POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Среда, 21 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Лишь бы геополитические разломы не превратились в непреодолимые пропасти Или почему Кыргызстан обречен на интеграцию в Таможенный союз и ЕАС.

06.11.2014 22:22 - Polit.kg
Лишь бы геополитические разломы не превратились в непреодолимые пропасти  Или почему Кыргызстан обречен на интеграцию в Таможенный союз и ЕАС.

На этой неделе в Бишкеке под эгидой Института по освещению войны и мира (IWPR — структура, финансируемая МИД Норвегии) прошёл круглый стол с названием «Возникновение новых геополитических разломов и их последствия для Кыргызстана». Претензия на сенсационность, конечно, оказалась  не оправданной, однако аудитория была собрана достаточно серьёзная. Обсуждение позволило выявить разные точки зрения на самые актуальные вопросы геополитики, касающиеся как республики, так и других стран региона. «В масштабах планеты наблюдаются изменения, которые ведут к созданию нового многополярного миропорядка. Под воздействием событий на Украине изменилась и геополитическая конфигурация в Центральной Азии. Становится всё более актуальным вопрос о том, насколько страны региона способны начать действовать скоординированно», - заявил во вступительном слове региональный директор IWPRпо Центральной Азии Абахон Султоназаров. «Не согласен с формулировкой темы. Новые разломы предполагают формирование новых субъектов с равнозначной прочностью. А их  пока  нет. Субъекты всё те же. Мы наблюдаем лишь продолжение векового противостояния», - выразил позже позицию многих присутствующих Алексей Красин, эксперт НКО «Агентство по развитию местного самоуправления».

 

Первым свои мысли по поводу текущей ситуации озвучил известный отечественный политолог Марс Сариев. Надо отметить ту смелость, с которой он подошёл к своему делу, понимая, что выступает скорее перед прозападной аудиторией:

Становится очевидным, что англосаксонский мир проводит свою политику в проектном режиме: мы наблюдаем это сейчас по Сирии и по Украине. Кыргызстан — не исключение. Последнее выступление посла США в КР Памелы Спратлен доказывает, что наша территория имеет для Соединённых Штатов стратегическое значение. Обычно дипломатические работники редко высказываются так открыто, но тут было прямым текстом озвучено, что сближение с Россией прерывает демократические преобразования в стране — а это уже позиция США. Таким образом, Спратлен признала, что политика Соединённых Штатов потерпела в Кыргызстане неудачу. Ставка делалась на неправительственный сектор: предполагалось, что его деятели должны сыграть решающую роль в преобразованиях. Я думаю, это говорит о том, что мы находимся в фокусе внимания, на линии противоборства великих держав. Соответственно, надо определяться. Фаза, когда мы могли проводить многовекторную политику, проходит, и у нас не остаётся ресурсов для того, чтобы балансировать между различными игроками. Мы находимся в той же ситуации, что и, например, Молдова.

Я думаю, что тот курс, который взят нашим государством сейчас, является единственно верным. Даже Памела Спратлен признала, что более выгодных альтернатив Таможенному Союзу для Кыргызстана сейчас нет. Прагматизм толкает наше руководство в сторону ТС, потому что иначе нас ждёт вхождение либо в Китай, либо в зону нестабильности Афганистана и Пакистана. Других вариантов нет.

Либеральная модель отступает под действием евразийской ментальности. Мы уже не являемся лабораторией, откуда можно воздействовать на другие страны Центральной Азии.

Правительство КР уже высказало однозначную позицию: мы входим в Таможенный союз и в дальнейшем — в Евразийский Экономический Союз.

 

Используя достаточно завуалированные формулировки, обозначила свои тезисы Чинара Эсенгул, замдиректора Национального института стратегических исследований:

Кыргызстан, безусловно, зависит от общих тенденций современного развития, и уже поэтому нам нужно как минимум научиться анализировать эти процессы.

Насколько подразумеваемые «геополитические разломы» новы? Ничего нового здесь нет. Новизна заключается в том, что сейчас, в связи с событиями на Украине, многие вопросы актуализировались. Всё просто стало, наконец, очевидно.

Кыргызстан сделал свой выбор. Ещё в 2011 году наш президент заявил о желании республики вступить в Таможенный союз. Подготовительный процесс на грани завершения.

Можно предположить, что надвигается стагнация в процессах сотрудничества и межгосударственной поддержки. Для такого маленького государства, как наше, важно, чтобы процессы международного сотрудничества не прекращались.

Будет меньше ресурсов для укрепления государственности, улучшения экономической ситуации. Возможен конфликт между политикой безопасности и бизнес-интересами по классической формуле «безопасность или свобода».

Ослабление позиций Запада может привести к постепенному регрессу процесса демократизации, увеличению дистанции между политиками и гражданским обществом.

Кыргызстанская политическая элита с лёгкостью забывает о том, что необходимо формировать и реализовывать самостоятельную повестку участия в процессах глобализации — наряду с евразийской регионализацией. В среде бюрократии ощущается некая расслабленность, основанная на логике «мы всё равно ничего не решаем», а это очень плохо. Надо изживать такой иждивенческий подход.

Два наших переворота показали, что свобода, определённые политические и гражданские права для нашего народа важны. И тут играет свою роль не только ход исторического развития, но и внешнее влияние.

Что касается отношений с Россией, речь идёт о стратегической экономической зависимости КР от РФ. Мы долгое время неправильно управляли страной. Было потеряно много времени и других ресурсов. Поэтому сейчас мы надеемся в первую очередь на партнёров по евразийской интеграции. Это просто факт, в соответствии с которым можно рассматривать многие возможности. Например, евразийская интеграция позволит нам обезопасить наши границы и уже с новых позиций выходить на переговоры с Таджикистаном и Узбекистаном.

Следует развивать внешнеэкономическую деятельность с третьими странами. К сожалению, все наши министерства работают сейчас исключительно по ТС и ЕАС. Это  важно, но есть и другие направления. Вступая в ТС, нельзя забывать о том, что нам нужно найти формулу стратегической независимости от России. Мы видим, что Казахстан как раз этим и занимается — мы будем учиться на его опыте.

Нельзя допустить, чтобы наличествующие здесь линии разлома использовались внешними силами, поэтому надо активно работать по линиям Кыргызстан-ЕС, Кыргызстан-США, с международными донорскими организациями. Понимая всю важность сотрудничества со странами ТС, нужно постоянно возвращаться к национальным интересам.

 

Желая или не желая того, ещё раз доказал, что другого реального проекта интеграции для Центральной Азии, кроме евразийского, не существует, общественный деятель, политолог, профессор Кыргызско-Российского Славянского университета Зайнидин Курманов:

Идёт большая игра — борьба за ресурсы и место в будущем мире. Основными игроками в нашем регионе выступают Соединённые Штаты Америки, Российская Федерация и Китайская Народная Республика. При этом в странах региона идёт ещё и своя «маленькая игра» за власть и имущество.

Несколько слов о центрах притяжения.

1)      США и Европа демонстрируют притягательные стандарты в области демократического развития, безопасности и культуры. Ясно, что Кыргызстан не будет с ними торговать и тащить своё сырьё на другую часть земного шара. Поэтому перспектив экономической интеграции с этими странами у нас нет.

2)      Страны региона могли бы интегрироваться с исламским миром. Он весьма обширен, распространяется на четыре континента и весьма разнообразен. Он тоже далёк от интеграции и вообще не в состоянии предъявить те стандарты, к которыми стоило бы стремиться. Единственные две развитые страны здесь — это Малайзия, где 90% всего контролируется китайским бизнесом, и Турция. Остальные сидят на нефти.

3)      Можно было бы сделать ставку на тюркский мир, к которому принадлежит большая часть стран Центральной Азии. Но здесь всё связано с Турцией как лидером и осложняется тем, что между ней и нами — территория нетюркских стран. К тому же большая часть тюркского мира не является субъектом международных отношений, находясь в составе России, Китая и Афганистана.

4)      Можно было бы интегрироваться с Китаем. В доисламское время киргизы нередко входили в состав Китайской империи и даже защищали её от набегов других кочевников. Причина была в том, что Китай задавал очень высокие стандарты безопасности. Но сейчас ни население, ни политическая элита Кыргызстана вернуться в ту точку пока не готова. Причина — цивилизационно-культурный барьер. Китай, по определению профессора Сыроежкина, это просто «другое человечество».

5)      Есть ещё СНГ, где лидерство принадлежит Российской Федерации. Преимущество этого вектора — единое культурно-цивилизационное пространство, приемлемый формат безопасности, инфраструктура новых интеграционных проектов. Недостатки — в относительно невысоких стандартах экономического развития и политической стагнации.

У Кыргызстана есть определённые предпосылки для проведения многовекторной политики. После распада Советского Союза на постсоветском пространстве появились силы, сопоставимые по силе влияния с Россией. Кроме того, изменилась политическая элита наших государств. Растёт культурный разрыв между поколениями политиков. Новое поколение становится не только менее пророссийским, но и менее государственническим. Россия поэтому находится в положении цугцванга: политика «пряника» приводит наши элиты к иждивенческим настроениям, а политика «кнута» - к поиску поддержки на стороне: на Западе, в Китае и других странах.

Недостатком нашей многовекторности является зацикленность на трёх странах: России, Китае и США. Возникает вопрос: действительно ли это многовекторность?

Современная тенденция — сокращение мировых запасов энергоресурсов. Центральная Азия богата ими, а следовательно борьба за регион с течением времени будет только усиливаться.

Пытаясь интегрироваться между собой, страны Центральной Азии не получили никакого результата, потому что друг для друга они пока не партнёры, а конкуренты. Договора и соглашения между ними не выполняются либо выполняются небрежно. Для того, чтобы здесь появился центр интеграции, необходим центр с численностью населения минимум в 50 млн. человек. Поэтому здесь и выступают интеграторами только соседние державы вроде России и Китая. Экономика Центральной Азии невелика — примерно 300 млрд. долларов ВВП на население свыше 75 млн. человек. Это при том, что ВВП одной лишь Турции — свыше триллиона долларов. То же самое и с одним Ираном.

Страны Центральной Азии представляет четыре тюркоязычных народа и один ираноязычный. К тому же тюрки здесь представляют сразу четыре разные ветви: карлуки, кипчаки, алтайцы и сельджуки. Две цивилизации — осёдло-земледельческкая и кочевая. Нет общих проблем, которые бы заставляли всех договариваться — не в счёт даже водопользование и наркотрафик.

Многие из протекающих в Центральной Азии процессов уже давно вышли из-под государственного контроля — например, исламизация. Мы все переживаем период серьёзных испытаний. Государства региона всё чаще подвергаются внешнему давлению посредством разного рода средств: через индикаторы демократических реформ в случае США, через территориальные споры и вопрос поддержки уйгурских сепаратистов в случае КНР, через зависимость в вопросах военной и энергетической безопасности в случае РФ. В совокупности всё это указывает, что Центральная Азия стоит на пороге крупных катаклизмов и политических трансформаций. Вот и Памела Спратлен заявляет, что интерес Соединённых Штатов к Кыргызстану будет только возрастать. Конечно, бывают периоды, когда США теряют интерес к нам, но потом он всё равно возрождается. И сейчас как раз такой момент.

По отношению к ЦА все имеют свои проекты. Интересная тенденция тут — сближение России и Китая в экономическом плане. В связи с этим мы наблюдаем сближение и двух сильных проектов. В сфере безопасности России удалось вытеснить другие большие державы. Китай, в свою очередь, активизируется в плане доступа к центральноазиатским углеводородам и другому сырью. А вот позиции Турции заметно ослабевают. Это связано с переоценкой культурного и языкового родства, а также турецкой практикой решать всё с оглядкой на Европейский союз. Иран  свою позицию в регионе укрепить так и не смог — и во многом виной тому политика изоляции, которую проводит по отношению к нему целый ряд стран. Интерес же стран Персидского залива пока ограничивается желанием нейтрализовать возможных будущих конкурентов на мировом рынке нефти.

Будущее региональных союзов, а также политическую ситуацию в Центральной Азии будут определять энергетические маршруты. Мы сможем развиваться только при сохранении стабильности.

Неожиданную дискуссию вызвал малоинформативный доклад Каната Султаналиева, исполнительного директора Тянь-Шанского аналитического центра (Американский университет в Центральной Азии). Совершенно безотносительно к теме круглого стола прозвучали скептические доводы исследователя относительно перспектив евразийской интеграции в разрезе такой проблемы, как трудовая миграция. Вот кое-что из озвученного:

Многие трудовые мигранты, выезжающие в Россию, подвергаются разного рода эксплуатации и дискриминации, не имеют доступа к базовым социальным услугам. У них нет возможности устроить детей в детский сад или школу. Всё ещё отсутствует необходимая законодательная база, защищающая права этой категории граждан. Одним из наиболее животрепещущих вопросов является доступ мигрантов к пенсионному обеспечению по возвращению на родину.

Свободного перетока рабочей силы в рамках Таможенного союза нет: нет никакого потока мигрантов из Казахстана и Белоруссии в Россию. В Казахстане тоже больших резервов для миграции нет.

После вхождения в ТС миграция из Кыргызстана в Россию и Казахстан может по принципу сообщающихся сосудов увеличиться: будут сняты многие барьеры. Одновременно увеличится количество неполных семей в Кыргызстане, а также количество кыргызстанцев, желающих получить гражданство РФ.

Увеличение потока мигрантов может привести к повторению инцидентов вроде бирюлёвского.

Сам вектор миграции может сдвинуться в сторону Казахстана. Всё-таки для нас он является более толерантной и ментально близкой страной.

Для нас важно не преувеличивать статистику по миграции. Официальные данные ФМС РФ — чуть более полумиллиона граждан КР.

 

В качестве оппонента представителю Тянь-Шаньского аналитического центра выступил советник посольства Российской Федерации в Кыргызской Республике Алексей Мзареулов. Он поправил  докладчика, напомнив тому, что граждане Белоруссии вообще не должны проходить в России какую-либо регистрацию, а не просто «предпочитают не регистрироваться». Он напомнил собравшимся, что некоммерческая организация, которую представляет Султаналиев, работает под эгидой Агентства США по международному развитию (USAID): «Мы прекрасно понимаем направленность этого доклада. Не могу не отметить, что он выдержан в лучших традициях американской пропагандистской машины. В частности, инцидент в Бирюлёво был подан так, будто там русские резали киргизов». Озадаченный напором российского дипломата докладчик был вынужден признать, что в случае с Бирюлёво Россия столкнулась с «каким-то гражданским столкновением на фоне хозяйственного спора» и почему-то даже не стал настаивать на том, что там была этническая составляющая. В свою очередь, сотрудник российской дипмиссии заверил, что в любой точке Евразийского экономического союза  гражданин любого государства-члена ЕАЭС (а КР как раз и намеревается продолжить курс на евразийскую интеграцию вступлением в ЕАЭС) будет чувствовать себя как дома. Не удержался советник посольства и от того, чтобы откомментировать ряд других тезисов, прозвучавших на круглом столе: «Мы не чувствуем сильного противодействия США движению Киргизии в сторону евразийской интеграции. Не мстят они, по нашим ощущениям, и за уход базы ВВС США. Американцы сейчас больше заняты на Ближнем и Среднем Востоке ,а также противоборством с Китаем — прежде всего в АТР. Некий откат осуществляет сегодня и Китай: проект экономического пояса Великого шёлкового пути — лишь политические разговоры без каких-либо намёток на будущее. За китайской словоохотливостью скрывается неготовность к реализации какого-либо серьёзного интеграционного проекта на своих границах».

 

Что же касается «геополитических разломов», то лучше всех высказался по этому поводу уже упоминавшийся эксперт Алексей Красин. Он указал, что главный «разлом» - в головах киргизских политиков: «Время конкурентных преимуществ для Кыргызстана ушло ещё при Акаеве. Сказывается проблема отсутствия самостоятельной повестки. Мы не можем понять, фигурально выражаясь, кто мы: правоверные христиане или православные мусульмане. Ведём при этом себя в политическом и экономическом пространстве как иудеи-протестанты. Государственников становится всё меньше. Идеологию государства заменила психология «Дордоя». Это уровень временщика и барышника: от кого больше получил, в пользу того выбор и сделал». И совсем неожиданно за нашу элиту заступился россиянин Алексей Мзареулов: «Мы не согласны, что киргизская политическая элита слаба. Мы считаем её сильной. Пример тому президент Атамбаев. Нужно было иметь большое мужество, чтобы попросить уйти отсюда американскую военную базу».

 

Такая вот прикладная геополитика...

POLIT.KG

 

Версия для печати   |   Просмотров: 1264   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная