятиях, где обсуждаются серьезные проблемы страны? Непонимание сути разговоров тут же обзывается «умничанием», «пустой болтовней», а авторов докладов, экспертов и аналитиков презрительно величают «грантоедами».  Обратите внимание, много ли журналистов присутствует на всевозможных «скучных» форумах? Телевизионщики, отсняв за пять минут «картинку» и,  взяв интервью у организаторов, спешно удаляются. Журналисты-информационщики из всего обилия материала вырывают лишь «выигрышные» моменты, зачастую совершенно не отражающие сути всего доклада. Вот и создается у большинства простого люда превратное  представление о высказываниях всяких там богатыревых-князевых, ибраимовых и бактыгуловых.  Стоит ли удивляться презрительному отношению людей к экспертному сообществу?

Как разорвать этот порочный круг банальной некомпетентности, нежелания прислушиваться  к аргументам, неумения анализировать факты,  и презрения к тем, кто умеет это делать? Хуже того, нередко встает вопрос: как защитить экспертов от всевозможных «наездов» со стороны радикальных политических, уголовных элементов?

Правы эксперты, сегодня куда важнее не диалог власти с оппозицией, или с гражданским обществом, а просто достучаться до здравого смысла всех  сторон! Вот тема, которую нужно срочно обсуждать.

 

Над материалом работали журналисты POLIT.KG

Евгения  Николаева, Аркадий Гладилов

 

                       

Версия для печати   |   Просмотров: 2401   |   Все статьи

Мы и мир

16.11.2017 00:45

В рамках телемоста между Бишкеком и Кемерово (Россия) эксперты двух стран обсудили перспективы сотрудничества Кыргызстана и России в сфере идеологии, научно-образовательного и культурного сотрудничества, вопросы региональной безопасности и противодействия религиозному экстремизму в молодежной среде.

- Сотрудничество между странами должно осуществляться не только между президентами, депутатами и правительствами. Не менее важной составляющей является такой элемент, как народная дипломатия, одним из элементов которой должно стать взаимодействие на экспертном уровне, учитывая, что оценки и рекомендации независимых специалистов не редко отражаются в межгосударственных документах, подписываемых на высоком уровне.
04.02.2017 16:38
Крым должен стать площадкой народной дипломатии

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании Президиума Российской Ассоциации Международного сотрудничества (РАМС).

В мероприятии приняли участие член Совета Федерации, председатель Президиума РАМС Сергей Калашников, заместитель Председателя Совета министров Республики Крым, Постоянный Представитель Республики Крым при Президенте РФ Георгий Мурадов, член президиума международной общественной организации «Ассоциация культурного и делового сотрудничества с Италией», заместитель председателя Комитета Общественных связей г. Москвы Владимир Полозков, депутат Московской городской Думы, президент «Международного содружества общественных объединений – обществ дружбы с народами зарубежных стран» (МСОД) Владимир Платонов, президент Международной общественной организации «Международная ассоциация юристов» - Владимир Радченко.

Опрос



Главная| Опросы| Видео| Контакты