POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Среда, 21 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

От гражданского национализма до «пещерного» один шаг

12.06.2015 15:58 - Polit.kg
От гражданского национализма до «пещерного» один шаг

В Кыргызстане имеют место множественные информационные провокации на фоне вступления республики в Евразийский экономический союз. Некоторые из них задевают такую чувствительную сферу, как межэтнические отношения. В этих условиях важно научиться отделять действительные угрозы от мнимых и понимать подоплёку происходящего. Соответствующему анализу и посвящён этот материал.

 

Дело к погромам.

«Меняется сознание людей и сама атмосфера в обществе. Самое главное - люди по-новому открывают для себя глубину и мудрость старинной кыргызской пословицы «Ырыс алды - ынтымак» («Благополучие - в единстве»). Объединяющую роль в общении людей постепенно начинает выполнять государственный кыргызский язык. Использование его все большим числом узбекского населения города Ош послужило существенным фактором снижения там межэтнической напряженности. В связи с этим совершенно по-другому видится сегодня решение проблем, с которыми сталкиваются этнические меньшинства. Если раньше многие убеждали нас о первичности «уважения к многообразию» со стороны кыргызов, то теперь становится ясным, что первоочередной задачей является воспитание у всех граждан уважения  к своей собственной стране - Кыргызстану, к государственным символам, в том числе к государственному языку, истории и культуре», - высказался в пятилетнюю годовщину трагических июньских событий на юге страны президент КР Алмазбек Атамбаев[1]. Как наблюдатели, мы в очередной раз отмечаем в его речах нотки гражданского национализма. Последний — явление вполне нейтральное. Настороженность в данном случае вызывает лишь тот объективный факт, что в обществах, которые принято называть транзитными, дистанция между вполне себе позитивным гражданским национализмом и национализмом пещерным и шовинистическим, ничтожно мала. Попытаемся же выявить исходные предпосылки для такого критического перехода и таким образом отделить реальные риски от мнимых. То, что кажется ничтожным сейчас, завтра может оказаться чем-то сродни атомной катастрофе — и наоборот. Нельзя об этом забывать, тем более сейчас, в годовщину южной резни.

Не так давно тема оголтелого национализма вновь была актуализирована материалом газеты «МК-Азия», в котором главный редактор издания Улугбек Бабакулов привёл свой перевод одного выпуска прошедшей ещё в начале декабря прошлого года по первому национальному каналу передачи «Тоолуктардын ток-шоусу» («Ток-шоу горцев»). В центре внимания оказались слова гостя того эфира, Абдрахмана Алымбаева — между прочим, председателя Национального союза писателей КР и одновременно активного участника разного рода политических сборищ. Выступающий под псевдонимом Байас Турал, этот, с позволения, публицист позволил себе применить риторическую фигуру, очень «тонко» противопоставившую благородство этнических кыргызов неблагородству представителей иных этнических групп. «Что происходит сегодня? Сегодня потомки воинов, иначе говоря, дети львов и тигров, уподобились шакалам. Они учатся двуличности и обману. В психологии детей кочевников произошли изменения, им внушают идеологию самоуничтожения. […] если у ребенка мать — узбечка, уйгурка или еврейка, из него может получится торгаш… Что мы видим сегодня? Киргизские девушки выходят замуж за мужчин разных национальностей, и киргизские парни также женятся [на разных]. Это все равно, что львенок возьмет в жены шакалиху или шакаленок женится на львице. […] Если отец — лев, а мать — шакалиха, как они будут воспитывать своего ребенка? Вот в чем главный вопрос. Если и отец, и мать — львы, тогда все понятно. Они научат своего ребенка охотиться на крупную добычу, догонять антилоп и так далее. А если ребенок «смешанный», тогда как быть?»[2]Что интересно, такие  откровенно ксенофобские высказывания были поддержаны зрителями в студии бурными аплодисментами. Не лучшее ли это свидетельство того, что в нашем обществе этническое всё-таки доминирует над национальным? Как объяснить тому, кто ориентируется на кровь, что твой сосед-инородец такой же полноценный человек и гражданин? Правильно, никак не объяснить.

Отчасти «гражданскими» националистами можно назвать джигитов из группировки «Кырк Чоро» («Сорок воинов Манаса»): те врываются в заведения, где отдыхают граждане Китайской Народной Республики и осуждают тех за использование местных работниц коммерческого секса, а также устраивают самовольные «проверки» предприятий, где трудятся рабочие из Китая. Всё бы ничего, да только действуют эти джигиты отнюдь не в рамках закона (что сами и признают), а также уже успели заинтересовать собой ряд чисто  политических движений, в том числе и националистических. Не ровен час — и выйдут «Кырк Чоро» на улицы Бишкека, чтобы, например, бить всех тех, кто не говорит на их языке. При этом они будут как и сейчас уверены, что заняты в благородной миссии. Более того, что-то такое уже намечается. По крайней мере, в совместном заявлении с националистической партией «Асаба» эти «воины» уже обозначили свои требования к форматированию нашего общего жизненного пространства: «Иностранцы должны жить только в гостиницах; квартиры сдавать в аренду только семейным; если в гостинице дорого, они должны снимать комнату в общежитии; присмотр за иностранными гражданами; кыргызам нужно разрешить многоженство; все торговцы-уйгуры на «Мадине» должны быть заменены на кыргызов». При этом их лидер сегодня утверждает: «Некоторые нас называют фанатами. Мы за идею. Вот наши предки оставили нам такую землю, мы должны передать ее нашим потомкам»[3].Что-то это напоминает... Ах да, то самое «восстание 1916 года» когда такие же джигиты занимались зачисткой «родной земли» от пришлых переселенцев-славян. Сегодня, правда, образ тех самых повстанцев, что громили монастыри, церкви и сжигали целые сёла, отчаянно романтизируется. Руководство страны, конечно, держится срединной линии: да, подписан президентский указ «О 100-летии трагических событий 1916 года», где в качестве жертв выставлены лишь этнические кыргызы. Но при этом власть вполне разумно избегает формулировок типа «геноцид» - так популярных в среде киргизских националистов — и отмечает позитивный вклад советского руководства, которое вернуло множество бежавших тогда, при подавлении восстания, в Китай киргизов на их родину (вопреки распространяемому западной пропагандой идиотическому шаблону, по которому коренные этносы в советское время всячески ущемлялись). Такой подход определил уважительное отношение к президентской инициативе со стороны российской дипломатии. Посол РФ в КР Крутько уже заранее согласился участвовать во всех траурных мероприятиях. Впрочем, звучат и голоса, утверждающие, что через воспевание «Уркуна» («великого исхода» киргизов в Китай) КР продолжает процесс строительства свой государственности на антироссийских началах и намеренно берётся за укрепление киргизской национальной идентичности, используя конфликтное этническое противопоставление. Разумеется, с такими утверждениями нельзя полностью согласиться (всё-таки в тексте означенного указа нет ничего крамольного), но в потенциале — тот же опасный переход, что и в случае с «Кырк Чоро». Кстати, о последних... Несмотря на противозаконность их действий и заявление министра внутренних дел, что он возьмёт дело «под личный контроль», никаких санкций в их отношении до сих пор не последовало. Более того, бишкекский офис группировки (расположен в здании на центральной площади столицы!) выделен ей государством в бесплатное пользование. Не приведёт ли подобное снисхождение к социальной аварии? Знаменитые штурмовые отряды СА в 20-30-х годах прошлого века в Германии начинали с простых пеших маршей — и при этом сыграли решающую роль в политическом подъёме национал-социалистов Германии. Участвовавшие в знаменитом «пивном путче» и несмотря на это вновь легализованные в 1925 году, в 1938-ом СА стали главными организаторами той самой «хрустальной ночи», когда сразу в нескольких немецких городах прошли массовые еврейские погромы.

Перекинуть вину за бедственное положение в экономике и на инородцев — ход не новый. И не приведи Господь, чтобы у нас им кто-то воспользовался в полной мере. Впрочем, как показали события 1990 и 2010 годов, на юге роль живого «громоотвода» уже прекрасно выполняют узбеки. На севере страны в той же роли вполне могут выступить русские — был бы заказ.

И ещё. Немало шума в начале текущего года наделала презентация некоего «Кодекса кыргызов», выпущенного при патронаже Министерства культуры КР. Главной целью сей акции было выражение протеста явлению, когда ряд негативных черт в поведении человека (постоянные опоздания, хроническое невыполнение обещаний и т. п.) называют словом  «кыргызчылык». Но, видимо, были и другие цели, раз под крылом министерства оказались  люди, способные, например, на такие заявления: «Я приложу усилия, чтобы через 10 лет кореец говорил: а почему я не кыргызом родился?»[4]Казалось бы, при чём тут корейцы, а при чём этические качества этнических киргизов? Ан нет, для минкультовских «криэйторов» пересечение параллельных линий очевидно.

 

Вопрос языка

Ещё два года тому назад началась эпопея вокруг изменений в Закон КР «О госязыке». Главным обоснованием для тех самых изменений изначально ставилась некая «интегрирующая» роль государственного (киргизского) языка: дескать, как только все заговорят на кыргыз тили и на него же будет переведено всё делопроизводство — вот тогда и наступит в стране благоденствие. По сегодняшний день вокруг этих правок ведутся жаркие споры в парламенте страны. Русскоязычные депутаты называют норму о необходимости знания госязыка на госслужбе дискриминационной, а инициаторы предлагают некие абсурдные доводы вроде «когда в советское время всех кыргызов заставляли учиться в школах и вузах на русском языке, никто не жаловался, не говорил о дискриминации»[5]. Самое удивительное, что такая аргументация позволяет последним брать верх. Напомнить бы таким парламентариям то, о чём довольно ясно высказался профессор Кыргызско-Российского Славянского университета Александр Кацев: «Когда все постсоветские республики говорят о том, что после Октябрьской революции происходила русификация – это глупости. То, что происходило после 1917-го года – это советизация. И русская культура потеряла не меньше, а может даже и больше, чем культура народов СССР»[6].

В том же парламенте не чураются и таких инициатив, которые стоили в своё время должности одному из председателей госкомиссии по госязыку. Речь идёт об идее-фикс заменить русские названия ряда населённых пунктов в Кыргызстане киргизскими. «Я уважаю и ценю кыргызско-российские отношения и считаю, что дружба наша должна только крепчать. Но не стоит думать, что наши отношения должны основываться на каких-то уступках с нашей стороны. Поэтому предлагаю такие названия, как Беловодское, заменить на кыргызские», - выдал, например, в конце февраля этого года депутат ЖК КР от фракции «Ар-Намыс» Нуркамил Мадалиев[7]. Ему же принадлежит, к слову, и идея простимулировать отказ киргизов от «русских» (по структуре, разумеется) фамилий на «-ев» и «-ева» в пользу некоего спущенного сверху образца: сам же он обращает при этом внимание на то, что число граждан, получающих личные документы с добавлением слов «уулу» и «кызы» в последнее время резко сократилось. Таким образом, логика депутата вполне может быть вписана в следующее определение: «народу это не нужно, значит надо навязать». 

В 2013-ом году одиозный «временщик» Эмильбек Каптагаев предлагал переименовать Нацкомиссию по развитию государственного языка в Национальную комиссию по языковой политике. И хотя официального переименования не состоялось, политики в языковом вопросе действительно становится всё больше. По меткому замечанию уже упоминавшегося выше профессора Кацева, армия госчиновников просто-напросто дискредитирует все инициативы по популяризации киргизского языка. С одной стороны, Национальная комиссия в последние годы действительно начала работать над изданием удобоваримой учебной литературы. А с другой, её председатель Эгемберди Эрматов выступает с идеей отменить статус официального для русского языка в КР и высказывает следующие мысли: «Пока кабинет министров продолжит говорить на русском, то не будет развиваться государственный язык, даже если выделить миллиарды, а не миллионы»[8]. По мнению Эрматова, правительственные мужи начали говорить на русском с приходом на должность премьер-министра Жоомарта Оторбаева. Ранее, в 2014 году, тот же Эрматов советовал Алмазбеку Атамбаеву, вне зависимости от того, с кем тот проводит встречу, вести переговоры на киргизском языке.

С 2016 года тест на знание госязыка будут проходить все государственные и муниципальные служащие — тестовые материалы уже разработаны. «Русскоязычные киргизы из-за трусости ситуацию проиграли. Мы сами оказались под влиянием националистского тренда. […] Просто одна культура с помощью административного ресурса уничтожает другую культуру. И после межэтнических столкновений на Юге в официальных властных структурах появилась убежденность: одна культура, один этнос, один язык – гарант мира и согласия в Кыргызстане», - чётко характеризует ситуацию в стране отечественный культуролог Гамал Боконбаев[9]. И действительно: с 2013 года так называемое «повышение роли государственного языка» рассматривается руководством страны как главный фактор укрепления единства народа и межэтнических отношений. О том, что активное использование госязыка на практике способствует снижению межэтнического непонимания в обществе говорят и президент, и спикер парламента.

Историк Эркин Мамкулов считает, что требование знания гражданином государственного языка при приеме на госслужбу носит дискриминационный характер. Понимающие, к чему всё идёт, деятели отечественной науки обращаются к руководству страны в лице Алмазбека Атамбаева с просьбой сохранить в стране двуязычие. Бизнесмены специально открывают в республике русскоязычные школы (которых, к слову, становится здесь с каждым годом всё меньше). Разумные люди признают, что Кыргызстан — естественная часть русскоязычного культурного пространства и «затирание» русского языка здесь — путь самоизоляции и самоконсервации.

Переход к киргизскому в качестве основного языка делопроизводства юридически уже состоялся. Штрафы для невладеющих языком, как это планировалось изначально, правда, пока не ввели. Переписка внутри парламента ведётся только на госязыке. Но на практике законопроекты продолжают писаться на русском — затем их, конечно, быстро переводят на киргизский, однако качество этих переводов таково, что только осложняет понимание и порой вносит двусмысленность. Чтобы понять, о чём идёт речь, часто обращаются к оригиналу, который юридически — не оригинал. В киргизскоязычной прессе тем временем пишут что-то типа: «Политический язык с русским духом не даст развиваться кыргызскому, уничтожит его начисто». Председателю одной из националистических партий тоже всё нипочём: он говорит о том, что сегодня студентов-киргизов в самой же республике заставляют учиться на русском языке. И ведь не сообразить ему, что на киргизский язык за все более чем двадцать лет независимости переведена лишь малая доля всех учебных материалов высшей школы, а за большую часть таких переводов не стоит даже и браться — время будет потрачено впустую. Как говорит академик Кулубек Боконбаев: «Вот труд академика Бетехтина — настольная книга всех геологов. Я вам гарантирую — соберите всех докторов наук по геологии в Кыргызстане, добавьте к ним всех кандидатов наук, и им понадобится сто лет на то, чтобы перевести на кыргызский язык вот эту одну книгу, а параллельно им надо будет еще перевести кристаллографию, петрографию и кристаллооптику с кристаллохимией — им не хватит жизни. [...] Если мы будем пытаться насильно сузить пространство русского языка, то в итоге в стране не останется ни инженеров, ни врачей — никого, а ведь по образованию мы были одной из передовых республик Советского Союза. Просто те, кто за сокращение применения русского языка, не представляют масштабов»[10].Та же мысль — но уже применительно к делопроизводству звучит в изложении завотделом социолингвистики Института языка и литературы имени Ч. Айтматова Гульнары Джамашевой: «Все официальные сферы, включая дипломатическую, пришли в жизнь кыргызских кочевников вместе с русским языком. За 60–70 лет мы просто не успели все это перевести на кыргызский язык, перенести на свою родную почву. Просто находимся на стадии перехода. То же и в огромной Индии, до сих пор использующей английский язык. Хотя у индусов воспоминания (об англичанах) совсем другие, чем у нас (о русских). У нас было принято около 40 официальных документов о развитии госязыка, но они не работают»[11].

Президент Атамбаев тем временем балансирует в своих суждениях по теме между твёрдым гражданским национализмом и здравым смыслом. То есть, с одной стороны, он считает, что безразличное отношение части населения страны к госязыку — фактор нестабильности, а с другой — говорит, что «не надо быть националистами» и приводит в пример недавний негативный опыт Украины в отказе от статуса официального языка для русского. Глава государства  призывает депутатов и чиновников не требовать выступлений на госязыке, если они подаются на официальном, а также утверждает: «Если мы будем заставлять учить госязык, даже кыргызские дети начнут его бояться». Впрочем, опять-таки, когда до президента дошла информация, что в Академии государственного управления при Президенте КР обучение ведётся исключительно на русском, он пришёл в негодование, заговорил о «манкуртах» и поручил снять с должности столь уважаемого студентами ректора, как Чингиз Шамшиев. Тот сам вскоре подал заявление об уходе — как уверяют многие, его на это вынудили. Теперь уже экс-ректор стал фигурантом уголовного дела — правда, языковой проблемы обвинение, естественно, не касается.

Таково нынешнее положение официального (русского) языка, чей статус закреплён в Конституции КР. Что касается узбекского языка, являющегося родным почти для 15% населения республики, то с ним дела обстоят ещё хуже. Показателен тот факт, что ещё два года назад в КР отменили общереспубликанское тестирование (главное испытание всех выпускников школ страны) на узбекском языке. Также и последний случай с обращением эстрадной «звезды» Бека Борбиева в один из операторов сотовой связи с требованием исключить узбекский из употребления в службе поддержки — ещё одно подтверждение того, что язык этот в последние годы превратился в этакого «мальчика для битья», что, в свою очередь, совсем не есть хорошо.

 

Опасное мифотворчество

История Улугбека Бабакулова, обратившего внимание на националистические эскапады в эфире центрального республиканского телеканала, получила продолжение. Упомянув «неправильное» (нетитульное, стало быть) происхождение редактора «МК-Азия», киргизскоязычная газета «Фабула» разразилась серией поносящих и требующих заточить Бабакулова в тюрьму материалов, где можно найти, к слову, и такие заявления: «Стоит нам заговорить о том, что нужно позаботиться о родном языке, как нас готовы разорвать на части «кафиры» [неверные] во главе с русскими». Судя по этому штриху, запугивание Бабакулова нацелено на острастку всех остальных «бунтарей» из числа нацменьшинств — всех, кто не согласен с ползучей моноэтнизацией Кыргызстана. Делается это даже несмотря на то, что нынешний директор ОТРК — общественной телерадиокорпорации, пустившей в эфир видео про «шакалов» - признаёт ошибку в действиях своего предшественника, хотя и пытаясь выгородить ведущего, общавшегося тогда с националистом Алымбаевым и демонстративно пожимавшим тому руку в знак полного согласия. Впрочем, это уже второстепенные детали. Суть же в том, что глумливое отношение к нацменьшинствам в нашей стране становится уже чем-то в порядке вещей. Самое страшное, что на этой волне люди определённых этнических групп выставляются как заведомые недоброжелатели и враги. Вот, например, ещё один перевод — уже из другой киргизскоязычной газеты: «В 70-ых годах 19 века начали прибывать первые переселенцы из царской России. Начиная с прибытия, они выказывали превосходство над местным населением и преступным образом устроили его вытеснение с земель, на которых веками жили их предки. Они сталкивали между собой местное население, разжигали огонь между ними, разрушали их согласие, стравливая братский народ одной крови, одной религии, одного происхождения». Речь о переселении славян в Семиречье. Понимать этот отрывок можно в том ключе, что крестьяне-славяне в ту историческую эпоху ничего не сеяли, не выращивали и не собирали, а лишь занимались какими-то кознями. Такой вот бред преподносится простому киргизскому читателю сегодня в качестве неопровержимого факта. Неудивительно, откуда в нашем обществе после этого берётся настороженность в отношении  президентской инициативы выделить  для поддержки социальных инициатив, приуроченных к 100-летию национально-освободительного восстания и Үркүна 1916 года совокупно 10 млн. сомов — кто знает, что это будут за инициативы? Не скатится ли всё в намеренную фальсификацию и однобокое (а каким оно ещё может быть?) политическое мифотворчество?

 

P.S.

В самом конце 2014 года мы писали о том, как переформатируется в националистическую достаточно влиятельная в стране политическая партия «Замандаш-Современник»[12]. К сожалению, пока всё происходит так, как мы и предполагали — партия активно «национализируется». Подтверждение тому — недавний уход оттуда сразу нескольких представителей «нетитульных этносов», успевших отдать этой партии немало времени и сил.   Всем понятно, что причина тому — внедрение идеологии «гражданского национализма». Таким образом, игры с опасным оружием продолжаются.

 

Иосиф Илларионович, обозреватель POLIT.KG



[1]    http://www.kabar.kg/society/full/93575

[2]    http://www.regnum.ru/news/polit/1925759.html

[3]    http://www.24kg.org/obschestvo/6014_kyirk_choro_raskachat_mejnatsionalnuyu_lodku/

[4]http://www.24kg.org/obschestvo/6332_v_obyedinenii_kodeks_kyirgyizov_obeschayut_chto_cherez_10_let_lyuboy_koreets_sprosit_pochemu_on_rodilsya_ne_kyirgyizom_/

[5]    http://www.vb.kg/doc/300264_karamyshkina_vystypila_protiv_obiazatelnogo_znaniia_gosiazyka_gosslyjashimi.html

[6]    http://ostkraft.ru/ru/articles/311

[7]    http://www.vb.kg/doc/304556_depytat_potreboval_pereimenovat_sela_s_rysskim_nazvaniiami.html

[8]    http://www.gezitter.org/society/32861_nachali_govorit_na_russkom_s_prihodom_otorbaeva/

[9]    http://www.art-initiatives.org/?p=4736

[10]  http://members.vb.kg/2015/04/01/dostoi/1_print.html

[11]  http://members.vb.kg/2015/04/01/dostoi/1_print.html

[12]  http://polit.kg/conference/1/409

Версия для печати   |   Просмотров: 2666   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная