POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Среда, 21 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Центральная Азия: от эфемерной «общности» к реальному единству

15.07.2013 18:42 - Polit.kg

Для стран  Центральной Азии  Москва  играет особую роль. Российские эксперты уже выступают посредниками в обсуждении проблем водопользования. Российские предприятия  наращивают активность  в реанимации местной экономики. Та же Россия стремится обеспечить безопасность на государственных границах стран ЦА и внутри государств региона: используются инструменты ОДКБ, оказывается материально-техническая помощь армиям.  Одним словом,  Россия сегодня заинтересована в развитии добрососедских отношений между странами региона куда больше, чем сами Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан, Таджикистан и Туркменистан вместе взятые… 

У словосочетания «Центральная Азия» есть несколько значений. Например, для историков это  та область восточной Евразии, в центре которой можно поместить северную часть  нынешней Монголии. А вот большая часть политологов берёт южнее и в первую очередь, говоря о ЦА, почему-то вспоминает Афганистан. Но в наиболее общепринятом варианте под Центральной Азией подразумеваются пять «мусульманских» республик бывшего Советского Союза, пять весёлых «-станов»: Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан, Таджикистан и Туркменистан. В данном случае это чисто утилитарный термин, смыкающий в одно целое сразу два региона:  исторически имевший свой особый путь Казахстан и Среднюю Азию как наследницу Туркестана. Как бы то ни было, судьбы этих территорий и народов, их населяющих, переплелись так, что отказываться – может, от несколько тенденциозного, но удобного – термина «ЦА» смысла нет.

Сверхзадача этой публикации – понять, куда, в конце концов, заведут Центральную Азию те процессы, которые здесь протекают в последние десятилетия. Какая расстановка сил характерна для стран этого суперрегиона сегодня? Решение каких проблем более не терпит отлагательств? И наконец: имеются ли перспективы у внутренней, центральноазиатской интеграции или же речь должна идти скорее об участии в более глобальных интеграционных проектах?

 

«Низы» и «верхи» региона ЦА

Физическая география первичнее политической. Все великие цивилизации питались не только пассионарностью их зачинателей, но и энергией великих рек. И здесь, в ЦА, последние играли ту же самую роль.  Две великие реки Центральной Азии – это Амударья и Сырдарья. Именно на их берегах взросли все самобытные равнинные культуры региона, как раз и определившие образ региона на века. Не только условно, но и по факту равнинными державами сегодня можно назвать Узбекистан, Казахстан и Туркменистан. Территория Узбекистана – зона, на которой более всего в суперрегионе укоренено земледелие. Фактически, это определяющая культурная практика  местного населения, часть их идентичности. А теперь посмотрим, как узбекское земледелие зависит от вышеназванных водных артерий. Первое, на что стоит обратить внимание, так это на то, как политика здесь соотносится с географией.  Амударья образована слиянием рек, берущих исток в таджикско-афганском приграничье, а Сырдарья – рек, стекающих с территории Кыргызстана. Зависимость «равнин», значительная часть которых занята наступающей пустыней, от  «гор» обозначилась в XXвеке, когда использование водных ресурсов здесь вышло за рамки традиционного поливного земледелия и открыло простор для развития гидроэнергетики. В советское время все проблемы в этой сфере решались за счёт политики максимальной общей выгоды: действовал компенсаторный механизм, ограничивавший использование воды в «верхних»  республиках обильными  поставками альтернативных энергоносителей (уголь, газ) туда из «нижних». После 1991 года, с приходом в регион капиталистических отношений, каждая страна принялась «заламывать» свои цены на  углеводороды в случае с «равнинами» и без всякого согласования менять режим работы гидроэлектростанций, стоящих у истоков главных рек, в случае с «горами». Как результат – затопленные поля Узбекистана, сидящие зиму напролёт без газа Кыргызстан с Таджикистаном и так далее. Понятное дело, виноват во всём дух наживы, затмивший разум таких неопытных, едва-едва заявивших о себе центральноазиатских политиков.  

В итоге страны региона отгородились друг от друга стенами, зазоры в которых открываются лишь время от времени. Естественно, особой радости это ни у кого вызывать не может. Разве что, такой вариант явно предпочтительнее варианта внутрирегиональной войны.

Итак, взаимозависимость всех пяти государств резко обнажила несостоятельность их попыток укрепиться в собственной «независимости». Период иллюзий, в наиболее абсурдной форме обозначившийся идеей Сапармурата Ниязова решить водную проблему страны, вырыв озеро в Каракумах, заканчивается. Новый виток напряжённости связан ныне с планами России на развитие гидроэнергетики в Кыргызстане и планами Таджикистана с помощью других не-центральноазиатских держав либо даже своими собственными силами достроить-таки Рогунскую ГЭС. Последняя возводится на реке Вахш, питающей Амударью. Сказать, что Узбекистан против – значит ничего не сказать. Своё несогласие, подкреплённое выкладками, что данное строительство может стать причиной большой природной катастрофы, РУз уже выразила транспортной блокадой Таджикистана: элементы будущей ГЭС, которые следуют в Таджикистан железной дорогой, просто задерживаются. В марте 2012 года соответствующий участок «железки» был и вовсе разобран.

В случае с Кыргызстаном, который собирается ещё «плотнее» эксплуатировать реку Нарын, питающую Сырдарью, до столь кардинальных методов протеста Узбекистан ещё не дошёл. Свою работу в этом направлении официальный Ташкент строит сейчас на формировании союзнических отношений с равнинным Казахстаном. В конце июня президент РК Нурсултан Назарбаев посетил Ташкент и заставил всех говорить об укреплении внутрирегионального блока «Узбекистан-Казахстан». «Наши подходы совпадают во многих аспектах, в том числе – касательно проблемы водных ресурсов в регионе», - написал Назарбаев по итогам встречи с узбекским коллегой. Чем же обернётся такое единодушие «низов»? Кыргызстанские эксперты полагают: дело идёт к повышению платы за транзит электроэнергии из Кыргызстана в 2-3 раза уже ближайшей зимой. Суть в том, что перебрасывать электроэнергию со своего юга на свой север эта страна может только через своих равнинных соседей. Линия Кыргызстан – Узбекистан - Таджикистан – Узбекистан – Казахстан именуется Объединённым энергетическим кольцом, и если это кольцо будет где-то разорвано, это поставит крест на планах КР зарабатывать экспортом электроэнергии  на международном рынке. Конечно, более развитые равнинные страны могут делать заявления об ответственности за своих менее удачливых горных братьев, но любое усиление последних в любом случае будет рассматриваться как новый повод, чтобы те диктовали свои правила. А вот этого ни Казахстану, ни Узбекистану не надо.

Экономическая оторванность и политический антагонизм хорошо просматриваются в положении на границах центральноазиатских государств. Заминированный по периметру Узбекистан –лишнее тому подтверждение. Совсем недавно на участке пограничной заставы «Марказ»  узбекскими пограничниками был застрелен гражданин Кыргызстана. МИД КР вручил послу РУз в Бишкеке ноту протеста. И это далеко не первый случай, когда страдают местные жители: ещё один кыргызстанец был застрелен в прошлом году близ Аравана. А на границе Узбекистана с Таджикистаном ситуация ещё более критическая.  «Официальный Ташкент держит глухую оборону, стремясь в одностороннем порядке, с нарушением международного права, с позиции силы решить существующие приграничные проблемы», - констатируют киргизские СМИ. Такой подход в Ферганской долине, представляющей единый природно-хозяйственный комплекс, явно неприемлем. Особенно, с учётом наличия анклавных территорий, где фактор конфликтности проявлен настолько сильно, что этого просто нельзя не заметить. В Кыргызстане только за последние полгода наблюдались стычки на границе узбекского анклава Сох (январь) и таджикского анклава Ворух (апрель). Причём, данные инциденты опровергают расхожее мнение о том, что стоит произвести окончательную делимитацию границ – и всё наладится: конфликты разгораются  и там, где всё уже расчерчено.

Проблема анклавов может стать таким же поводом для открытого межгосударственного конфликта, как и водопользование. Выхода тут всего два: либо открытие границ, либо, наоборот, -  кардинальное синхронное ужесточение пограничного режима. И, в любом случае, начинать надо с создания социально-экономической базы, наличие которой не провоцировало бы местных жителей на отчаянные действия. О том, что население Ферганской долины, где сходятся границы РУз, КР и РТ, до сих пор воспринимает последние как прозрачные, работая на полях соседних стран и перевозя туда-сюда китайские товары, говорит киргизский эксперт Сергей Масаулов. «Пограничники только мешают, повышая «тарифы» за пересечение границ. Особенно это ощущается в анклавах и вокруг них, - отмечает он. Финансовая нагрузка, которая ложится на плечи простых людей, которые даже и не понимают, за что платят – очередной фактор напряжённости.

Мы перечислили наиболее явные причины, по которым интеграция в регионе видится необходимой, но при этом… невозможной. Но есть ещё и менее явные. Сюда можно отнести тот факт, что бизнес в странах региона отнюдь не заинтересован в какой-то общей хозяйственной деятельности с партнёрами из «соседей». Наблюдается общее нежелание даже искать какие-то отраслевые данные по рынкам соседних стран. Бал правят стереотипы. К тому же, количество компаний, которые достигают экономического «потолка» у себя в стране и хотя бы гипотетически рассматривают возможность выхода за её пределы, просто ничтожно. И ещё: серьёзным препятствием для легальных интеграционных инициатив, является теневой характер многих секторов экономики.

Только Россия работает на стабилизацию стран ЦА

Попытка региональной интеграции Центральной Азии была предпринята на заре независимого существования «весёлой пятёрки», а именно в 1994 году, когда лидеры Узбекистана, Казахстана и Кыргызстана подписали договор о создании Единого экономического пространства. Туда же четырьмя годами позже вошёл и Таджикистан, что обусловило создание Центральноазиатского экономического сообщества (ЦАЭС). Один из первых совместных документов этого регионального союза касался комплексного использования водно-энергетических ресурсов. Много говорилось и  о миграции рабочей силы, а также о свободной торговле. Но патологическая неспособность договариваться дала о себе знать очень быстро. В конце 2001 года с переименованием организации в «Центральноазиатское сотрудничество» (ОЦАС) (до этого, к слову, было ещё одно переименование) была сделана попытка компенсировать все нестыковки сотрудничеством в вопросах региональной безопасности. Но и тут ничего не получилось. В итоге, во многом по воле узбекского руководства, ОЦАС фактически растворилась в ЕврАзЭС (Евразийское экономическое сообщество), где координирующую роль выполняла уже Россия. В 2006 году казахстанское руководство  выдвинуло идею создания Таможенного союза центральноазиатских государств, но и та естественным образом сошла на нет с образованием Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана. И вот тут – уникальный случай! – нашей пятёрке снова представилась возможность  взять курс на развитие целостных взаимоотношений в суперрегионе. Содействие этому в настоящий момент – это миссия Москвы. Российские эксперты уже выступают посредниками в обсуждении проблем водопользования. Российские предприятия вовсю задействованы в реанимации местной экономики. Та же Россия делает всё от неё зависящее, дабы обеспечить безопасность на государственных границах стран ЦА и внутри государств региона: используются инструменты ОДКБ, оказывается материально-техническая помощь армиям. Причём, объём последней прямо пропорционален желанию конкретного государств идти на взаимовыгодное сотрудничество. Так, ещё в феврале этого года было принято решение выделить 1,1 млрд. долларов США для поддержки оборонного ведомства Кыргызстана и лишь 200 млн. – Таджикистана. «Секрет» подобной неравномерности в том, что таджикское руководство всё ещё колеблется в выборе именно евразийского вектора и подчас ведёт себя совсем не адекватно: например, глушит радиосигнал, обеспечивающий связь на российской военной базе, и при этом игнорирует встречные обращения.

Параллельно, пока ещё вне Таможенного союза, развивает Россия и свои отношения с Узбекистаном. Нынешняя позиция последнего, занятая после выхода из ОДКБ, куда более честна, чем лавирование Таджикистана, который тянет с ратификацией соглашения о продлении пребывания там 201-й российской базы, срывает визит руководителя Генштаба Вооруженных Сил РФ Валерия Герасимова и открывает свою территорию для вывода войск НАТО из Афганистана (параллельно, к слову, проводя политические консультации с Турцией). Российская доля во внешнеторговом обороте РУз в 2012 году приблизилась к 30% и продолжает расти. Июньский визит в Ташкент замминистра иностранных дел РФ Григория Карасина заставил многих говорить о формировании новой геополитической оси «Москва–Астана–Ташкент».  Ещё в апреле, в ходе московской поездки Ислама Каримова, был подписан целый пакет документов о двустороннем сотрудничестве, в том числе, и по кооперации спецслужб. Между странами действует договор, согласно которому в случае угрозы безопасности одной из сторон запускается незамедлительный механизм переговоров для нейтрализации ситуации с предоставлением военной инфраструктуры. О его равноценности аналогичным положениям ОДКБ говорит, в частности, узбекский политолог Фархад Толипов.

Таким образом, мы видим, что Россия, и только Россия, работает сегодня над тем, чтобы предотвратить деление региона на блоки. В ущерб себе, она держит льготные тарифы на ГСМ для тех же Таджикистана и Кыргызстана. И делается всё это для того, чтобы снизить возможность дестабилизации суперрегиона, элиты которого подчас не понимают, что играют с огнём, извлекая сомнительную выгоду из сотрудничества с США и НАТО. Стоит России закрыть свой рынок для трудовых мигрантов из любой страны региона – и это будет означать скорый крах действующего там режима: масса безработного населения раздавит любую власть, даже самую защищённую. Москва могла использовать этот фактор, чтобы шантажировать Ташкент, но не стала и не станет так  делать, потому что это уже удар ниже пояса. В Кремле понимают, что нынешний прозападный курс Узбекистана будет актуален лишь до второго Андижана. Поэтому-то и не стараются форсировать естественный процесс евразийской интеграции.  Одним из ключевых этапов последнего, кстати, должно стать обретение Центральной Азией нового, качественно отличного от всех прежних вариантов, единства. Всё это придёт, рано или поздно. Потому что позитивной альтернативы как не было, так и нет.

Конкурентными по отношению к проекту евразийской интеграции в суперрегионе ЦА являются проекты «управляемого хаоса», на которые работает в том числе и весь «радикальный ислам». По мнению видного эксперта Александра Князева, всё более реальным с каждым годом становится вариант объединения Афганистана, Таджикистана и Кыргызстана в единый конфликтный коридор. С этой целью уже сейчас производится инфраструктурная «спайка» Таджикистана с его южным соседом – этой лабораторией хаоса со столицей в Кабуле. С тем же прицелом в Кыргызстане разжигаются межэтнические конфликты, апогеем которых  стали ошские события 2010 года. На осуществление худшего из возможных сценариев работает  и этнократия как основа государственного устройства во всех республиках ЦА. Некоторое исключение в этом смысле составляет разве что Казахстан. Похоже, только там осознают смысл «эффекта домино» и понимают, как дестабилизация в одной-двух странах суперрегиона может ударить по всем остальным. Казахстан, по мнению Александра Князева, играет стабилизирующую роль в регионе и потому старается крепче держаться за более стабильного северного партнёра. Так, в январе 2013 года Россия и Казахстан подписали соглашение о создании единой системы ПВО. Этот шаг, к слову, ещё и контрмера, предвосхищающая возможность основания в ЦА новых баз ВВС США.

Вполне возможно, что в дальнейшем Россия будет существенно влиять также на дискурс «Астана-Ташкент». К тому есть все предпосылки. Это будет очень кстати сегодня, когда Бишкек и Душанбе додумались до того, чтобы использовать отдаление Ташкента от Москвы в своих интересах.

(продолжение следует)

Рустем ИЛЛЯЕВ, обозреватель Polit.KG

Версия для печати   |   Просмотров: 1468   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная