POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Суббота, 17 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Кавказ и Центральная Азия: сравнение в контексте геополитики

20.10.2012 15:54 - Polit.kg

Часть 6. Угрозы безопасности

В прошлой части мы уделили внимание одной из главных угроз как для Кавказа, так и для Центральной Азии: это угроза нападения на Иран – страну, обладающую сильной армией и совсем не архаичными видами вооружения. Оружие это способно нанести серьёзный вред противнику, подбирающемуся к границам ИРИ со стороны любого из соседних государств. Кроме того, иранские ракеты вполне способны долететь даже до т.н. Центра транзитных перевозок «Манас»[1]. Но, конечно, под прицелом иранцев находится, в первую очередь, не маленькая среднеазиатская республика (которую ИРИ предпочитает пока одаривать на всякий случай миллионными суммами[2]), а куда более зубастые соседи – например, Турция. Напряжённость между последней и дружественной Ирану Сирией в последнее время только нарастает[3], и это – довольно тревожный сигнал.

Как мы отметили ранее, Запад рассчитывает на содействие в грядущей антииранской агрессии таких  стран, как Грузия, Азербайджан и Армения. Россия, для которой поддержка Большого Ирана – дело в высшей степени оправданное (и согласующееся с классикой русской геополитической мысли![4]), располагает своими рычагами влияния на регион. Чего стоит хотя бы 7-ая база в Абхазии (непризнанной для всего Запада республике), что грозно нависает  над предсказуемой в своей непредсказуемости Грузией! База эта, напомним, была сформирована в начале 2009-ого года, то есть по горячим следам т.н. «пятидневной войны»[5]. В значительной мере, мир на Кавказе – заслуга именно этого военного объекта. Выполняет свою миротворческую функцию и российская военная миссия в Армении. Здесь очень сильно проявлена, в первую очередь, активность  Организации договора о коллективной безопасности. Поведаем в этой связи одну характерную историю. Месяц назад в Армении стартовали учения Коллективных сил оперативного реагирования ОДКБ. Естественно, сразу же напомнили о себе те, кого это не устраивает. Воспользовавшись своим излюбленным приёмом, эти силы распространили информацию о проникновении в республику… группировки талибов. Казалось бы, где талибы, а где Армения, но новость мгновенно разлетелась по информагентствам. «Провокация открытым текстом направляется рядом СМИ против дислоцированной в Армении российской базы и российских военных, участвующих в охране государственных границ Армении с Ираном и Турцией», - отреагировал Регнум[6].

Год от года всё яснее тот факт, что «перезагрузка», объявленная некогда главным трендом российско-американских отношений при Медведеве и Обаме, оказалась заживо погребённой под реалиями  геополитики. Поняло ли российское руководство знак, который ещё в самый разгар «перезагрузочных» мечтаний подали им американцы, подарив главе российского МИДа символическую кнопку с надписью «peregruzka»? Конечно, поняло. «Глупенькие» американцы не настолько глупы, чтобы допускать непродуманные ошибки. ПЕРЕГРУЗКА – вот что они пообещали либеральничающим русским. Дословно. И пока это своё слово держат. С великим упорством продолжая вмешиваться в дела в общем-то дружественных России государств.

Раз уж были упомянуты талибы, грех не вспомнить о таком центре региональной дестабилизации, как Афганистан. Вот уже два века британцы, а следом за ними и американцы делают всё возможное, чтобы эта страна не вылезла из нищеты и бесконечных войн. Тот же «Талибан», напомним, возник при прямом участии США[7]. Правда, как говорят в Афганистане, «вы можете нас нанять, но не можете купить» - очень быстро вышел из-под контроля: так же, как ранее вышли из-под американского контроля моджахеды. Третья идеологическая волна шла уже из арабских нефтеносных краёв. «В конце 1996 г. Афганистан начинает превращаться в базу транснациональной  сети исламистских организаций. Формироваться она начала еще до ввода советских войск в Афганистан. В июне 1979 г. Картер подписал секретную директиву об оказании влияния на ситуацию в Афганистане посредством поощрения тех сил, которые могли противостоять складывавшемуся  там  режиму. […] С участием арабских  фундаменталистов  Афганистан  превратился  в  опорную  базу международного  терроризма и  экстремизма,  чему  способствовал фактический распад афганской государственности. Угроза со стороны этой сети странам Центральной Азии заключалась в поддержке исламской оппозиции и  в  создании «демонстрационного  эффекта»,  то  есть  в показе  самой возможности построения исламского государства. Одним из звеньев глобальной цепи  выступали организация «Братья мусульмане» и партия «Хизб ут-Тахрир», - отмечает в статье «Ситуация в Афганистане и её воздействие на южный фланг СНГ» российский исследователь Юрий Лалетин. Он же приводит доказательства сотрудничества с ЦРУ известного террориста Бен Ладена, долгое время базировавшегося именно в Афганистане.

В силу вышеизложенного, Афганистан уже сам по себе представляет сегодня угрозу безопасности Центральной Азии. Но куда опаснее тот колоссальный поток наркотиков, который исходит оттуда. «Специфика афганского опыта связана с тем, что США во время антиталибской операции 2001 г. сознательно не бомбили маковые поля, хотя все карты их точного расположения были переданы российскими спецслужбами Пентагону. Сегодня, неофициально, американская директива «не трогать афганских наркобаронов» продолжает работать. Объясняется это американцами тем, что уничтожение посевов, якобы, может спровоцировать социальный системный взрыв в стране. Поскольку уничтожение посевов мака лишит афганских крестьян единственных доходов, а других экономических занятий, кроме выращивания опия, у них нет. Специальные программы ООН и других международных организаций по изменению аграрной структуры Афганистана не дают никаких результатов, потому что в любом случае производство и продажа опия сырца в десятки раз рентабельнее, чем иное сельскохозяйственное производство. К сожалению, реальной альтернативы афганской наркоэкономике ни у Х.Карзая, ни у американцев на сегодняшний день нет», - замечают аналитики[8]. Есть все основания полагать, что главными перевалочными базами для организованного афганского наркотрафика сегодня служат базы ВВС США в Киргизии и Косово. Интерес понятен: ничто не изменилось со времён «опиумных войн» Великобритании. Только наркотики стали тяжелее, а метрополии - удалённее.

В случае с наркотиками мы можем наблюдать, какая тесная взаимосвязь существует между разными факторами «афганской угрозы». Тот же Юрий Лалетин не исключает, что вторжение боевиков из Афганистана в Киргизию в 1999 г. и повторное в Киргизию и Узбекистан в 2000 г. – «заслуга» рекордного урожая опиумного мака. Наркотрафик, несомненно, имеет огромное влияние и на социальную структуру независимых республик. Значительная часть населения Центральной Азии вовлечена в этот преступный бизнес. По данным российской Федеральной службы  по контролю за наркотиками, «до 40% ВВП Центральной Азии происходит от преступной деятельности, особенно от контрабанды наркотиков»[9]. В этом смысле показателен пример Таджикистана. Есть мнение, что транзит наркотиков из Афганистана в Киргизию контролирует десяток вооружённых группировок в Горно-Бадахшанской автономной области РТ. «Они хорошо зарабатывают на опиумных караванах, проходящих по контролируемой ими территории, поэтому достижение мира в приграничных районах, не говоря уже обо всем Таджикистане, противоречит их интересам», - констатируют исследователи[10].

Огромную роль в распространении угроз из Афганистана играет сегодня – даже несмотря на долгий срок закрытой жизни в Советском Союзе – кровные и исторические связи народов, населяющих приграничные страны с гражданами Афганистана. На северо-востоке последнего – отметим это – проживают этнические таджики (кстати, второй народ по численности после пуштунов!). В центральных районах севера живёт два миллиона узбеков, а на северо-западе – полмиллиона туркмен. А ещё есть памирцы, которые живут в Горном Бадахшане как по таджикскую, так и по афганскую сторону границы. Именно благодаря таким связям уже в 80-е годы прошлого века через горные тропы Памира был налажен перевоз на советскую территорию исламистской литературы. В условиях, когда охрана границ независимых государств ЦАР носит зачастую лишь номинальный характер, связи эти только крепчают. К тому же, Америка с её планами «Большой Центральной Азии» только ускоряет процесс: строя мосты, разрабатывая планы экономической интеграции и планируя общую с Афганистаном инфраструктуру региона.

В последнее двадцатилетие XX века афганские исламисты, устанавливая по заданию ЦРУ контакты со среднеазиатскими мусульманскими лидерами, во многом способствовали становлению радикальной исламской оппозиции в Таджикистане и Узбекистане. В случае с РТ всё вылилось в длительную гражданскую войну. Всё это находит отголоски и по сей день. «Нынешние военные операции в Горно-Бадахшанской автономной области можно рассматривать со схожей точки зрения. Службы безопасности расположились в регионе после того, как силы, верные бывшему лидеру оппозиции и военачальнику Толибу Айомбекову, убили высокопоставленного регионального офицера спецслужб. Но Айомбеков скорее всего не убивал офицера из религиозных соображений. Связи Айомбекова с бизнесом крайне доходных сетей незаконных перевозок, а также сопротивление режиму Эмомали Рахмону привели к определенным действиям и последовавшей смерти офицера», - комментируют недавние происшествия в ГБАО эксперты Stratfor[11]. Это к вопросу, откуда берутся боевики…

Интересно, что через Центральную Азию в своё время шла работа и с мусульманскими лидерами северокавказских народов,  депортированных туда Сталиным. В частности, один из самых радикальных муфтиев «независимой» Ичкерии Мухаммад-Хусейн-хаджи Алсабеков получил идеологическую напитку, ещё живя в Казахской ССР (он, к слову, вовремя вернулся в Казахстан и сейчас занимает высокую должность в Духовном управлении мусульман республики). В 90-х опыт сотрудничества с чеченскими исламистами имели боевики Исламского Движения Узбекистана. «Последние несколько лет исламские экстремисты из Центральной Азии начали вновь укрепляться в Северном Афганистане, одновременно устанавливая союзы с возвращающимися туда силами движения Талибан», - характеризует актуальную ситуацию журнал «Новое Восточное Обозрение»[12].

То, что всё это происходит в непосредственной близости от России, не может не вызывать тревогу у российских властей. «Без обеспечения безопасности горных границ Таджикистана и Киргизии у нас не будет надежной защиты ни пограничной, ни таможенной, ни антитеррористической, ни антинаркотической, ни любой другой. Получается, что, обеспечивая свою национальную безопасность, Россия одновременно обеспечивает и безопасность союзников», - отмечает российский эксперт Юрий Солозобов[13]. Последние десять лет эти проблемы пытается решать ОДКБ. «Именно по инициативе Организации Договора о коллективной безопасности было сделано НАТО предложение о совместном противодействии процветающей в Афганистане наркоторговле. Однако оно было отвергнуто. И это в то время, когда, по данным ООН, рост производства наркотиков в Афганистане в 2007 году вырос на 50 процентов по сравнению с прошлым годом», - так обстояло дело ещё пять лет тому назад[14]. Соответственно, можно констатировать, что для Запада борьба с международным терроризмом и наркотрафиком – лишь прикрытие для извлечения экономических и политических выгод, в то время как для России решение этих проблем – вопрос собственной безопасности, без решения которого евразийская интеграция никогда не достигнет своих целей.

Дабы пояснить приведённый выше тезис, можно обратиться к практике американских решений в области «борьбы с наркотрафиком». Здесь, в первую очередь, речь идёт об организации «Central Asian Counternarcotics Initiative» («Инициатива по борьбе с контрабандой наркотиков в Центральной Азии, САСI), созданной в феврале нынешнего года. Казалось бы, чего проще? Корень зла – в Афганистане, практически на подведомственной США территории; вот и боритесь с наркотой на месте: зачем лезть в Центральную Азию? Но нет – одного Афганистана американцам мало. И даже западные эксперты, понимая комичность «борьбы с наркобизнесом» на территории, где наркотики практически не выращиваются, признают очевидные цели: «Подобные программы могут послужить трамплином для более существенного вовлечения США в регион»[15]. Более откровенно высказался один таджикский эксперт: «США ничто не мешает бороться с наркотиками в Афганистане. Однако они заявляют, что не хотят уничтожать посевы опия там, опасаясь бунта. Американцам не трудно также перекрыть ввоз в Афганистан химикатов для нарколабораторий, но и этого мы не видим»[16]. Таким образом, всё, опять же, идёт к тому, чтобы обставить выход американских войск из Афганистана как можно более помпезно – образно выражаясь, с салютом на всю Центральную Азию. Не хватает только… террористов.

Надо понимать, что исламской геополитики как таковой нет, поэтому исламизм может выступать на стороне самых разных сил глобального уровня. Сегодня это, в первую очередь, силы антироссийские. До сих пор, используя именно исламский фактор, эти «доброжелатели» подогревают сепаратистские настроения на Северном Кавказе. И они же, судя по всему, делают особый акцент на активизацию данного фактора в государстве ЦА, имеющем продолжительную сухопутную границу с РФ – Казахстане. Относительно недавно там начал фиксироваться бешеный всплеск террористической активности: группы религиозных фанатиков обезвреживаются чуть ли не каждую неделю[17]. Основные действующие лица – члены салафитских ячеек по всему Казахстану, особенно на западе страны[18]. «В салафизме есть радикальные течения, которые готовы к вооруженному свержению законной власти только за то, что она не соответствует их идеологии. И есть те, которые говорят, что «не нужно прибегать к насилию, достаточно широко распространять свои взгляды среди населения и выжидать удобного момента». С точки зрения безопасности и сохранения спокойствия в обществе - обе группы опасны. «Умеренные» безопасны только сегодня. Но в любой момент они могут перерасти в радикальных. Не бывает умеренного или неумеренного салафизма, так как по сути это одна идеология, не приемлющая национальных ценностей и традиций», - считает руководитель аппарата Духовного управления мусульман Казахстана Кайрат Жолдыбай[19]. По его наблюдениям, в запретный список для «истинного мусульманина», вернувшегося на Родину после обучения где-нибудь в Саудовской Аравии, входит игра на домбре, поклон невестки родным своего мужа, употребление кумыса и даже проведение ладонями по лицу после молитвы. «Некоторые из подходов Казахстана по обращению с распространением салафизма могут оказаться эффективными в предотвращении попадания молодежи в ловушку негибкой идеологии, которая тяготеет к воинственности. Однако, при успехе салафизма в наборе новобранцев на периферии Казахстана, ему будет трудно преуспевать в сдерживании идеологии без успешных усилий со стороны таких соседних государств, как Россия и Киргизия, оба из которых столкнулись с распространением салафизма за последние годы», - констатирует казахстанская газета AsiaTimes, имея в виду «героическое» прошлое (и настоящее!) северокавказских салафитов[20]. То, что  Россия уже познакомилась с «миролюбивыми» салафитами-ваххабитами и знает цену их лживой пропаганде – это так. И не дай Бог, чтобы подобный опыт получил ещё и дружественный России Казахстан. Если кто забыл про злодеяния салафитов в том же российском Дагестане – то вот свежий пример: убийство суфийского шейха Саида Афанди[21]. Тот был представителем традиционного для Чечни и Дагестана ислама и жёстко критиковал последователей новомодных течений, проповедники которых, по его мнению «не идут по пути Пророка».  

О пропагандистах салафизма в Таджикистане рассказывает сенатор таджикского парламента Оли Ходжи Акбар Тураджонзода: «Руководители салафитов в Таджикистане - молодые люди, которые учились в крупных исламских учебных заведениях, таких как международный университет в Исламабаде им. Фейсала, это выпускники вузов Йемена и Саудовской Аравии. В этих учебных заведениях позиции салафитов очень сильны. По моим данным, этих студентов во время учебы финансировали различные общественные организации, в основном из арабских стран - они платят за учебу, проживание, выплачивают стипендию. Эти организации зачастую имеют поддержку с Запада. После возвращения на родину, некоторые выпускники этих вузов, ставшие идейными последователями «Салафии», продолжают проповедовать свои идеи. По моим данным, в Таджикистане насчитывается до нескольких тысяч последователей движения»[22]. Ситуация, надо отметить, во многом сходная с киргизской.

В то же время, нельзя говорить, что описанный выше процесс радикальной исламизации запускается без опоры на реальную ситуацию, так сказать «из воздуха». «Исламизация - что на Северном Кавказе, что в Средней Азии - идет на людоедском неолиберальном фоне. Всюду богатые лишь богатеют, а бедные только беднеют. Всюду издержки возлагаются на низы. Всюду сворачиваются остатки бесплатной «социалки». Всюду растут «налоги на бедность» - потребительская инфляция, тарифы на топливо и услуги ЖКХ. Исключением выглядит пока лишь наглухо закрытая Туркмения, где все виды энергии для населения бесплатны», - подчёркивает агентство Росбалт[23].

Немаловажно также и то, что салафизм опирается на реальный (не декларативный!) интернационализм, о культивировании которого элиты независимых государств в большинстве своём даже не задумываются. Вот чем это оборачивается в случае Казахстана: «Мало кто знает, что самый первый террористический акт в Атырау был предотвращен еще в 2005 году. На звание террориста № 1 страны претендовал некий уроженец Южно-Казахстанской области Андрей Миронов, 1978 года рождения, - он же принявший ислам Абдулл Ваххаб. В том же 2005 году он приехал в Атырау, окончил курсы электрика и устроился на работу в хозотдел городского акимата, как потом выяснилось, с одной единственной целью - взорвать его. Детали оперативно-розыскных мероприятий неизвестны, но Миронова осенью задержали в центре города. При нем нашли элементы взрывного устройства, а на съемной квартире схему расположения кабинетов городского акимата и дубликаты ключей от некоторых кабинетов. Многие скептики поговаривали, что все улики Миронову просто подбросили. Тем не менее суд приговорил его к 5 годам лишения свободы за хранение взрывного устройства и терроризм»[24]. Как тут не вспомнить этнически русских шахидов из РФ! Действительно: «на Казахстан начинают переносить опыт террористической активности, уже опробованный в течение значительного количества лет на российском Кавказе»[25]. Такими мыслями по поводу одного из последних задержаний исламских радикалов делится эксперт казахстанского Института политических решений Рустам Бурнашев. Несомненно, представлять салафизм в виде потенциальной идеологии будущих центральноазиатских элит пока рано: всё-таки модернизация местных обществ в советское время была проведена основательно. Поэтому, даже учитывая их нынешнюю деградацию, прогнозировать «исламскую революцию» или что-либо подобное в ближайшее время не приходится. Даже с учётом текущей деградации этих обществ[26]. Однако - вода камень точит… По мнению Александра Собянина, «американцы разыгрывают в Центральной Азии собственную стратегию и сделали ставку на радикальные международные исламистские группы, которые должны сокрушить устоявшиеся государства и переформатировать регион»[27].

Безусловно, в перечислении угроз нельзя не учитывать возможность межгосударственных конфликтов как на Кавказе, так и в ЦА. Армяно-азербайджанский конфликт пока находится в «спящей стадии», но возможность его неожиданной эскалации никто сегодня не исключает. «Карабахский конфликт, который уже третье десятилетие влияет на внутриполитические процессы в Армении и Азербайджане и определяет военно-политическую «температуру» на Южном Кавказе. Градус воинственной риторики здесь последовательно подогревается, и этому не могут помешать даже попытки российской дипломатии разрядить взрывоопасную атмосферу путем выработки схем двустороннего взаимодействия и с Ереваном (обеспечение безопасности, инвестиции), и с Баку (энергетика и другие виды экономического сотрудничества). Интерес России к обеспечению устойчивого мира на Южном Кавказе обусловлен ее жизненными интересами – любое возобновление боевых действий вокруг Нагорного Карабаха может привести к очень серьёзным последствиям, как минимум, на Северном Кавказе с компактным проживанием многочисленных армянской и азербайджанской диаспор», - считает российский эксперт Андрей Арешев[28]. По некоторым данным, в последнее десятилетие Грузия, Армения и Азербайджан последовательно наращивали свои расходы на вооружение, в общей сложности увеличив затраты на оборону в пять раз. «Армения увеличила свои ежегодные расходы на оборону с 93 млн. долларов в 1999 до 217 млн. долларов в 2008 году в исчислении на основе общего уровня цен 2005 года, говорится в документе. Оборонный бюджет Азербайджана вырос с 133 млн. долларов в 1999 г. до 697 млн. долларов в 2008 г., а Грузии за аналогичный период – с 39.8 млн. долларов до 651 млн. долларов», - сообщает Стокгольмский международный институт по изучению проблем мира (SIPRI)[29].

В Центральной Азии конфликтный клубок завязывается с участием Узбекистана, Киргизии и Таджикистана. Во-первых, нельзя забывать о летней перестрелке между киргизскими и узбекскими пограничниками[30], которая, по мнению некоторых экспертов, едва не поставила две страны региона в положение войны (если говорить о взаимоотношениях Узбекистана и Киргизии, то ещё не забыта киргизско-узбекская резня 2010 г. в Оше – и этот фактор, в случае чего, киргизам припомнят[31]). Во-вторых, уже два года длится «холодная война» между Узбекистаном и Таджикистаном. Предмет спора – вода. Официальный Ташкент протестует против строительства в Таджикистане Рогунской ГЭС. Душанбе же идти на компромиссы отказывается.  Поэтому президент РУ Каримов пытается опереться на авторитет других соседей по региону: в частности, Казахстана и Туркмении. В начале прошлого месяца глава Узбекистана побывал в Астане, где встретился с Нурсултаном Назарбаевым. «Давайте, прежде чем начать строить, прежде чем подписывать с какими-то великими государствами документы о строительстве, давайте предварительно проведем экспертизу международную объективную и дадим четкое разъяснение нашим народам, нашим людям. А что завтра будет тогда с теми, кто живет ниже стока реки?», — таков главный посыл президента РУ, который, как можно заметить, апеллирует теперь (с конца сентября) не только к российско-таджикским, но и российско-киргизским проектам в области гидроэнергетики[32]. Примерный прогноз Узбекистана ужасен: «Землетрясение, вроде недавнего в Японии, может повредить основание высотной плотины, и тогда она рухнет под давлением 300-метрового столба воды из водохранилища. В результате вниз по Вахшу со скоростью 130 метров в секунду устремится гигантский водяной вал, который сметёт все семь гидростанций и гидроузлов Вахшского каскада, затопит города и кишлаки в самом Таджикистане, а также в Узбекистане и Туркмении, и уничтожит плодоносную Ферганскую долину».

«Комментируя апокалиптический прогноз Ташкента по Рогунской ГЭС, член Международной гидроэнергетической ассоциации, российский специалист Яков Бляшко отметил, что эту ГЭС проектировали и закладывали ещё в советские времена инженеры Союза, имевшие серьёзный опыт возведения гидроэлектростанций в сейсмически опасных горных зонах: в Грузии, например, или на Северном Кавказе станции стоят по сей день, и при любых землетрясениях ничего катастрофического с ними не происходит», - такое, диаметрально противоположное, мнение приводит агентство ИТАР-ТАСС. Как бы то ни было, Каримов непреклонен в своей антиГЭСовской риторике и, в первую очередь, хочет быть услышанным казахстанской стороной: «Ниже всех по стоку Сырдарьи живут в течение многих столетий узбеки и казахи. И с этой точки зрения мы не можем сегодня молчать, когда возникают какие-то планы, которые решаются, абсолютно не интересуясь, а в каком же мы положении завтра окажемся»[33]. А вот по мнению киргизского эксперта Бакыта Бакетаева, экология и безопасность для президента Узбекистана стоят на втором месте: «Он прекрасно понимает, что если объекты будет строить российская сторона, то стройка будет вестись с соблюдением всех необходимых норм, как экологических, так и градостроительных. Ислама Адбуганиевича больше волнует другое. Он боится, что Кыргызстан и Таджикистан в виде новых ГЭС получат мощные инструменты влияния на Узбекистан.  Эти энергетические объекты позволят кыргызской стороне управлять своими водными ресурсами в ущерб региональным интересам Узбекистана»[34].  

«Позиция Узбекистана будет жесткой, несмотря ни на что. А это значит, что спираль конфликтности между РФ и Узбекистаном будет только раскручиваться», - считает, в свою очередь, узбекский эксперт Бахтиёр Эргашев[35]. «Конфликт с Узбекистаном означал бы окончательную потерю Россией какого-либо влияния в регионе, сумма Киргизии и Таджикистана эту потерю никак не восполняет, величины не сравниваемые», - солидарен со своим коллегой из РУ Александр Князев[36]. «Идти на дальнейшую конфронтацию и делить регион на блоки – плохая политика. С Узбекистаном надо искать компромиссы. Думаю, не случайно вопросы гидроэнергетики, раздражающие Ташкент, в Бишкеке и Душанбе во время визита Путина не были решены и не случайно в Бишкеке из уст президента России прозвучало приглашение к диалогу по этим вопросам Узбекистана и Казахстана. Желание киргизского и таджикского руководства построить на российские деньги гигантские ГЭС и получить рычаг давления на находящийся в низовьях Амударьи и Сырдарьи Узбекистан – опасный авантюризм, участвовать в котором Россия не имеет права. Насколько мне известно, вопрос о контактах на высоком уровне прорабатывается и в Москве, и в Ташкенте, и, возможно, площадкой для такого разговора могла бы стать Астана», – заметил он же в интервью «Независимой газете»[37]. Впрочем, о том, что Россия втягивается в какой-то внутрирегиональный конфликт пока говорить нельзя. Всё-таки, на данном этапе строительство Рогунской ГЭС – весьма призрачная перспектива, а детали возведения киргизской ГЭС «Камбарата-1» находятся под пристальным рассмотрением рабочих групп из всех четырёх стран – в том числе и Узбекистана.

Таков лишь самый приблизительный перечень угроз, масштаб которых находится в прямой зависимости от поведения геополитических игроков на Кавказе и в ЦА. Вариантов комбинирования – масса. Тем более на пороге вывода американских войск из Афганистана. Как мы уже убедились, меньше всего в дестабилизации рассматриваемых регионов заинтересована Россия. Подобные эксцессы в первую очередь ударят по имиджу ОДКБ – так, например, было даже во время трагических событий на юге Киргизии в 2010-ом. В результате Россия будет выставлена в виде безвольного и трусливого наблюдателя – а этого и в ЦА, и на Кавказе не прощают. «Евразия - серьезная дама, и с ней нельзя неуверенно. Или тогда нужно тихонечко сидеть в своих национальных квартирах и разлагаться! - констатирует московский евразиец Александр Дугин и добавляет, - Есть множество аргументов, которые расшатывают Евразийский союз. Мало кто понимает, что создание этого союза - это дело героев, а не средних людишек. В отличие от Европейского. Там «средний человек» канонизирован, поэтому средние людишки собрались и создали Брюссельскую бюрократию. У нас попытка такого рода просто обречена на провал, она закончится катастрофой! Нам необходимы совершено другие энергии»[38]. «Россия, играя по правилам Запада, получила на юге нестабильный, опасный регион, который в любое время может привести к необходимости создания Среднеазиатского фронта. Единственный выход – это вернуться в Среднюю Азию, взять за неё полную ответственность, в рамках восстановления Великой России. Глупости о «кормлении Средней Азии» (Кавказа и т. п.) надо забыть. Мы и так несём ещё большие стратегические, демографические, финансово-экономические потери, из-за ухода со своей территории. В ином случае Средняя Азия станет частью «Всемирного халифата», Поднебесной империи или «зоной инферно» вроде Сомали и Афганистана. Выбор очевиден», - о том же, но другими словами говорят эксперты «Военного обозрения»[39]. Итак, кроме России на такой геополитический рывок не способен пока никто. Тому же Китаю достаточно пока распространения собственного экономического влияния, чего он и достигает через ШОС (действуя при этом, как ни парадоксально, чаще в двустороннем формате). Надо понимать, что сегодняшние граждане независимых среднеазиатских республик – с учётом  их колоссальной миграции в Россию и неэффективности российской миграционной политики –  это завтрашние россияне. Было бы наивно думать, что все их связи с исторической родиной будут порваны в самое короткое время. Напротив, с учётом семейных институтов среднеазиатов, они  будут только укрепляться. Соответственно, все движения внутри этих государств будут очень быстро трансполироваться на российские реалии. И от этого не убежать. Ровно то же самое касается и многоликих «кавказцев», диаспоры которых уже давно обосновались в Москве да и в других местах Российской Федерации тоже. Это – будущее России. И есть смысл в это будущее вкладываться.

Иосиф ИЛЛАРИОНОВИЧ, обозреватель Polit.KG



[1]http://polit.kg/conference/3/101

[2]http://www.knews.kg/ru/econom/18855/

[3]http://www.arms-expo.ru/050055049057124050057048051052.html

[4]http://evrazia.org/article/2056

[5]http://ru.wikipedia.org/wiki/Вооружённый_конфликт_в_Южной_Осетии_(2008)

[6]http://регнум.рф/news/fd-abroad/armenia/1572598.html

[7]www.fergananews.com/article.php?id=7122

[8]http://analitika.org/ca/geopolitics/1193-20061029224624662.html

[9]http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1338350820

[10]http://newsruss.ru/doc/index.php/Афганистан

[11]http://inosmi.ru/world/20120810/196390296.html

[12]http://www.ru.journal-neo.com/node/118337

[13]http://www.ng.ru/cis/2012-10-09/6_nazarbaev.html

[14]http://analitika.org/ca/geopolitics/275-20071106053401548.html

[15]http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1338350820

[16]http://www.dw.de/dw/article/0,,15849665,00.html?maca=rus-rss-ru-all-1126-rdf

[17]http://www.news-asia.ru/view/3503

[18]http://polit.kg/conference/5/135

[19]http://islam.kz/node/68

[20]www.regnum.ru/news/polit/1579169.html

[21]http://www.newsru.com/russia/29aug2012/dagestanaftershocks.html

[22]http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1216929960

[23]http://www.rosbalt.ru/main/2011/07/15/869420.html

[24]www.regnum.ru/news/polit/1579169.html

[25]http://for.kg/news-191393-ru.html

[26]http://www.kp.ru/print/news/1213135?geo=39/, http://www.niiss.ru/05.shtml 

[27]http://www.ng.ru/cis/2012-09-20/6_kirgizia.html

[28]http://www.fondsk.ru/news/2011/01/31/neminuem-li-vzryv-po-blizhnevostochnomu-obrazcu.html

[29]http://inosmi.ru/caucasus/20100326/158823001.html

[30]http://mn.ru/world_ussr/20120723/323513174.html

[31]http://russian.eurasianet.org/node/59148

[32]http://www.focus.kg/news/analitik/7251.html

[33]http://www.kyrtag.kg/?q=ru/news/27417

[34]http://www.focus.kg/news/analitik/7251.html

[35]www.regnum.ru/news/1573800.html

[36]http://www.upmonitor.ru/news/russia/1008971a/

[37]http://www.ng.ru/cis/2012-10-09/6_nazarbaev.html

[38]http://total.kz/politics/2012/07/13/srednie_lyudishki_ne_smogut_sozd

[39]http://topwar.ru/16771-iskusstvennye-gosudarstva-sredney-azii-ugroza-nacionalnoy-bezopasnosti-rossii.html

Версия для печати   |   Просмотров: 5229   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная