POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Среда, 21 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Уйдут ли американцы из Афганистана, и чем обернется их уход из страны?

11.02.2013 18:06 - Polit.kg

Развитие событий в Афганистане после 2014 года в геополитическом смысле представляет для центральноазиатского региона особый интерес. Здесь и таджико-узбекское соперничество в становлении контроля над северными областями страны, борьба с наркотрафиком и распространением экстремизма, как неотъемлемая часть обеспечения стабильности во всей Центральной Азии. Да и собственно политика стран Запада, России и Китая в отношении Афганистана в ближайшем будущем имеет немаловажное значение для региона.  

        

О том, какие изменения претерпевала западная политика в отношении Афганистана, и как обстоят дела с соглашениями о выводе войск сейчас, рассказал президент Института общественной политики Муратбек Иманалиев:

«Сам по себе регион сложный, недаром Тойнби характеризовал Афганистан как «восточный перекресток истории». Так что очевидно, почему идея Большой Центральной Азии связана именно с Афганистаном. Однако еще в начале всего того, что называлось антитеррористической борьбой, в 2001 году было не совсем понятно, существует ли у американского руководства какая-то концепция. Был набор целей, которые выдавались за стратегию. Джордж Буш тогда говорил о том, что более 40 стран согласились предоставить свои территории под военно-воздушные и другие базы в целях антитеррористической борьбы. Более конкретные задачи Буш обозначил, сделав ультимативное заявление в отношении Талибана. В более поздний период, в августе 2003 года, уже НАТО взяло на себя функцию обеспечения международной безопасности. И, наконец, пришел к власти президент Обама, который в своей знаменитой речи в Каирском Университете сделал заявление о том, что США со своими союзниками будут готовиться к завершению операции сначала в Ираке, а затем и в Афганистане. Некоторое время назад был обозначен и регламент – вывод войск к 2014 году.

Теперь встает проблема разработки концепции вывода войск, которой, на мой взгляд, до сих пор нет. Есть некая схема, где обозначены пути вывода. Но концепция – это нечто более конструктивное. И, главным образом, нет какой-то хотя бы приблизительной модели того, что будет дальше с Афганистаном и Центральной Азией. Я убежден, что афганская проблема – это и проблема Пакистана, Индии и Ирана. Кроме задач географического моделирования ситуации есть еще проблемы функциональные – проблемы исхода из Афганистана разного рода экстремистских идей и идеологий, перевозки наркотиков. На этом временном отрезке, от 2001 до 2014 года, произошли некие трансформации взглядов на афганскую проблему: в концептуальном плане от того, что Буш в свое время назвал безграничной свободой, до идеи Большой Центральной Азии, а позже уже Хилари Клинтон обозначила тематику «нового Шелкового Пути». Но в настоящее время каждая страна все равно действует самостоятельно в вопросах того, что касается Афганистана, единой линии здесь нет. 

Общая тенденция: за прошедшие 12 лет от жесткого неприятия талибов переходят к переговорам с ними. Говорится о том, что умеренных талибов, не связанных с Аль-Каидой, необходимо привлечь к переговорам. Я не хочу сказать, что это является сдачей позиций международных сил в деле обеспечения безопасности, но это, суть, демонстрация того, что делается не совсем то, что можно было бы сделать. Первое и самое главное - проблема Афганистана, которая плотно коррелируется с каждой из стран Центральной Азии, делегирована Соединенным Штатам. На мой взгляд, толком афганской проблемой в Центральной Азии никто не занимается. Существуют какие-то мелкие проекты и не более того. Нужно более активно этим заниматься не только в рамках содействия официальному Афганистану, но и в обеспечении безопасности».      

Позиция кыргызстанского МИДа в данном случае скорее иллюстрирует слова эксперта: «Развитие ситуации в Афганистане оказывает прямое воздействие на стабильность и безопасность прежде всего в нашем центральноазиатском регионе. В этой связи афганистанская проблема требует большого внимания со стороны всех стран региона, в том числе и нашей. – Рассказала заместитель министра иностранных дел КР Самаргуль Адамкулова. - Ключ к решению проблем Афганистана находится прежде всего в руках самого афганского народа, и напрямую зависит от темпов разрешения проблем экономического и социального характера. Принятая правительством Карзая национальная стратегия развития Афганистана уже дает свои результаты. Формируется государственное управление, проводятся меры по передаче национальной армии Афганистана вопросов обеспечения национальной безопасности страны, при помощи зарубежных стран реализуются различные социально-экономические проекты. Кыргызстан безусловно поддерживает шаги и инициативы правительства Афганистана на пути достижения мира и стабильности, и весьма важная роль в вопросе восстановления Афганистана принадлежит развитию и укреплению регионального сотрудничества. В этой связи Кыргызстан всегда выражал свою готовность содействовать развитию региональных институтов, т.к. это является одним из ключевых условий становления стабильности в Центральной Азии».

Что же касается прогноза ситуации в регионе и проблем возникающих вокруг него, каких-то кардинальных перемен ожидать не стоит, считает руководитель аналитического консорциума «Перспектива» Валентин Богатырев. По словам эксперта, расхожее мнение о положении дел сегодня во многом строится на стереотипах, в общем-то, не имеющих отношения к действительности, и рассматривать будущее Афганистана после 2014 года необходимо в отрыве от подобных мифологем:  

«Мой подход, возможно, несколько неожидан, но, думаю, объективно есть три контекста, в которых надо рассматривать проблему «Афганистан 2014». Первое, это внутриафганский конфликт. Афганистан сегодня представляет собой такую очень сложную мозаичную картину, по поводу которой существуют в меньшей степени знания и в большей степени стереотипы. Четыре наиболее известных:

 

- стереотип об уходе иностранных военных из Афганистана;

- угроза Талибана;

- слабость Кабула и центральной власти;

- ожидание раздела страны.


Ситуация состоит в том, на мой взгляд, что эти стереотипы фигурируют больше как некие симулякры, нежели реальность, вокруг которых концентрируется наше внимание. Талибан, которому придают характеристики единого движения, на самом деле представляет собой очень сильно фрагментированый феномен, под который загоняются самые разные силы и процессы. Необходимо понимать, что это достаточно разрозненная конструкция со слабыми командными структурами и действующая на очень большой территории, причем в условиях значительного племенного разнообразия. И не говоря даже о том, что есть, например, иранские, пакистанские талибы – что не одно и то же – нужно понимать: цементируется это движение в основном за счет внешнего врага. Когда есть советские войска и есть Талибан, есть американские войска и есть Талибан. Утратив врага, они утратят и основание для объединения, когда вступят в силу старые межклановые распри, которые, собственно, не утихали никогда.

Таким же мифом является и представление о том, что Хамид Карзай контролирует только Кабул. Мы должны понимать, что Афганистан всегда был страной с децентрализованной системой власти, и существовала достаточно сильная «лоскутная» власть, опиравшаяся на лидеров местных племен. И в этом смысле централизованного государства, как мы его понимаем, там никогда и не было.

Малоосновательна и идея распада страны. Хотя бы потому, что нельзя назвать ни одной ее неоспоримо цельной части. Даже в северных регионах, где преобладает пуштунское население, есть значительные этновключения других групп. И даже среди самих пуштунов около ста племен, внутри которых существуют значительные противоречия. Поэтому раздел страны на три или четыре части – это идея утопическая.

Относительно же ухода иностранных войск, мы должны отказаться от этой иллюзии - что войска будут на самом деле выведены. По крайней мере все, о чем сейчас говорят США и НАТО, это сокращение военного персонала и отказ от участия в военных действиях, передача данной функции афганским силам. Но это означает, что останутся базы и разные советники, останется материальное обеспечение, т.е. останется военная инфраструктура.

Второй важный аспект, через который мы должны смотреть на проблему в Афганистане – это межрегиональные отношения. Сегодня страна очень тесно включена в контекст межрегиональных отношений, я имею в виду то, что происходит с Индией и Пакистаном. Назову только три важных сквозных процесса: наркотрафик, исламское сопротивление и претензии соседних государств на контроль афганских этнотерриторий. Надо ли говорить, что все эти процессы если и связаны с присутствием иностранных войск, то весьма косвенно. То есть, они будут происходить независимо от того, присутствуют ли в регионе европейцы и американцы. Эти процессы сохранятся и после 2014 года, как они существовали и до 2001 г. Тенденция здесь очень тревожная и конфликтогенная. Известна роль Пакистана в поддержке движения Талибан, как и их соучастие в действиях сил антитеррористической коалиции. И то и другое не вызывает к ним симпатии в Афганистане. Другая региональная линия, более важная для нас – это борьба за контроль севера Афганистана между таджикскими и узбекскими группами. Особенно в контексте отношений между Узбекистаном и Таджикистаном. На сегодня ситуация такова, что северные территории практически безраздельно контролируются этническими таджиками. И узбекское население не может не признавать этот факт и не может относиться к нему спокойно. Своеобразный реванш берется на границе между Узбекистаном и Таджикистаном. К тому же, эти противоречия очень активно и легко используются другими игроками, прежде всего Россией, для решения собственных задач по влиянию в Центральной Азии.

Что касается третьего, глобального, контекста, система отношений, которые складываются в связи с Афганистаном, играет свою роль и во взаимоотношениях США и Европы, Китая и России. И Китай и РФ заинтересованы в сохранении управляемости Афганистана и вынуждены не только мириться с тем, что сегодня эту контролирующую функцию сохраняет за собой США и НАТО, но и испытывают некоторое облегчение от того, что они сами от этой роли освобождены. Для России афганский вопрос в большей мере связан с проблемой наркотрафика и контролем центрально-азиатского региона. В общемировом смысле стоят задачи доступа к ресурсам, которыми богат Афганистан, и ограничение экспорта идей сепаратизма. В Афганистане были обнаружены крупные запасы железа, меди, кобальта, золота, залежи ряда редкоземельных элементов. По оценкам Пентагона, стоимость открытых полезных ископаемых 1 триллион долларов. Естественно, что это очень интересует всех игроков, и в большей степени Китай. Для США вопрос о ресурсах тоже важен, но думаю, не в такой степени как для Китая. США рассматривают Афганистан скорее как плацдарм для контроля в пакистано-индийском и иранском направлениях, поэтому для них будет важно сохранить военную инфраструктуру в этом регионе. Нас же больше волнует северное направление и наркотрафик, которые непосредственно касаются Кыргызстана.

 

Главный вывод, говоря простым языком: Америки в регионе будет меньше, что не снимает интереса США в тех процессах, которые там происходят. Судя по тому, что говорят американские эксперты, и мы можем сейчас наблюдать, скорее всего США займут такую своеобразную позицию, как в китайской притче - наблюдать с горы за схваткой тигров, т.е. наблюдать за тем, как на этой площадке работают друг с другом Россия и Китай. Более того, они в определенной мере будут делегировать и той и другой стороне некоторые сферы деятельности и проблемы, которые здесь можно решать».

 

Подготовлен корреспондентами POLIT.KG 

 

Версия для печати   |   Просмотров: 1769   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная