POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Суббота, 17 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Кыргызстан – лаборатория «мягкой силы»

29.04.2013 16:39 - Polit.kg

В конце апреля в бишкекском пресс-центре ИА 24.kg состоялось экспертное  обсуждение такого явления в современной политике, как softpower (мягкая сила). Представляем Вашему вниманию отдельные выступления.

 

Дмитрий Александров, эксперт Российского института стратегических исследований (г. Москва):

«Мягкая сила» - весьма заметный феномен политологии и социологии, заявивший о себе двадцать с лишним лет назад. Саму эту концепцию сформулировал в конце 80-х – начале 90-х годов прошлого века такой видный американский неолиберальный идеолог, как Джозеф Най. Известно: кто первым формулирует принципы, тот и более успешен и в своей практической деятельности.  Суть «мягкой силы» в том, чтобы привлечь на свою сторону информационные ресурсы и элиту той или иной страны, не прибегая к подкупу и силовому давлению.

Вписывая киргизскую интригу в общемировой контекст, следует отметить, что борьба за Кыргызстан является частью стратегии США закрепиться в центре Евразии. И применение «мягкой силы» является лишь одним из методов внешней политики этой страны и её союзников в Европе. «Мягкая сила» как инструмент использовалась ими во всех странах Центральной Азии. Однако по прошествию времени в одних государствах (таких, как Туркмения и Узбекистан) установились режимы с довольно жёсткой властной вертикалью и жёсткой позицией по отношению к внешнему воздействию. В результате американцы сосредоточились на двух странах: Кыргызстане и Казахстане. Началось мощное развитие сети НПО, идеологически и финансово связанных с американскими структурами СМИ, программ студенческого обмена, учебных заведений для воспитания «своих кадров» на местах. Уникальность ситуации, сложившейся в Кыргызстане, состоит в том, что уже к концу 90-х годов он стал идеальной площадкой для отработки основных сценариев, связанных с «мягкой силой»: ослабли государственные институты, но, в отличие от того же Таджикистана, имелась развитая образовательная среда. Сложился класс интеллигенции, которая не могла найти себе работу. И здесь очень кстати пришлись многочисленные западные НПО, фонды и т.д. Они помогли этой прослойке выжить. Молодое поколение шло в эти же структуры уже «по накатанной». Такое соотношение факторов было характерно только для Кыргызстана. В том же Казахстане государственные институты постепенно встали на ноги и режим благоприятствования западным структурам несколько сузился. В Узбекистане после Андижанских событий большая часть этих структур и вовсе была по понятным причинам вытеснена. Интересно, что даже нынешнее потепление отношений между Узбекистаном и США не вызвало притока американских фондов и НПО – наверное, потому что узбекские власти учатся на своих ошибках.

Мы видели, как активно инструменты «мягкой силы» использовались во время «тюльпановой революции» 2005 года. Они высветили такой плюс этой системы, как её самоподдерживающийся характер. Все её структуры – они не жёстко управляемые. В этом и их минус, и их плюс: они автономны. Надо отдать должное тому факту, что за эти двадцать лет уже сформировалась прослойка людей, которые совершенно искренне  ассоциируют национальные интересы с интересами Соединённых Штатов. Сейчас, поскольку и в США, и в Европе весьма сильно чувствуется экономический кризис, финансирование программ «мягкой силы» сокращается. Но даже в этом контексте сформированный пласт НПО и информационных структур продолжает работать. И, я уверен, будет продолжать в будущем. При этом, разумеется, сохранится и его деструктивный потенциал. Поскольку российское руководство стремится сегодня проводить по отношению к Западу взвешенную и независимую политику, в ближайшем будущем мы можем увидеть очередное оживление американских и европейских институтов «мягкой силы» в Кыргызстане. В этот раз новым фактором станут так называемые «новые медиа». Известная концепция «цифровой дипломатии», которую провозгласила госсекретарь США Хиллари Клинтон, заключается в максимальном использовании социальных сетей, блогов, онлайн-трансляций для формирования информационной среды. Кыргызстан и Казахстан являются региональными флагманами в развитии сетевых технологий, и поэтому этот, совершенно новый фактор, не замедлит сказаться.

 

Марс Сариев, эксперт-политолог:

Я согласен с Дмитрием и его тезисом о том, что география – это судьба. Россия и Китай ни в коем случае не заинтересованы в дестабилизации ситуации в Кыргызстане.

С приходом Акаева у власти в республике оказалась номенклатура второго и третьего эшелонов, которая концептуального видения не имела. Не имела и потому, что до того концептуальная власть была в руках Москвы. Такова наша психология: мы были первыми учениками Москвы и во времена Горбачёва, и во времена Ельцина. Мы первыми вышли и из рублёвой зоны, и осудили ГКЧП. Это прагматизм выживания, ментальность кочевника. Смотрите: сейчас, когда в России к власти возвращаются «державники», мы тоже идём им навстречу. Получается, мы до сих пор концептуально несамостоятельны.

Став «островком демократии», мы, конечно, стали лабораторией Соединённых Штатов по переоформлению постсоветского пространства. Однако то, что работает в Грузии и в Украине, здесь не срабатывает. Отличие Кыргызстана в том, что здесь превалируют родоплеменные клановые отношения. Родоплеменные вожди сами используют ресурс западной «мягкой силы»: миллиарды долларов влились в инфраструктуру особняков и «Лексусов». Это тоже некий менеджмент, и его сила в том, что он не ангажирован ценностно.Главное – выживание. Всё остальное для кыргызского политика значения не имеет. Памятники Ленину стоят у нас до сих пор, потому что на них и в своё время никто внимания не обращал, и сейчас никто не обращает тем более.

По тому же принципу работают и наши НПО: они абсорбируют ресурс, не влияя на власть. Молодые люди, окончившие Кембридж и Йелль, попадая в госструктуры, переформатируются и уже не могут оказывать влияние.

Так было и век назад. Первые коммунисты Кыргызстана – выходцы из родовой знати, окончившие в своё время русско-туземные школы. Зачем удивляться тому, что теперь наши «красные директора» стали олигархами?

 

Жусуп Пиримбаев, зав. кафедрой экономики КТУ «Манас»:

Пока существуют интересы, будет существовать и «мягкая сила». Приобретя суверенитет и попав на политическую карту мира, Кыргызстан так и не обрёл независимости. Можем ли мы вести хоть какой-то торг, если с 1991 года решение всех экономических вопросов у нас перешло в политическую плоскость? Экономические законы и соображения не рассматриваются.

И ещё: хотя мы осваиваем партийную систему, в Кыргызстане до сих пор нет ни одного партийного лидера. Последним был Турдакун Усубалиев. Все нынешние – не лидеры, а всего лишь учредители, которым все в партии подчиняются. И «мягкая сила» использует людей, а не партии.  На одного человека у нас работает даже Конституция. Из её последней редакции исчезло понятие «национальной собственности». Вместо неё теперь абстрактная «государственная собственность». Что имеется в виду под «государством»: члены правительства или президент? Есть чёткое понятие «контрольный пакет акций», но об этом никто не говорит. Значит, культивируется стопроцентно частная собственность. Такое существует только в нашей стране. Говоря об этом, я хочу напомнить, как нам навязывали программу ХИПИК. Помните, кто был её самым главным сторонником? Будущий министр финансов Акылбек Жапаров. А одной из главных целей тогда была приватизация природных вод. Отвечает ли это долгосрочным интересам нашего народа?

 

Турат Акимов, главный редактор газеты «Деньги и власть»:

Вся «мягкая сила» - это одно положение из трактата Сун-Цзы: «Главное не присутствовать, главное – влиять». Мы понимаем, что Кыргызстан – маленькая страна, и у неё нет геополитических амбиций. Поэтому главные игроки здесь – США, Россия и Китай. Пытаются поиграть с нами и Казахстан, и Узбекистан: даже обыкновенные торги по газу и углю можно воспринимать как элемент давления. При этом казахи прилетают к нам раз в пять лет, а турки – раз в полгода. И турков здесь интересует, прежде всего, вопрос американской авиабазы – их бизнес здесь ограничивается разливом нашей собственной воды, подкрашенной в красный и жёлтый цвета. Я не считаю, что это какие-то суперинвестиции. Однако казахи больше всех пытались заниматься здесь кадровым лоббированием со времён сватовства Адиля Тойгонбаева и Бермет Акаевой. Казахским лоббистом был и Медет Чоканович Садыркулов по кличке «МЧС». Некие взаимосвязи есть у казахов и с Адаханом Мадумаровым. А тот же Бабанов представляет интересы казахских олигархов.

США на сегодня – единственная держава, способная создать любую коалицию в любой точке мира. Такова, наверное, природа любого серьёзного политического игрока. Думаю, тем же самым занимался наш великий предок Чингисхан. В правление Акаева за эталон развития Кыргызстана был признан западный образ жизни. Акаев начал привлекать инвестиции, гранты, развёл кучу НПО, от которых потом сам и пострадал. Тогда-то в кыргызстанское общество и внедрились агенты влияния, до сих пор занимающие некую модераторскую нишу. Впрочем, мне думается, что Акаев, сбежав в Россию, «сдал» многие агентурные сети США в Кыргызстане…

 Потом был Курманбек Бакиев, который любил иногда забросить государственные дела. При нём были уничтожены все вооружённые силы Кыргызстана. Он говорил, что армия нам не нужна: мол, будем страной нейтралитета. Несомненно, это ему внушили.

Россияне при Ельцине «мягкой силой» не занимались. Лишь после 2010 г. Россия попыталась сюда войти, используя все рычаги. Проблема в том, что после Бакиева американцы всё-таки успели внедрить своих Отунбаеву и Текебаева. Они полностью переписали Конституцию, что только  приблизило страну к распаду. Американцам на границе с Китаем нужно создать «беспокойные территории». Как говорят их стратеги, экономическое развитие КНР остановит только война. Конечно, «ударной точкой» будет возбуждение уйгурской массы в СУАР. Там, а потом и во всей Центральной Азии должна завязаться «каша» джихада, которая бы отвлекла мусульман от Израиля.

Сейчас, я считаю, элементы «мягкой силы» у США здесь во многом утрачены и они будут работать с нами жёстче. Начнётся третирование по ряду вопросов. Не удивлюсь, что в честь авиабазы нынешнее руководство республики будет затребовано в Гаагский трибунал за «преступления против человечности». Не удивлюсь, если Максим Бакиев уже даёт в Лондоне консультации относительно возможных рычагов управления ситуацией в Кыргызстане. Не удивлюсь, если где-нибудь в «Азаттык» завтра появится Кадыржан Батыров, который начнёт поливать грязью временщиков или Атамбаева.

У России есть  «Газпром»: это мощный монстр, который захватит все топливно-энергетические ресурсы Кыргызстана. То, что мы отдаём «Кыргызгаз», означает, что мы отдаём свою энергетическую безопасность в руки Москвы. Мы уже давно сидим на российской «нефтяной игле».

В политику Кыргызстана Россия пытается войти через партию «Замандаш», которая в этом смысле пришла на смену «Ар-Намысу». Это тоже мягкая сила.

Китай «мягкой силой» занимался всегда. Уже тысячу лет он стравливал местных кочевников. Сегодня китайцы как бы говорят, что им не нужны ни наши деньги, ни наши ценности – им нужны наши ресурсы.  У меня есть документы, подтверждающие намерение китайцев скупить все золоторудные месторождения Кыргызстана. Они готовы вести судебные войны, инициировать любую тяжбу, лишь бы отбить эти залежи. Экспансия: вначале финансовая, потом трудовая, а затем и демографическая, - все китайские проекты основаны на этом принципе.

Акаев «просидел» на запасе советского прошлого. Бакиев «просидел» на том, что осталось от Акаева. У Временного правительства уже ничего не осталось: последнее было разграблено им самим. Поэтому осталось только то, что лежит под землёй. Вот почему сегодняшнее правительство раздаёт и продаёт лицензии.

Насчёт американской базы. Есть теория, что она обеспечивает политическую и военную безопасность Кыргызстана. Вторая теория состоит в том, что база – это зло, поход масонов, и мы будем порабощены. Третья теория гласит: «дайте деньги и делайте, что хотите».

У Кыргызстана уже не осталось никакого политического портфеля. Не удивлюсь, если завтра новая толпа захватит Белый дом, а американская сторона выдаст резолюцию ООН, где будет указываться, что в этой стране постоянно неконституционные перевороты, и надо вводить «голубые каски». Возможно, вскоре, в связи с Царнаевыми, гражданам КР будет запрещено посещать США. С другой стороны, вряд ли прекратится тот процесс, когда Америка через «грин карты» «закупает» людей, делает из них экспертов и отправляет обратно в страну.

Раньше мы наивно смотрели на внешние силы только как на образец для подражания. Время «розовых очков» проходит. Пока мы пытаемся стать то Швейцарией, то Турцией, то Малайзией, то Грузией ничего у нас не получится. Наша элита застряла в безвременье  и просто пытается выжить. А народ хочет развития. Но так как его нет, то легко поддаётся на провокации, ввергая страну в политические катаклизмы. 

Корреспонденты POLIT.KG

Версия для печати   |   Просмотров: 1829   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная