POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Четверг, 15 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

«Сможет ли Кыргызстан защитить себя от внешних угроз?» (Продолжение)

19.04.2011 16:59 - Polit.kg

Осмоналиев: Кратко остановлюсь на ваших вопросах. Угрозы мнимые и реальные. Угрозы могут быть мнимые, и здесь важна роль СМИ: хотя бы в том, чтобы не создавать ажиотаж. Нужно очень корректно работать, особенно с правоохранительными органами, чтобы информация была проверена и точна. Конечно, имеют место и угрозы территориальные, и водно-энергетические, и терроризм-экстремизм. Вероятность проникновения отрядов боевиков? Она есть, с учетом того, что ситуация не стабильная. Многие политологи проводят «дугу опасности»  от Афганистана до Кыргызстана, и есть, к сожалению, основания для такого негативного сценария. Юг нашей республики не защищен в достаточной степени. То, что передали пограничной службе 500 штатных единиц – это очень здорово, но этого, безусловно, мало.  В этой связи я предлагаю поэтапное и разумное  перемещение вооруженных сил на юг республики, поскольку на севере безопасность гораздо выше. В свете этнополитических и прочих причин,  само присутствие военных на юге республики будет  фактором оздоровляющим, стабилизирующим. Нам известно немало фактов, когда государства передвигали административные ведомства в другие регионы в целях укрепления тех или иных позиций. У нас аналогичная ситуация. Поэтому нам нужно поэтапное перемещение силовых структур в тот регион, который более всего нуждается в защите. Я думаю, что большая часть даже Комитета национальной безопасности должна работать на юге. Это все меры упреждающего характера. Если мы сейчас не будем этого делать, завтра можем наступить на те же грабли…

Членство Кыргызстана в ОДКБ. Прецедент был: все чего-то ожидали, но ничего не произошло. Мы понимаем, что должны быть конкретные, предметные соглашения. Есть Декларация участников ОДКБ, утвержденная еще в 1995 году, но к ней нужны еще конкретные  соглашения, механизмы реализации декларативных условий. К сожалению, их нет. Поэтому мы не можем рассчитывать на эффективную и оперативную помощь ОДКБ, будь то техническая, либо развертыванием каких-то групп.

Наркотрафик как угроза суверенитету Кыргызстана. Я бы не утверждал, что наркотрафик – самая главная угроза. Да, это угроза, но не самая существенная. Весь ажиотаж вокруг закрытия-открытия АКН (госагентство по контролю наркотиков) напрасен. Когда эта структура создавалась, замах был на рубль, а выхлоп на копейку. Говорили, что будут изымать наркотики тоннами, и посмотрите, сколько изъято на самом деле?! Зато были факты коррупции. И потом, да просто грант закончился – 6 млн.300 тысяч долларов. Как гран закончился, люди стали уходить. И встал вопрос: а зачем нам столько структур, если они не очень эффективны? Да и не очень вписываются в действующие структуры? Сейчас восстановление этой структуры и помощь России – это очень прозорливый шаг со стороны России, потому что основной удар наркотрафика направлен на Россию! В Европе героином балуются очень мало, там потребляют легкие наркотики, синтетические.  Поэтому я считаю, что возрождение структуры по борьбе с наркотиками – факт положительный, но сам наркотрафик для нас не так уж опасен.

Гладилов: Но наркотрафик порождает массу других проблем – он питает терроризм, экстремизм, нашу отечественную коррупцию, преступность и т.д.  Страшно то, что этим «бизнесом»  занимаются очень многие люди, а его курируют высокие чиновники…

Осмоналиев: Для юга республики, конечно, наркотрафик – страшная вещь! Хотя бы потому, что там больше нечем людям заниматься.

Внешние угрозы. Они, безусловно, существуют. Но нужны доказательства, чтобы поименно назвать эти внешние силы, угрожающие нашей республике. Как я понял, таких доказательств сейчас у руководства республики сейчас нет.  Поэтому эта угроза применяется больше как элемент манипулирования общественным мнением. В этом есть позитив, потому что есть элемент мобилизации. Я согласен с профессором Дононбаевым в его оценках нашего парламента: я наблюдаю за теми боями, что происходят в Белом доме, за эффективностью работы этого высшего законодательного органа страны, и вижу, что парламент начинает превращаться в угрозу национальной безопасности страны.  Вместо нормальной работы мы видим внутриполитические склоки. В итоге тормозится законотворческая работа.  Разрушили Конституционный суд. Тысячи люди с конституционными исками остаются наедине со своими проблемами. А парламент до сих пор не может принять  соответствующий закон.

Военные базы – щит безопасности? Или источник опасности? Я думаю, что эти две базы – как трансформатор высокого напряжения. Может быть все нормально в нормальных условиях, но в случае каких-то непредвиденных обстоятельств они  могут превратиться в источник очень большой опасности. 

По вопросу вступления Кыргызстана в Таможенный союз. Единое экономическое пространство – это вынужденная мера. Как говорится, если повар плохой, то хотя бы официант должен быть хороший. Нам нужно вписаться в эту схему, чтобы оказаться на передовых позициях, по крайней мере во внешней политике. С внутренними проблемами мы как-нибудь разберемся.

Дононбаев: Вот и хотелось бы услышать: что делать? Каковы способы защиты от этих угроз?

Иманкулов:  Я бы не стал умалять проблему наркотрафика. Лица, которые занимаются этим «бизнесом»  очень развращают все общество. Часть наркотиков уже идет на внутреннее потребление, много молодежи уже сидят на игле – это огромная опасность для страны! Организованная преступность и коррупция тоже отсюда. Деньги отмываются через экстремистские и террористические организации. Откуда у религиозных экстремистских организаций деньги на организаторскую и издательскую деятельность? Вот откуда. Они уже давно срослись – террористические и экстремистские религиозные организации с наркоторговцами. Мы располагаем достоверными сведениями, что террористические организации обеспечивают беспрепятственный проход караванам с наркотиками. Расчет – деньгами от продажи наркотиков. Этот их бизнес  непосредственно угрожает нашей безопасности.

Сможет ли Кыргызстан защитить себя от внешних угроз? Это самый главный вопрос, который стоит сегодня перед всеми нами. На 90 процентов мы должны надеяться на собственные ресурсы, на собственные силы. Если мы не сумеем справиться с внутренними угрозами, никакие внешние силы нам не помогут. Прошлогодний конфликт это показал.  Надеяться на ОДКБ? Конечно, от мощного агрессора  мы не сможем себя защитить – у нас минимальная  обороноспособность. Мы надеемся, что оборону мы обеспечим за счет дипломатии, благодаря мирному сосуществованию с нашими соседями, с мировым сообществом.  Я всегда был оптимистом, и мы надеемся, что сможем защитить себя.

Мнимые угрозы? Вот в прошлом году распространялись слухи о готовящихся беспорядках. Мне пришлось срочно вылетать в южные регионы. Под действием слухов – мол, как Орозо-айт пройдет, то снова начнется резня - люди уже готовы были снова бежать к границе   с Узбекистаном. Эти мнимые угрозы чуть не стали реальными. В интернете стали распространяться провокационные информации.  Нам пришлось на месте убеждать людей, что ничего подобного не случится, что сил хватает для того, чтобы удержать ситуацию под контролем.

Помните, нам прогнозировали, что выборы не состоятся. Что люди начнут стрелять друг в друга.  Что к годовщине революции снова будут беспорядки. Да, определенные силы хотят, чтобы у нас всегда был этот бардак, хаос. На нашей трагедии они себе капиталы хотят заработать.

Осмоналиев: Ваша служба должна работать на упреждение. Есть ли сейчас упреждающие меры, что-то планируется?

Иманкулов: Нам прогнозировали беспорядки в январе, марте. Я не скажу, что здесь стопроцентно наша заслуга – это заслуга всего государства, всех его институтов. Парламент, правительство требуют от нас: что вам необходимо для обеспечения безопасности?

Терроризм – это явление, с которым в одиночку не справиться даже сильным государствам. Посмотрите, что творится в России! Что происходит в арабском мире! А что в Ираке! Десятки терактов в месяц только в этой одной стране. А в Пакистане, Афганистане!?  Смотрите, в Ираке немного меньше стало терактов, но зато больше стало в Ливии. Это же те же самые террористы, которые мутили воду в Ираке, теперь перебрались в Ливию. Они действуют мобильно. Это значит, что у них есть централизованное руководство, есть организации, которые их финансируют. И специалисты НАТО признают, что это одни и те же лица. Что представители Аль-Каиды работают в Ливии на стороне оппозиции. А когда оппозиция свергнет нынешнюю власть в стране – тогда совсем не однозначно, кто придет к власти – террористы или демократы. Все это под большим вопросом.

Гладилов: Там нефть, там замешаны интересы больших игроков. А кому мы интересны?

Иманкулов:Если мы в экономическом плане проблемная страна, то это не значит, что мы никому не интересны. Мы находимся на пересечении геополитических интересов многих стран. Кыргызстан – это настоящий центр Азии.  Здесь переплетены интересы многих государств. 

Дононбаев:Вы хорошо говорите о превентивных мерах, о внешних угрозах. Но внутри республики мы имеем огромную трещину – раскол между узбекской этнической общностью и кыргызской. В стратегическом плане что нужно делать, какова должна быть наша политика?

Иманкулов: Очень важный вопрос и очень злободневный. Мы тысячелетиями жили вместе с узбеками, с уйгурами, с казахами – 80 национальностей проживает в Кыргызстане.  Я надеюсь, что так будет и впредь. Это наша общая родина, и никто не должен никуда бежать.  Что делать, чтобы не повторились те  события? В первую очередь, все люди должны почувствовать, что Кыргызстан – это их родина. Что диаспоры – это не временные жители этой страны. Государство должно создать такие условия, чтобы каждый гражданин, не зависимо от национальности и вероисповедания, должен  чувствовать, что его отечество здесь. Наша политика должна быть очень  привлекательной для всех, а не националистической.

Когда меня спрашивают, как я отношусь к национализму, я отвечаю: я за развитие  своего языка, своей культуры. И все. Дальше я интернационалист.

Осмоналиев: Ничего плохого в национализме нет. Есть право народов на самоопределение. Иногда национализм – ответ на угрозу самому существованию этноса. Здесь опять же могут быть мнимые угрозы и реальные. Помните, сколько было идей национальной политики? «Кыргызстан – наш общий дом» стали в шутку называть «проходным домом».  В этом вопросе нужно быть очень деликатными и определиться с некоторыми вещами, которые максимально взаимоприемлют все стороны. В то же время есть понятие «титульной нации» - хочешь не хочешь, а это общепринятая практика. Все страны в той или иной мере с этим сталкиваются.    

Мы не затронули еще такой аспект, который сильно будет нас тревожить – это водная проблема. Энергетическую можно разрулить.  Есть Дублинская декларация, что вода – это товар, за который надо платить. Есть конвенция 1993 года по трансграничным рекам, которую только 9 государств ратифицировали. Эти вопросы надо решать, потому что через 10-20 лет проблема станет еще острее. Вода уже сегодня дороже бензина.

Гладилов: Эту проблему еще в 80-х годах поднимал Турдакун Усубалиев (бывший Первый секретарь ЦК КП Киргизии), но  с тех пор, похоже, ее решение не продвинулось ни на шаг.

Иманкулов:Мы иногда выпячиваем себя как «титульная нация» - мы составляем основу этого государства. Но мы должны вести себя так, чтобы не отталкивать другие этносы, а наоборот, чтобы другие народы к нам тянулись. Мы свое величие должны доказывать своей культурой и языком, а не грубым национализмом. Кыргызы должны стать тем центром, вокруг которого другие народы должны объединиться.  Мы должны вести разумную национальную политику, тогда ни один этнос не будет чувствовать себя отверженным. Этим мы должны быть сильны.

Дононбаев: Мне кажется, профессор Осмоналиев не так представляет себе «титульную нацию». Давайте понятия типа «титульной нации» оставим в нашем историческом прошлом. Возьмем на вооружение пример Казахстана, насколько умен Назарбаев как политик – республика называется Казахстан, и они везде применяют термин не «казахский», а «казахстанский»: казахстанский герб, казахстанский флаг, казахстанский гимн и так далее. Дорогие друзья, я сам кыргыз, и патриот своей страны и своего народа.  Но надо понимать, что кроме кыргызов здесь живут и узбеки, и татары, и русские, и дунгане, и так далее. Эта страна для всех нас! А если мы будем постоянно твердить, что мы титульная нация…

Сидоров: Для меня титульная нация – это те кыргызы, рядом с которыми я рос, которые мои братья. Вообще это  вопрос спорный.

В отношении угроз и вызовов я думаю так: чем меньше будет внутренних угроз, тем меньше будет и внешних угроз. Одна из внутренних угроз – это дискредитация сегодняшними политиками деятельности органов национальной безопасности и правоохранительных органов.  Когда сотрудники ГКНБ в начале января задержали целую группу нарушителей спокойствия, буквально на следующий день начался массированный наезд правозащитников и оппозиционеров. Мол, это обычные верующие. Но посмотрите, как только задержали эту группу, не слышно даже о попытках организации терактов. Значит, все-таки были основания для беспокойства.

Сейчас любой депутат, не имеющий политического опыта, выходит на  трибуну и начинает диктовать, что нужно делать органам правопорядка, ГКНБ. Разве это правильно? Я думаю, что нужно как-то обезопасить эти органы от непрофессионального вмешательства, от политического вмешательства.  Законом запрещено подобное вмешательство, но оно происходит де факто.

До сих пор нет ответа на вопрос: если правоохранительные органы в дни апрельских событий защищали конституционный строй, то за что их теперь судят?    

И еще хотелось бы напомнить, что мы сильно проигрываем информационную войну. Тематикой государственной безопасности должны заниматься журналисты, которые хотя бы разбираются в этой теме.  Если этого понимания специфики работы спецслужб нет, то нужно людей учить. У нас не подвергается критике только Министерство обороны. Не знаю, почему. 

Вот это и есть одна из существенных угроз – когда политики вмешиваются в работу силовых структур.

Бейшенов: Слушая моих коллег, участников этого «круглого стола», мне что хотелось бы сказать, что каждый прав по своему. Безопасность – понятие обширное, категория политическая. Но давайте вернемся к началу нашего разговора. Юридическая платформа безопасности существует? Существует, но именно здесь много проблем. Какова военная доктрина? Какова концепция безопасности?  Даже закон о противодействии терроризму еще не принят. Сейчас должны быть приняты очень значимые поправки. Чем занимаются депутаты? Идей у них много. Вот предложили комнату для молитв сделать. Хорошо. Но нужно там еще ринг сделать. Только они драться не умеют! Это позор. Нужно научить.

Возвращаясь к концепции национальной безопасности и военной доктрине, скажу, что  эти документы не учитывают наших условий, нашу политическую ситуацию, наши традиции и т.д. Поэтому они и не работают. С другой стороны, финансами не подкрепляются.

Ликвидировали Совет безопасности и создали Совет обороны. Но это разные понятия. Я думаю, нам не нужно было экспериментировать с названиями.

Итак, в самой законодательной базе есть противоречия, которые необходимо устранить. Это первое. Второе. Это органы, которые обеспечивают безопасность. Тоже проблемы здесь обозначили.

Теперь, что делать и что делается? Главком принимает серьезные усилия по взаимодействию силовых структур. На совещаниях силовых структур идет серьезный разбор, на последнем совещании  ряд министров получили взыскания. Баткенские же события показали, каков уровень реального взаимодействия – недостатки были очень серьезные. И людские потери свидетельствуют от этом. Но я могу заявить ответственно, что сейчас взаимодействие силовых структур как никогда сильно.

Здесь много говорили о классификации угроз, называли самые острые. Но, говоря о безопасности, мы должны помнить, что только определение безопасности имеет сотни толкований: и экологическая, и демографическая, и информационная и т.д.  Конечно, угроз много. И где-то 10-15 из них в Концепции национальной безопасности отражены. Что нужно для того, чтобы мы были готовы к ним? Даже сильнейшая экономическая держава – Япония – не справляется с техногенными угрозами. А если у нас, не дай бог, что-то случится…

Мы должны сейчас в первую очередь стабилизировать экономику, снять социальную напряженность – это главные  угрозы.  Да к тому же главная угроза – в наших головах. Столько в нас пессимизма, который уже перерастает в цинизм. Консолидация – это общее понятие. Нужно, засучив рукава, просто заняться уборкой своего дома. Посмотрите, только хотели привести в божеский вид Ошский рынок, как тут же последовала реакция, возникли серьезные препятствия.

Вот Кайрат говорит о необходимости переброски силовых структур в Ошскую область. Этот вопрос поднимался уже не раз еще 7 лет назад. Мы знаем, что южные рубежи – самые опасные участки. Но о чем бы речь ни шла, все упирается в деньги. На переброску сил нужны миллионы: нужно создавать инфраструктуру, строить жилье, штабы и т.д.  А в Ошском регионе  со всем этим и без того напряженная ситуация.

Да, нужно передислоцировать силовиков на юг. Но все упирается в сотни миллионов сомов по самым скромным подсчетам.

Сейчас почему-то муссируется вопрос о создании учебных центров России, американцев. Здесь нет никаких препятствий и проблем. Давно было принято решение о создании  российского учебного центра на юге, но после прошлогодних событий все почему-то застопорилось.

С американцами тоже была идея создать тренировочный центр для вооруженных сил Кыргызстана – были сделаны все расчеты. И опять же с этими событиями все приостановлено. Общественность или  не поняла, или сознательно неправильно представляет все это: военные базы – это одно, а тренировочные, учебные центры – это совершенно другое.

Вопросы национального характера – это самые сложные. События прошлого года показали, что вопросы национального характера для нашей республики являются первостепенными.  Нам нужно решать эти проблемы. Год прошел – вот на днях президент проводила совещание с правоохранительными органами  и дала разгон – что сделано?  Почти ничего не сделано! Даже на треть не выполнены намечаемые мероприятия.

Говоря о роли ОДКБ, приходится признать, что эту организацию нужно совершенствовать. И была инициатива нашего президента  усилить реагирование на угрозы, нужны еще дополнительные соглашения. Посмотрите, как НАТО действует. У них два-три государства принятии решение – и начали бомбить. В ОДКБ пока примем решение – должны все проголосовать! А ведь ситуация порой требует незамедлительного принятия решений. Документы подготовлены, если пройдет их ратификация, то военные структуры могут применять эффективные меры.

Гладилов: Учитывая, что безопасность – понятие не только многогранное, но и географически  широкое, может, стоит несколько  поменять отношение к самой защите? Вспомним, в критические дни – в апреле, июне прошлого года – соседние республики просто перекрыли границы с Кыргызстаном. Это называется защитой собственной безопасности. Как будто колючая проволока или противотанковые рвы способны защитить государство от проникновения революционно настроенных  людей или идей. Да и не по братски это. А уж экономическая блокада только усиливает социальные проблемы.  Не кажется ли, что пора пересмотреть саму доктрину безопасности?  Не  границы нужно охранять, а создавать эффективные межгосударственные структуры для разрешения конфликтов, где бы они не происходили…

Иманкулов: Границы СНГ не безразличны ни России, ни Украине, ни другим государствам. Недавно в Бишкеке состоялась рабочая встреча командующих пограничными войсками стран СНГ и тоже шла речь о том, что общую границу СНГ нужно охранять совместно. Если прорвет в одном участке – проблемы будут для всего Содружества.  Сейчас очень активно идет помощь со стороны Российской Федерации, от российских пограничников: и материальная, и техническая. У Европейского союза есть своя организация по охране границ. Если где-то возникает какая-то опасность, к примеру, прорыв нелегальной миграции – как сейчас из стран Африки – со всех государств Европейского союза собирается единая бригада, которая и бросается на этот участок.  Так что там решением любой пограничной проблемы любого участника Союза занимается все сообщество. Почему бы нам не взять этот опыт? Если мы знаем, что для СНГ  опасность представляет южное направление – со стороны Афганистана – то и охранять это направление должны сообща.

Гладилов: Этот вопрос нужно проработать идеологически. Раньше как воспринималось присутствие  военных подразделений других стран на нашей территории – как нарушение суверенитета. Пора изменить это представление. Это защита и нашей безопасности, и…        

Иманкулов: И это в интересах всех стран, в том числе и нашей!

Бейшенов: Но тогда нужно изменения в Конституцию вносить, решать ряд других вопросов. Нужно будет урегулировать вопросы с Китаем. И сам народ может неоднозначно понять, если границы будут охранять российские военные. Если база «Кант» до сих пор вызывает столько противоречивых мнений, не смотря на ее особый статус. Но мы должны понимать, что рано или поздно нужно решать эти вопросы с охраной границ. Но сейчас мы не готовы к таким  решениям.

Сатыбеков: Я со всеми доводами абсолютно согласен.  Тема нашего обсуждения настолько глобальна, что ее в рамках этой встречи невозможно полностью раскрыть. Мы не коснулись других аспектов безопасности, таких, к примеру, как сепаратизм. Я бы хотел вернуться к разговору о религиозной безопасности. Мне кажется, проблема здесь несколько преувеличена, она не столь опасна, как ее представляют.

О «Хиз-б-ут-Тахрир». В обществе сложилось несколько превратное мнение об этих людях – как о каких-то бородатых подпольщиках, которые по ночам тайно расклеивают свои прокламации и листовки, прячутся от сил правопорядка.  Только почему тогда такими темпами растет численность этой организации? На сегодня по разным данным в ней от 5 до 20 тысяч членов. В некоторых кишлаках юга республики этими идеями заражено более половины населения. В частности, в Араванском, Наукатском, Сузакском районах очень многочисленны ряды «Хиз-б-ут-Тахрира».  Мне кажется, здесь огромное упущение со стороны официального духовенства, которое пустило свою работу на самотек. Они считают, что 80 процентов населения только по рождению являются мусульманами. Успокоились. И это успокоение привело к тому, что когда появились альтернативные религиозные группы, для них была создана благоприятная почва.  Тут и развал СССР, и духовный вакуум.  Официальное духовенство, надо признать, во многих случаях очень ограниченные люди – нередко имами становятся люди, не имеющие  достаточного образования. Или другая крайность – пройдя курс обучения в других странах, люди проповедовали те ценности, которые не приемлемы для нашего либерального ислама.

Официальное духовенство проповедует только Святое Писание, никак не комментируя его. Руководители же «Хиз-б-ут-Тахрира» растолковывают людям  идеи ислама, умеют грамотно их толковать, с позиций ислама объясняют жизненные проблемы, бытовые, политические. И люди к ним тянутся.

Другой немаловажный фактор – это сплоченность и взаимопомощь, которые исповедываются этой организацией. Часть мусульман здесь нашла некую отдушину. Я считаю, что опасность этой организации во многом надумана. Помните, в конце 90-х годов муфтият совместно с Русской православной церковью выступили с заявлением-обвинением сектанства. Это ни что иное, как стремление собственное неумение работать с людьми переложить на сектанство, желание руками спецслужб нейтрализовать своих оппонентов-конкурентов в духовной сфере. 

Иманкулов: Частично я согласен с такой трактовкой. Только опасность эта совсем не надумана. Факты говорят о другом.  Первые террористы, которые вторглись в Баткенскую область, состояли из людей -  членов «Хиз-б-ут-Тахрир».  Так называемое углубленное изучение   ислама на деле представляло собой подготовку  террористов путем «промывания мозгов».  И когда спецслужбы накрывают террористические организации – у них находят ту же духовную литературу.  Нет четкой границы между «Хиз-б-ут-Тахриром» и ИДУ. Терр

Версия для печати   |   Просмотров: 3960   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная