POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Пятница, 19 января 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

15.11.2017 18:30
С какими правами будут работать в России граждане Кыргызстана? В июле президент России Владимир Путин подписал закон, разрешающий гражданам Кыргызстана работать в РФ на транспортеКомитет Госдумы России по транспорту и строительству рассмотрит запрет на вождение автомобиля по национальным правам Кыргызстана. Законопроект, запрещающий использование кыргызских удостоверений, инициирован депутатом от ЛДПР Игорем Лебедевым. Он внес его 27 октября, после предложения Президента Кыргызстана Алмазбека Атамбаева сделать 7-8 ноября Днями истории и памяти предков. В республике это предложение восприняли как наступление на права и законные интересы кыргызстанцев, работающих в России. Нужно напомнить, в июле Президент России Владимир Путин подписал закон, разрешающий гражданам Кыргызстана работать в РФ на транспорте, не имея при этом российских водительских прав.


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Кыргызстанский парламентаризм рождается в муках. Но не совести...

13.12.2014 14:44 - Polit.kg

9 декабря в Американском университете в Центральной Азии прошёл круглый стол «Парламентаризм в Кыргызстане: итоги того, что только начинается». Для обсуждения насущных вопросов собрались лидеры известных политических НПО и просто либеральные исследователи. Ход мероприятия выявил обеспокоенность некоммерческих организаций за своё будущее и за будущее парламентской модели демократии в преддверие очередных выборов в Жогорку Кенеш, что намечены на следующий год. Представляем вашему вниманию ключевые выступления.

 

Айнура Усупбекова, ассоциация «Таза Шайлоо» («Чистые выборы»):

На момент двух наших революций президентская форма правления уже себя изжила. Жить по ней было невозможно. События 2005 и 2010 гг. отразились на жизни народа и на политической системе. На референдуме наша страна выбрала парламентскую форму правления. Но парламентской в чистом виде её, конечно, не назовёшь. Де-факто получается смешанная форма правления. Тем не менее, провозглашённый парламентаризм работает. В следующем году завершится его первый этап. Пока картина неоднозначная. Мы видим парламент, избранный на пропорциональной основе. Как только он вступил в свои права, то мы как избиратели в течение целого года  просто не могли дать оценку: парламент ли принимает у нас решения или всё-таки президент? То же самое, впрочем, продолжается и сейчас. «Кардиограмма» парламента скачущая. Происходит бесконечная смена коалиций. Оппозиция как таковая не образовалась: это было видно даже по тому, как формировался Совет по отбору судей. Последний формируется и коалиционным большинством, и оппозиционерами внутри парламента. Так вот: коалиция свой вклад внесла своевременно, а оппозиция так до сих пор ничего и не представила. А сколько было уголовных процессов! Это один из показателей того, как у нас развивается парламентаризм. Тем не менее, мы наблюдаем и определённые положительные тенденции. Например, решения уже не могут  приниматься кулуарно, одним человеком. Я думаю, с развитием парламентской системы мы будем видеть только улучшения. Однако многое зависит и от нас, граждан: если мы будем просто молчаливо наблюдать за всем, что происходит,  то не увидим динамики. Говоря о гражданах, я в том числе имею в виду и неправительственные организации. К сожалению,  нас, НПО, сейчас собираются с принятием новых законов зажать в тиски. И это тоже даст избирателям возможность оценить наш парламентаризм.

Сейчас мы наблюдаем много инициатив в сфере избирательного законодательства. Их продвигают разнополярные политические силы. До следующих парламентских выборов остаётся всего 7-8 месяцев и как раз одним из критериев эффективности нынешнего созыва может стать подготовка к этому событию. Сейчас при принятии решений все оглядываются на аппарат президента, на него самого. Это становление и развитие парламентской формы правления. Она не может появиться в один момент. Это очень долгий процесс, «рождение в муках». Но путь уже начат, и будет очень сложно повернуть всё вспять. Попытки снова вернуться к президентской форме правления создают волнения в регионах: люди не понимают, кто принимает у нас в стране решения. А ведь только один кто-то — или президент, или парламент - должен принять на себя ответственность в этом вопросе.

 

Динара Ошурахунова, «Коалиция за демократию и гражданское общество»:

Наша гражданская организация занимается не только мониторингом выборных процессов, но и мониторингом деятельности парламента. С 2002 года  мы активно занимаемся продвижением в Кыргызстане парламентаризма. Я замечаю, что у нас часто путают парламентаризм и парламент. Парламентаризм — это принцип представленности самых разных слоёв населения. Он может существовать всегда и везде и является признаком сильного парламента. При этом парламент может работать и без парламентаризма: так происходит в авторитарных государствах.

«Легендарный парламент», выдвинувшийся на первый план после обретения страной независимости, был сгустком гражданского общества и представлял цвет нации — настоящих лидеров, собранных с разных округов. Затем начали постепенно создаваться политические партии, начали рассматриваться разные пути формирования парламента. От мажоритарной системы мы переходили к смешанной, а потом и к пропорциональной. Количество депутатов то сокращалось, то увеличивалось. Это был путь проб и ошибок. Провозгласив демократическое государство, мы заявили, что у нас будет верховенство закона, разделение властей, обеспечение прав и свобод человека, конституционный контроль. Это результат работы гражданского общества и парламента. Но двадцать лет — короткий период, и построить совершенный парламентаризм за такой срок невозможно. Кыргызское общество испокон веков формировало представительские институты вроде курултая. Однако способ народного выдвижения был с ходом истории утрачен. Существующая сегодня представительская система эту функцию во многом потеряла. Омурбек Текебаев, предлагая ввести региональные квоты, как раз указывает на то, что парламент сейчас не представляет избирателей. Проблема есть, и её надо решать. Когда в 2010 году пришёл новый парламент, гражданское общество организовалось в группу «Тилектештик-Солидарность». Мы вспомнили традиции и сделали большие альчики двух цветов — чёрного и белого. Раньше этими альчиками голосовали. Тем самым мы выражали свои ожидания от нового парламента и надежду на то, что процесс голосования в дальнейшем будет открытым и понятным для всех граждан. Мы сделали это потому, что первые процедуры голосования показались нам закрытыми. Потом началось бурное формирование коалиции. Мы поняли, что чрезмерная многопартийность не означает представленности всех слоёв населения. Партии у нас все одинаковые, программы у них похожие, и очень сложно вообще понять, кого они представляют. В ходе формирования правительства из парламента начали вымываться потенциальные политические лидеры. Голосование стало платным: голоса отдельных депутатов продаются и покупаются. Потом мы столкнулись с практикой покидания депутатами своих фракций. Не видно партийной дисциплины, приверженности программам. Конечно же, нас это огорчает, но мы понимаем, что эти процессы закономерны для всех стран молодой демократии.

Тут мы приходим к выводу о важности роли гражданского общества. У нас обычно суженное понимание последнего: считается, что гражданское общество — это неправительственный сектор. На самом деле, это и бизнес-ассоциации, и средства массовой информации, и многое другое. Если гражданское общество в его широком понимании будет активно взаимодействовать с парламентом, то процесс принятия решений можно сделать намного более эффективным. Усилится и представительность: лидеры гражданского общества могут хотя бы доносить голоса тех, кого в парламенте никто не представляет.

Качество нынешнего парламента, мягко говоря, не вдохновляет на прорыв в области парламентаризма. Но всё-таки этот орган свою функцию выполняет. Например, реже стала проявлять себя «вертикаль» принятия решений. Может быть, там идут торги, но в любом случае это уже не то, что раньше. Депутаты и в дальнейшем должны перестраиваться, а потенциал политических партий обязан усиливаться. Только так можно достичь баланса между всеми ветвями власти.

Очень модно сейчас стало критиковать политические партии. Часто можно услышать выражение «партия одного человека». Часто мы узнаём, что программы партий у кого-то  скопированы. Но, какими бы они ни были, они всё равно нуждаются в поддержке и составляют значимый элемент представительской демократии. И наша задача — я имею в виду СМИ, НПО, академические круги — осветить этот тёмный угол. Если мы будем дискутировать о том, какими мы хотим видеть политические партии у нас в стране, те понемногу начнут выходить в авангард. И тогда критика власти, которая твердит о том, что неправительственные организации вмешиваются в политическую деятельность, прекратится. Сейчас институты гражданского общества вынуждены брать на себя ту роль, которую должны выполнять политические партии. Сейчас, когда обсуждаются изменения в избирательное законодательство, мы не слышим голоса партий. Мы не знаем, какие партии за, а какие против введения десятипроцентного порога, региональной квоты и т. д. И опять  обо всём этом начинает говорить неправительственный сектор, который в теме. Но он делает это не как сила, заинтересованная в приходе во власть, а исходит из необходимости защищать права граждан.

Парламентская система, выбранная в 2010 году, имеет огромную ценность, и мы должны эту систему укреплять. Если пойдут разговоры о том, что надо возвращаться к президентской форме правления, произойдёт откат. Да, может быть, в парламент пришли люди, не понимающие ценностей парламентской системы. Но говорить о неготовности к парламентаризму целой страны нельзя.

Есть объективные и субъективные причины торможения парламентаризма. К последним относится низкая правовая культура граждан. И над этой проблемой должны работать все. К сожалению, государство у нас не занимается целенаправленно правовым просвещением. Эту функцию берут на себя неправительственные организации, которые получают гранты и делают какие-то ролики, проводят акции и т. д. Этого недостаточно. Но и это работает. У нас есть такое направление: мы ездим по регионам, собираем там активные сообщества и рассказываем им, как работает парламент. Мы рассказываем о правилах взаимодействия с парламентом: как писать письма, сколько ждать ответа, как ориентироваться на сайте Жогорку Кенеша. Всё это делается для того, чтобы люди не считали себя отрезанными от парламента только потому, что Баткен очень далеко от Бишкека, где заседает ЖК. И, знаете, наши граждане понимают ценность парламентаризма. В прошлом году, когда мы привлекли для работы по данному направлению депутатов, многие из них просто боялись ехать в регионы. Они говорили, что не готовы отвечать на все вопросы и боялись оказаться закритикованными. Так оно и есть, потому что когда депутаты приезжают, их тут же спрашивают, почему они не строят больницы и детские площадки. Депутат, естественно,  теряется, и его ответ только закрепляет их предубеждение к нему. Но часто эти нападки переходят в откровенный и живой диалог, после которого граждане начинают больше ценить парламент страны и работу парламентариев.

 

Медет Тюлегенов (АУЦА, Департамент международной и сравнительной политики) представил предварительные результаты коллективного исследования, осуществлённого при поддержке Норвежского института международных исследований и готового быть опубликованным в январе 2015 года:  

Представители властных структур, в том числе и сами депутаты ЖК КР, часто говорят о том, что парламентаризм у нас в стране не укоренился. Звучит мнение, что есть опасный эффект от деятельности нынешнего парламента. Президент и вовсе заявляет о дискредитации самой парламентской формы правления.

Конечно, на данный момент не совсем понятно, как обстоит дело с верховенством представительного органа, то есть парламента. Но для нас очевидно, что парламентаризм без закрепления этого положения представительского органа невозможен.

Мы попытались посмотреть на политику как на рынок, в том числе результат взаимодействия между его участниками. Имеется в виду, что депутаты, партии, избиратели вступают в определённое взаимодействие, характер которого определяется не только имеющимися у них ресурсами, но и формируемыми ими же правилами игры.

На выборы, таким образом, можно посмотреть как на функционирование электорального рынка. За годы независимости у нас не было ни одной пары парламентских выборов, которые бы проводились по одним и тем же правилам. Частота смены правил определила неопределённость рынка.  Последние годы отмечены растущим количеством игроков, а следовательно и усиливающейся конкуренцией. На последних президентских выборах было 23 кандидата, на последних выборах в парламент — 29 политических партий. Увеличилось количество претендентов на места даже в местных кенешах.

На политиков можно смотреть как на тех, кто создаёт спрос на возможность прохождения в парламент. Они — первый актор рынка. Мы составили базу данных по парламентариям и проследили данные за последние шесть выборов. Если говорить о предыдущем роде деятельности, то пропорция депутатов, пришедшим непосредственно из коммерческих структур, вышла на пиковый показатель в 2005 году, а затем пошла на спад. Возможно, это эффект от введения в 2007 году пропорциональной системы.

Общественное доверие к партиям, согласно опросам Международного республиканского института (IRI), начиная 2012 года падает, а до этого с 2010 по 2011 год только росло. Пик пришёлся на апрель 2005 года, когда 80% опрошенных выразило партиям своё доверие.

Второй актор рынка — это политические партии. Это элемент, удовлетворяющий спрос политиков и имеющий на рынке своих конкурентов: различные неформальные объединения, кланы, региональные группы и даже центральную власть, если она является контролирующим органом. Сами партии — это, по сути, открытые акционерные общества, куда каждый может со своим активом прийти и откуда волен уйти. Рынок, соответственно, у нас флюидный, без каких-то неизменных игроков. 

Ставка на вход в рынок — это процентный порог, предусмотренный избирательным законодательством. С повышение порога мы повышаем процент «неэффективных голосов»: то есть всё больше избирателей видят своих избранников за пределами парламента. Можно, конечно, вводить и другие барьеры — но это повлечёт бесконечные споры и недоверие к результатам.

Если говорить об активности парламента, исчисляя её в количестве принятых постановлений, то после 2010 года тут идёт активный спад. Другой показатель — количество комиссий: если в 2011 году депутаты каждый месяц создавали по две комиссии, то сейчас раз в пять месяцев возникает одна. Это свидетельствует о снижении числа разбирательств по различным вопросам. Интересно и внутреннее структурирование рынка. Если подсчитать число представителей разных партий, возглавлявших комиссии, то в самом низу рейтинга окажется «Ата Журт», а в самом верху - «Ар-Намыс».

Третий актор рынка — это избиратели. Они в нашей стране редко группируются и являются заложниками такой проблемной черты рынка, как информационная асимметрия: покупателю всегда сложнее узнать качество товара, в отличие от продавца.

Интересна динамика представленности на электоральном рынке: как национальная, так и гендерная. С 2007 года мы наблюдаем всплеск в появлении разного рода меньшинств. Это, конечно, эффект пропорциональной системы. Для сравнения: в 2005-ом женщины в парламенте не были представлены вообще.

Рынок у нас изначально был структурирован под индивидуальных игроков — в отличие от многих других постсоветских стран. Если мы начнём его структурировать под партии, то неизбежно возникновение «картельных соглашений». Так что лучше не действовать через ограничители — хотя бы потому, что качество рынка от этого в любом случае не улучшится.

 

Эльмира Ногойбаева, директор аналитического центра «ПолисАзия»:

В этом году мы провели большое количество исследований. Я сама проехалась по всем городам Кыргызстана. А в прошлом году в Оше проводила встречу с представителями политических партий. И вот, когда мы начали дискуссию, менеджер одной из них обратился ко мне со следующим вопросом: «Скажите мне, что такое парламентаризм. Дело в том, что для нас он как авокадо: все о нём слышали, видели его на картинках, но никто не пробовал». Мне очень понравилась эта ассоциация.

На чём основывается восприятие парламентаризма в нашем обществе? В первую очередь, на двух вещах: памяти людей и их ожиданиях. Люди склонны обращаться к собственной истории, воображая некий «золотой век», когда представитель нашего же социума правил нами достаточно эффективно и мы развивались. Тут многие — в том числе и депутаты ЖК КР — делают отсылку к такому традиционному институту, как курултай. Также имеет место ностальгия по СССР. Если же говорить об ожиданиях людей, то это прежде всего ожидание некоего идеального порядка. Если сделать герменевтический анализ выступления Омурбека Текебаева, мы увидим, что парламентаризм как раз и предлагается нам как идеальная картинка.

Граждане сегодня говорят о том, что парламент стал прозрачнее, что принятие политических решений стало открытым, что у каждого депутата появилось собственное лицо и мы видим в парламенте индивидуальностей. С другой стороны, люди видят, что в парламент входят представители «базарной олигархии» - базаркомы, формирующие, соответственно, чисто базарную парламентскую культуру. Простые люди употребляют по отношению к ним слово «кёпёс» (адаптированное русское «купец»), что означает «торгаш». В принципе это нормально и вполне согласуется с понятием «политическое предпринимательство». Наиболее очевидно наличие этого фактора на уровне формирования правительств.

 

Были и вопросы аудитории. Например, к Айнуре Усупбековой обратились с таким «рациональным предложением»: «Наши партии часто гордятся тем, что выполняют «наказы избирателей». Под этим чаще всего понимается возведение детской площадки, ремонт школы и т. д. Народ к этому привык: кто что-то такое сделает, того и выбирают. Нельзя ли ввести норму, запрещающую «выполнять наказы избирателей» в течение года перед выборами?» Она ответила так: «У народа действительно до сих пор остаётся ожидание, что парламент страны должен решать проблемы местного значения, хотя по закону это уже давно обязанность местных кенешей. Метод запретов — не самый лучший путь. Не давать партиям показывать себя — это большая ошибка». В свою очередь, Динару Ошурахунову попросили огласить данные, сколько процентов населения входит в так называемое гражданское общество в Кыргызстане. «Я не знаю статистику и даже не видела её. Вообще-то, гражданское общество — это просто активные граждане, готовые выражать свою позицию и доносить свой голос до государства», - парировала ветеран отечественного НПО-движения.

В заключение эксперты и активисты сошлись на следующем: достижение сегодняшнего дня уже в том, что Vсозыв Жогорку Кенеша ещё не разогнан и, видимо, разогнан не будет. Кроме того, собравшиеся выразили  надежду, что Конституцию менять никто в ближайшее время не станет, а значит семечко парламентаризма хотя бы останется в почве.

 

POLIT.KG

 

Версия для печати   |   Просмотров: 1075   |   Все статьи

Мы и мир

16.11.2017 00:45

В рамках телемоста между Бишкеком и Кемерово (Россия) эксперты двух стран обсудили перспективы сотрудничества Кыргызстана и России в сфере идеологии, научно-образовательного и культурного сотрудничества, вопросы региональной безопасности и противодействия религиозному экстремизму в молодежной среде.

- Сотрудничество между странами должно осуществляться не только между президентами, депутатами и правительствами. Не менее важной составляющей является такой элемент, как народная дипломатия, одним из элементов которой должно стать взаимодействие на экспертном уровне, учитывая, что оценки и рекомендации независимых специалистов не редко отражаются в межгосударственных документах, подписываемых на высоком уровне.
04.02.2017 16:38
Крым должен стать площадкой народной дипломатии

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании Президиума Российской Ассоциации Международного сотрудничества (РАМС).

В мероприятии приняли участие член Совета Федерации, председатель Президиума РАМС Сергей Калашников, заместитель Председателя Совета министров Республики Крым, Постоянный Представитель Республики Крым при Президенте РФ Георгий Мурадов, член президиума международной общественной организации «Ассоциация культурного и делового сотрудничества с Италией», заместитель председателя Комитета Общественных связей г. Москвы Владимир Полозков, депутат Московской городской Думы, президент «Международного содружества общественных объединений – обществ дружбы с народами зарубежных стран» (МСОД) Владимир Платонов, президент Международной общественной организации «Международная ассоциация юристов» - Владимир Радченко.

Опрос



Главная| Опросы| Видео| Контакты