POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Среда, 21 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Внешний долг Кыргызстана: брать ещё, или остановиться?

03.12.2013 18:30 - Polit.kg
Внешний долг Кыргызстана: брать ещё, или остановиться?

Только с 2010 по 2012 год правительство Кыргызской Республики получило из-за рубежа 1 млрд. 882 млн.  долларов США. Больше четверти пришло в виде гранта, ну а всё остальное – как кредиты с различными условиями. К миллиарду приближается и общая сумма «помощи» за 2013 год. Означает ли это, что власть, ни кого не спрашивая, хоронит страну в долговой яме? Или всё под контролем, и растущий долг – явление нормальное и необходимое? Как выясняется, верны обе точке зрения. Но, в конечном счёте, решающее значение имеют не теоретические построения в духе «как бы чего не вышло», а конкретные действия. Попробуем разобрать контекст, в котором эти заимствования  совершаются уже и будут совершаться в будущем.   

 

Долг – это ещё не рабство

Сейчас, когда календарный год близится к завершению, в парламенте страны с особой остротой разгорелся спор: надо ли брать новые кредиты или не надо. Депутаты, принадлежащие к лагерю ультралибералов протестуют: кредиты расхолаживают, потворствуют коррупции и вообще мешают раскрытию экономического потенциала. «Во всех развитых и не развитых странах мира имеются долги. Если внешний долг составит 50 процентов к ВВП, это не так уж много. А если наш ВВП поднимется до 20 миллиардов сомов, то нас не должен пугать долг в 10 миллиардов сомов», - парирует в ходе заседания одной из парламентских фракций вице-премьер Джоомарт Оторбаев. В отличие от своих оппонентов он – по должности либо по собственному убеждению – всё ещё сохраняет веру в то, что средства, получаемые от зарубежных государств и финансовых институтов могут быть потрачены в Кыргызстане с пользой. И в одном он прав точно: глобальная экономическая система сегодня выстроена таким образом, что если одно государство хочет активного сотрудничества с другими, оно просто неизбежно погрязнет в долгах. Стран без внешнего долга на карте мира сейчас – единицы. Таковы реалии. Можно, конечно, спорить, должно так быть или нет, но от фактов никуда не убежать. Наибольший внешний долг – у Соединённых Штатов Америки. Великобритания, Германия, Франция, Нидерланды и Япония идут в этом списке следующими. Довольно парадоксально, не правда ли? Ещё парадоксальнее ситуация с Россией, которая списывает огромные долги своим партнёрам по всему мира, а сама на данный момент обладает задолженностью почти в 704 миллиарда долларов. Размер внешнего долга соседнего бурно развивающегося Казахстана – тоже немаленький: примерно 140 миллиардов. То есть на каждого казахстанца приходится более 8200 долларов долгового бремени. Данный показатель в Кыргызстане, даже по самым критическим оценкам, - это максимум 700 долларов на человека (официально – 500 долларов). Куда нам до зажиточного американца с его 53 тысячами? Будете смеяться, но только при Обаме этот «индивидуальный» долг вырос на 19 тысяч в национальной валюте. Так что протесты наших патриотов, страдающих разлитием желчи от каждого полученного правительством кредита, можно признать реакционными. Другое дело – их критика в отношении эффективности расходования кредитных средств. Но даже тут, если быть честными, следует признать: в долгах можно и окончательно увязнуть (даже если это какие-то четыре миллиарда), и вполне динамично  развиваться (даже если это сотни миллиардов). Пример, сопоставимый с нашим. Ирландия всю свою историю была изгоем и аутсайдером Западной Европы. Но к концу прошлого века там были созданы такие условия для ведения бизнеса, что с 1996 по 2007 годы наблюдался экономический рост со средним показателем в 7,1% ежегодно. Конечно, с наступлением экономического кризиса эти показатели снизились, но не настолько, чтобы говорить о похоронах экономики. При всём при том за последнее десятилетие Ирландия даже переплюнула свою претенциозную соседку     Великобританию по уровню роста внешнего долга: в обоих случаях он выше 200%. А вот информация, которая может разочаровать тех, кто считает, что через долговую зависимость Кыргызстан автоматически попадает в зависимость политическую: та же Ирландия движется вполне самостоятельным курсом, доставляя немало беспокойств как Евросоюзу, так и НАТО, куда она не вступает принципиально. Ещё лучше отсутствие этой зависимости иллюстрирует мятежная Беларусь с её властью, которая удивляет порой не только Запад, но и Восток: а ведь внешнего долга у РБ скопилось уже 34 миллиарда, что представляет собой свыше 53% от ВВП. При планировании госбюджета на 2014 год там решено привлечь ещё полтора миллиарда долларов. Примерно в ту же сумму там, кстати, обходится сейчас только ежеквартальное обслуживание внешнего долга. Конечно, можно вполне резонно предположить, что в скором времени белорусскую экономику постигнет дефолт. Но это, во всяком случае, не отменяет особый курс белорусской политики.

 

Не дураки и дороги

Объём государственного внешнего долга КР настолько велик, что угрожает национальной безопасности, - об этом твердит либеральная общественность. Но люди непредвзятые вынуждены признать: объём сам по себе угрожать не может.  Реальную угрозу представляют сопутствующие факторы. Для начала отметим, что устойчивость экономики определяется в первую очередь наличием хоть какого-то внутреннего продукта. Но тенденция такова, что в нашем случае показатель импорт/ВВП приближается к стопроцентной отметке: то есть мы не то, чтобы что-то экспортировать, а даже производить разучились. Тот же Казахстан опирается на разветвлённый сектор добывающей промышленности, но на что опираемся мы? На печально известный «Кумтор», только благодаря возобновлению работы которого статистика последнего года показывает рост ВВП. Самое страшное, что основная часть внешних займов (больше трети)  идёт у нас не на строительство добывающих и перерабатывающих предприятий, а на строительство и реконструкцию дорог, с которыми правительство связывает поистине колоссальные планы. Едва сев в президентское кресло, Алмазбек Атамбаев заявил: «Нужно построить вторую дорогу между Югом и Севером. Откроем и железную дорогу, и новую автотрассу. Из страны, которую можно спокойно блокировать на 1,5 месяца, мы станем транзитной страной и с каждого состава, который проходит по нашей территории, будем снимать большие деньги». На самом же деле все эти проекты настолько химеричны, что говорить хоть о какой-то окупаемости, а уж тем более о быстрой, не приходится. Китай вряд ли будет возить свои товары в Европу через Кыргызстан. А быстрое сообщение между отдельными областями Кыргызстана, может, и укрепит национальную безопасность, но в экономическом плане точно подведёт: возить-то у нас по новым дорогам, собственно, и нечего. Таким образом, для страны в целом выхлоп  будет чрезвычайно мал. Но в отношении коррумпированных чиновников  – это просто идеальная возможность для распила выделенных средств. Потому и по цене «кредитные» дороги выходят золотыми, а по качеству – никудышными. Мало того, часть профинансированных проектов так и остаётся незавершённой: например, дорога Чолпон-Ата – Алматы. Взятый в этом году на строительство автодороги Север-Юг китайский кредит размером 400 млн. долларов выделяется только на первую фазу строительства. Это только увеличивает возможность того, что и этот проект впоследствии будет заморожен. С другой стороны, Китай явно ввязался в это дело неспроста: он явно имеет свои виды на создаваемую инфраструктуру. Потому и так щедр на кредитные деньги, не «сдобренные» какими-либо политическими условиями. Фактически, говоря о китайских кредитах, мы говорим об одном из эффективнейших инструментов экономической экспансии КНР. Сегодня Пекин думает лишь о том, как сделать эту экспансию невидимой. Потому и склонен маскировать многое под проектами межбанковского объединения ШОС. То, что Бишкек выступает ярым сторонником идеи создания ещё более радикального института, Банка развития ШОС, говорит о том, что влияние Китая здесь явно недооценивается. А зря. Может быть, те самые дороги строятся для того, чтобы однажды по ним прошла китайская бронетехника и батальоны оккупационных войск…

 

Неоколониальная экономика

По официальным данным, внешний долг Кыргызстана составляет уже 40,6% по отношению к ВВП. Критическим считается показатель в 60%. Либеральный подход по предотвращению кризиса описывает в виде пошаговой программы «крёстный отец» отечественных либералов Эмиль Уметалиев:

1. избавиться от коррупции;

2. провести открытую приватизацию государственного имущества;

3. оптимизировать государственные расходы;

4. перед тем как брать новый кредит, посоветоваться с народом о его целесообразности.

Что интересно, такой подход во многом совпадает с политикой такого опытного кредитора, как Международный валютный фонд. Прямо сейчас, в разгар украинских евромитингов, представители ЕС советуют Киеву пойти на очень крупную сделку с МВФ, начав ту самую «оптимизацию». Что это означает? Ровно то, о чём на днях поведал миру президент Украины Янукович: «Мы серьёзная европейская страна, а МВФ говорит: «Поднимите тарифы для населения, заморозьте заработные платы и пенсии» и так далее. Я на это никогда не пойду». Ту же самую позицию, к счастью для населения, разделяет пока и киргизское руководство. Объясняется это просто: от социальной стабильности сейчас зависит само выживание власти. Разрыв между бедными и богатыми в стране и без того огромен. Поэтому для властей просто опасно лишний раз бередить эту рану. Это в теории главное – во что бы то ни стало добиться бюджетного профицита. На деле можно спровоцировать настоящую социальную катастрофу. Чтобы представить последствия «оптимизационной» политики, стоит вспомнить хотя бы, какая волна возмущения поднялась в этом году, когда зашёл разговор о переводе общеобразовательных школ на самофинансирование. Хорошо это или плохо, но мы являемся наследниками Советского Союза с его ненавистной для всех либералов заботой о народном благе.

Что же касается коррупции, то это проблема руководства. Должен быть создан ряд прецедентов, после которых всем чиновникам станет ясно: воровать государственные деньги – не практично, можно и срок с конфискацией имущества получить. Эффективность надо культивировать целенаправленно. Хороший пример приводит в газете «Дело №» журналист Вадим Ночёвкин: «С 1948 по 1951 год на восстановление разрушенной войной Европы США ассигновали 13 миллиардов долларов. Из них 1,3 миллиарда было вложено в Западную Германию. А в Кыргызстан, ещё раз напомним, за последние 6 лет вложено почти 2 миллиарда долларов. Слов нет, в те далёкие времена доллар «весил» гораздо больше, чем сейчас. Но учтём и то, что Германия была обескровлена войной и лежала в руинах. А Кыргызстан, хотя тоже изрядно был обескровлен бездарным и воровским управлением, но в руинах, согласитесь, не лежал. И многомиллионные кредиты с грантами получал не 6 лет, а с первых дней своей независимости». Так что всё дело в культивировании разумного подхода. Хотя, конечно, откуда ему взяться, если даже первые лица государства «поднялись» у нас почти исключительно как раз за счёт развала советской индустрии?

Что касается приватизации государственного имущества, то в этом тоже нет никакой новости. В Болгарии, например, до сих пор не прекращается спор между сторонниками рефинансирования внешнего долга путем взятия международного кредита и тем, кто агитирует за исключительное использование внутренних резервов, то есть покрытие долга за счёт приватизации стратегических отраслей – в первую очередь, энергетики. Вторая позиция – явное выражение чьих-то сторонних интересов. Как разрешить эту дилемму – вопрос непростой. Но можно посмотреть, много ли развитых стран боится влезть в долги и в каждой критической ситуации? Нет, берут и лезут. И развиваются.

Колониалистский идеал отечественного либерала – загнанное в угол население и разобранное ответственными иностранцами народное хозяйство. Отличное прикрытие – «борьба с коррупцией». Впрочем, у частных лавочек вроде МВФ и Всемирного банка тоже есть «гуманистическое прикрытие» - это сокращение бедности. И тут всё тоже обставлено очень и очень ловко: финансисты получают выгоду в любом случае, а получатели – лишь в том случае, если хватит разума  на эффективное использование полученных средств. А разума и сноровки хватает не у всех.  И международные финансовые институты прекрасно пользуются даже этим. Если вы думаете, что полное списание долгов, к которому нас призывал в 2006 году министр экономики и финансов Акылбек Жапаров, - это акт неописуемой щедрости , то мы вынуждены вас разочаровать. В мире, где правят не гуманистические идеалы, а интересы, долги списываются либо для того, чтобы укрепить экономическое и политическое влияние на страну, либо для того, чтобы заставить покупать товары кредитора, либо для установления желанного политического режима. К тому же, тем самым устраняются конкуренты: для МВФ, например, желательно, чтобы отдельная страна зависела только от него, а не от него и Китая. В 2005 году Всемирный банк, Международный валютный фонд и Фонд развития Африки устроили большой аттракцион, полностью списав долги 18 стран, большинство из которых - африканские. Благодаря таким действиям Федеральная резервная система США получила  возможность печатать новые доллары, а финансисты – вкачивать эти доллары в «третий мир» по-новой. Ведь уже само их вращение на самом захудалом региональном рынке продлевает жизнь сложившейся системе, ломать которую заправилам рынка глобального ещё не с руки. Пока будет наивная клиентура, радующаяся списанию миллиардных долгов, будет и возможность для дальнейшего выкачивания ресурсов, без которых доллар – ничем не обеспеченная бумажка. Не случайно ливийский лидер Муаммар Каддафи до самой своей гибели пытался разъяснить своим африканским коллегам, что попрошайничество не создаст будущего для континента и только увеличит пропасть между сильными и слабыми. Но к нему так почти никто и не прислушался. А зря: после того, как были «прощены» те самые 40 миллиардов долларов, осчастливленные правительства всё равно были вынуждены залезть в непомерные долги снова. А это значит, что колесо эксплуатации «первым миром» «мира третьего» продолжило своё роковое вращение. То же самое происходит в других частях света. К примеру, в 2004 году МВФ списал Никарагуа  80% долга с определёнными условиями. Обернулось это тем, что в стране резко повысились цены на топливо и товары первой необходимости, а система социальной защиты была просто-напросто демонтирована. Таким образом, пусть огромной части долга и не стало, эту потерю МВФ покрыло за счёт населения Никарагуа. Капиталист с опытом никогда своей выгоды не упустит: давая правой рукой, левой он отбирает ещё больше. И целые страны превращаются так в филиалы частных корпораций.   

 

Это сладкое слово – «списание»

Перед Кыргызстаном проблема списания долга возникла в конце 90-х годов прошлого века, когда подошли сроки выплат по основному долгу. Всё, чему мы научились тогда – это «прогибаться под изменчивый мир» и радоваться самым высоким в СНГ показателям уровня исполнения  указаний МВФ в области «структурной перестройки» экономики. Фактически, именно тогда нашей промышленности пришёл конец. Из Кыргызстана целенаправленно делали «остров невезения» с огромной и при этом неуправляемой базой природных ресурсов. Началась критика местного правительства за слишком низкие цены на продовольствие, за превышение бюджетных расходов над доходами. При этом зарубежные эксперты, получавшие за профессиональное «выражение озабоченности»  и медвежьи советы немалые деньги, просто закрывали глаза на то, что миллионы кредитных средств в республике банальным образом разворовываются. На самом деле банковской системе, стоящей на ссудном проценте, безразлично, приносят ли пользу обществу и народному хозяйству те проекты, которые им финансируются. Они покрывают свои риски за счёт процента и ни о чём сверх того не думают. Это паразитизм. Но таковы реалии. Можно с уверенностью утверждать, что «управляемый хаос» также вполне соответствует планам транснациональных корпораций, заинтересованных в том, чтобы мы так и остались в долговой кабале. Страшный пример тут – Конго, где параллельно шло и освоение рудников с ценным для современных электронных технологий сырьём, и  гражданская война. «Если страна-кредитор не добивается ничего от страны-должника, она превращает его в Афганистан или Сомали. Дело в том что страна, в которой идет гражданская война – это большой бизнес. Торговля людьми, органами, оружием, наркотиками. Отмывание преступных доходов. Кража части денег направляемой на международную гуманитарную помощь в регионы войны, при этом их потеря списывается в счет непредсказуемых превратностей войны», - отмечает экономист Искендер Шаршеев. В один ряд с этими странами-бедолагами Кыргызстан мог стать в 2006-2007 гг., когда бурно обсуждалась уже упоминавшаяся идея участия КР в программе HIPC (ХИПИК), что являлась «входным билетом» в программу MDRI (Multilateral Debt Relief Initiative — Инициатива сокращения многостороннего долга). Последняя обеспечивала не что иное, как 100%-ое списание. Мельком упоминалось о каких-то требованиях МВФ, но суть их держалась в секрете. Так же как в своё время  затраты на содержание экспертов Всемирного банка, чья работа в 1997-1998 гг. обошлась Кыргызстану в 4,3 миллиона долларов США. С учётом такой ступенчатой системы, можно предположить, что наличествовала целая разветвлённая система требований, где выполнение одних мягко подводит  к выполнению других.

Как показывает практика, долги Кыргызстана перед отдельными странами списываются куда легче, чем долги перед международными финансовыми институтами. Последние на момент споров вокруг ХИПИК составляли до 70% всего внешнего долга. И, естественно, нам и нами было предложено немало путей погашения. Одним из самых эксцентричных и в то же время до сих пор популярным является идея списания части внешнего долга для направления этих средств на решение экологических проблем. Впервые она всплыла в 2003 году и уже тогда, с подачи ПРООН и некоторых других международных организаций, предлагалась на уровне министра экологии и чрезвычайных ситуаций. В 2010-ом о ней вспомнила Роза Отунбаева. «Минфин принимает меры к широкому применению механизма обмена «долги на охрану окружающей среды», чтобы воспользоваться возможностью при этом сочетать достижение экологических целей и целей развития», - высказалась уже летом этого года министр финансов КР Ольга Лаврова. К слову, наши кредиторы на данные предложения реагируют пока крайне вяло. Но, самое интересно, никто в стране даже не задумывается, что данная операция может поставить крест на возможности индустриализации хозяйства. В то же время выхлоп от этого может оказаться мизерным. Самый успешный опыт в данной сфере принадлежит Польше, где под улучшение экологической ситуации в течение двенадцати лет было списано около 350 млн. долларов.  В случае же с Перу, Белизом и Гаити эта сумма ограничивалась едва ли несколькими миллионами. Для Кыргызстана, привыкшего к списаниям по 50 (в случае с Турцией) и 500 млн. (в случае с Россией), это просто мелочёвка. Являясь государством без реальной экономики и с огромным теневым сектором, мы фактически живём по принципу «всё или ничего», на словах заботясь об экологии и одновременно продолжая сотрудничать с безответственными в экологическом плане китайцами. Всё – лишь бы добиться сиюминутной выгоды.

Та же Ольга Лаврова на конференции доноров в госрезиденции «Ала-Арча» (10 июля 2013 г.) попросила кредиторов рассмотреть механизмы по реконструкции внешних заимствований и снижению долга, обосновав это тем, что данный шаг поможет ускорить экономический рост КР. Конечно, все понимают, что рост этот, в общем-то, мало кому интересен. Но для отдельных стран-доноров это хороший способ актуализировать свой гуманистический имидж. Поэтому ФРГ только в этом году дала нам шанс на конверсию пятимиллионного долга с условием, что половина списываемых средств пойдёт на строительство школ, больниц и детских садов в киргизских сёлах.

Алмазбек Атамбаев является большим любителем конверсионных операций ещё с тех пор, как оказался в кресле премьер-министра при Бакиеве. В 2007 году он выделял три направления работы с внешним долгом:

1) проведение конверсионных операций (обмен долга на устойчивое развитие, активы, окружающую среду и т. д.);

2) преобразование имеющейся задолженности в грант или его списание;

3) совершенствование механизмов возврата и взыскания задолженности по иностранным кредитам и бюджетным ссудам.

Тогда же им была отработана схема снятия задолженности путём передачи акций ещё действующих предприятий: так произошло с кыргызско-китайской бумажной фабрикой и должно было произойти с ТНК «Дастан». В первом случае, как можно догадаться, кредитором являлась КНР, во втором – РФ. В те самые времена начались и переговоры Атамбаева с южнокорейскими кредиторами, которые «выстрелили» только   в 2013-ом, когда Республика Корея продлила период выплаты долга ещё на 17 лет и сократила обязательные ежегодные выплаты втрое.  «Временное смягчение условий в процессе реструктуризации часто приводит к перенесению в увеличенном масштабе долговых выплат на более поздние сроки, но не к действительному снижению долгового бремени», - ещё в 2003 году писали об эффективности такого подхода отечественные экономисты Т. Койчуманов и М. Осмоналиев.  

В конце 2011 года в экспертном поле мелькнула мысль о том, что можно уговорить государства-кредиторы списать долг в обмен на нашу помощь продовольствием и товарами Афганистану. Соответствующее предложение направил тогда в ООН координатор Национального центра по развитию горных регионов Асылбек Айдаралиев.  Но были и куда более экстремальные варианты погашения долга: например, признать независимость Северного Кипра и выбраться из долговой ямы за его счёт. Или вот ещё: засадить все поля опиумным маком – и «международные организации всполошатся и сами выплатят наши долги» (это – слова небезызвестного Азимбека Бекназарова). Кроме того, при Бакиеве в республике создавался Народный фонд по погашению внешнего долга. Подобную акцию проводил и обиженный на общественность за недопущение вступления в ХИПИК Акылбек Жапаров. Но всех наших чиновников и парламентариев переплюнул нобелевский лауреат, математик и экономист Джон Нэш, который в своей лекции, прочитанной не так давно в Бишкеке,  сказал, что можно найти в стране такого авторитетного духовного лидера-аятоллу, который просто объявит госдолг безнравственным и аморальным – а значит и платить его потом не придётся.

Между тем, ещё с прошлого года правительство КР живёт надеждой на 193 миллиона новых кредитных долларов от Всемирного банка. А премьер-министр Жанторо Сатыбалдиев и вовсе  просит на донорской конференции аж 5 миллиардов – на реализацию 77 национальных проектов. Сможет ли наша экономика справиться с такой нагрузкой, а наша власть – с такой ответственностью? «После резкого экономического спада 2012 года, связанного с перебоями в производстве золота, экономика Кыргызстана начала восстанавливаться ускоренными темпами», - смело заявляет постоянный представитель Международного валютного фонда в КР Коба Гвенетадзе. МВФ также утверждает, что чего-чего, а дефолта в ближайшие пять лет здесь точно не будет. То же самое касается и всех остальных серьёзных потрясений. С 2015 по 2018 год республику ожидает пятипроцентный темп роста  ВВП.  «На обслуживание внешнего долга уходит всего 2,8% бюджетных средств КР, это не критический показатель. Сегодня Кыргызстан уверенно справляется со всеми принятыми на себя обязательствами. Отчисления носят устойчивый характер, они ни в коем случае не подорвут экономику республики», - успокаивает нас глава миссии Департамента стран Ближнего Востока и Центральной Азии МВФ Кристиан Беддис. Конечно, в столь обнадёживающие прогнозы верить хочется. Но вспоминается Южная Корея, где за считанные месяцы до трудностей 1997 года те же эксперты МВФ восторгались отличными экономическими показателями, а помимо этого - аналогичный случай 1998 года, когда то же самое повторилось незадолго до валютного кризиса в Таиланде.

«Фактически, у нас нет настоящей независимости. Мы зависимы во всём. Поэтому ставится задача: за ближайший срок добиться финансовой, экономической, энергетической, транспортной и продовольственной безопасности. Средства для этого есть. Если их не будет хватать – будем брать кредиты», - выдал два года назад президент Атамбаев. Значит, кредиты будут. Китайские – точно. Пик выплат по внешнему долгу придётся на 2018-2024 годы, то есть уже при следующем Президенте. Наши зарубежные партнёры и мировые финансовые монстры держат его, чтобы в нужный момент воспользоваться как рычагом, как стимулом к проведению очередных вредоносных реформ и «перестроек» с обещанием «устойчивого развития». А есть ли хоть какой-то реалистичный план у нас?

Рустем ИЛЛЯЕВ, обозреватель POLIT.KG

Версия для печати   |   Просмотров: 3461   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная