POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Среда, 21 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

От демократии - к анархии, от массовых беспорядков – к диктатуре

03.07.2013 19:04 - Polit.kg
От демократии - к анархии, от массовых беспорядков – к диктатуре

Беда начинается там, где  государство, исповедуя довольно жёсткую реакцию  в отношении своих собственных граждан, другим государствам пытается навязать терпеливое и даже покорное отношение к их собственным манифестантам. Что такое неотъемлемое право человека на свободное выражение своего мнения, участвуя в митингах и манифестациях, и какова должна быть реакция государства на эти проявления протестов?  Правомерно ли уравнивание в ответственности провокаторов и мародеров с мирными протестантами? И что опаснее: бессилие власти  в наведении порядка или  жестокое подавление ею любого оппонирования?

Тактика «большой крови»

Всё, что мы называем сегодня общечеловеческими ценностями, правами и свободами, создал человеческий разум. Именно его движениями эти эфемерные конструкции, сами по себе не существующие, и оживляются, и направляются. Степень жёсткости в ограничении свободы демонстраций зависит, в основном, от двух факторов:

1) насколько поведение митингующих соответствует понятиям общественной безопасности;

2) насколько этому же соответствуют их лозунги и требования. И то, и другое чрезвычайно важно. Когда во Франции на улицы выходят простые люди  чтобы выразить свой протест пропаганде гомосексуализма со стороны  французского государства, речь идёт о понятном стремлении социума защитить себя от вымирания. Соответственно, травить таких манифестантов слезоточивым газом – значит исповедовать свободу в отрыве от разума. Но когда в той же Франции на улицы выходят сидящие на социальном пособии наркоманы и начинают, прикрываясь лозунгами расового и прочего равенства, крушить на своём пути магазины и автомобили, те же самые меры неразумными уже не кажутся. То есть, на всё есть место, время и обстоятельства.

Разговор о том, какими митинги и демонстрации должны быть в принципе, бесполезен: как правило, он затевается лишь затем, чтобы утвердить какие-то  стереотипы. Лучше поэтому применим язык конкретных ситуаций.

Сегодня внимание мировой общественности приковано к так называемому «Болотному делу» - тому самому, что должно решить судьбу всех привлечённых к ответственности за участие в беспорядках на Болотной площади Москвы 6 мая 2012 года. В кругах российских оппозиционеров дело принято называть политическим. Протест отдельных субъектов выражен также в несогласии признать беспорядки массовыми. Конечно, понятие массовостиу всех разное. Но вот норма, установленная в Мекке всех демократов – Соединённых Штатах Америки:  3 и более человек. К слову, власти того же Нью-Йорка вправе не удовлетворить прошение о проведении митинга, если там отсутствуют сведения о прошедших и даже будущих (!) акциях того же плана. При этом, если инициаторами выступает сразу несколько организаций, то с каждой из них мэрия разбирается отдельно. 

Отрицать сами беспорядки – вне зависимости от массовости – никто, конечно, не будет:  травмы работников правоохранительных органов и масса видеоматериалов – неопровержимы. Поэтому «болотных дел мастера» и их единомышленники с Запада предпочитают сразу переводить свою критику в русло якобы имевшей место «полицейской и ОМОНовской жестокости». Разумеется, какие-то основания говорит об этом есть: в контингенте даже самых обученных стражей правопорядка всегда найдётся один тупоголовый садист. Но, во-первых, такие погоды не делают, а во-вторых, надо ещё удивляться, что не все спецсредства пускались в ход, когда доходило до прямых столкновений. Германские коллеги российских отрядов особого назначения уж точно бы сработали на ура, просто задействовав водомёты. Лишь единицы профессиональных правозащитничков бы потом  интересовало, кто кого при этом задавил. Тут вот какая тонкость: если вообще не обращать никакого внимания на провокаторов, можно дойти и до киргизского варианта. Это когда после беспорядков в качестве «козлов отпущения» используются посаженные на скамью подсудимых…  силовики!  В Киргизии после второго переворота несчастные «альфовцы» были обвинены в том, что… защищали государство!  То, что это - их прямая обязанность и впредь они обязаны выполнять ту же функцию, никто даже не подумал. Такой вот пример от страны, которая сама хоронит свою государственность. В нормальных краях так, разумеется, не делают.

На резиновые дубинки показывают пальцами, говоря о «зверствах режима». Но о чём, в таком случае, говорить, вспоминая об ОМОНовцах, спасавших людей от давки, буквально откапывая их из кучи навалившихся «собратьев по Болоту»? А ведь такие были – и это признаёт даже оппозиционная пресса. Простой вопрос: если отводить ОМОНу роль пассивного наблюдателя, то кто в таком случае должен брать под защиту от провокаторов мирных участников митинга? Или, может быть, простые «болотники» и ставились под удар? Как тут не вспомнить нашумевшую запись, на которой известный оппозиционер Сергей Удальцов критикует старшее поколение политических бойцов за желание обойтись «малой кровью»… Не случайно ли в день столкновений на Болотной он же и призвал собравшихся к бессрочному митингу сразу после того, как представители «Солидарности» объявили тот оконченным?

Протест-пустышка

Авторы «Болота» явно старались апеллировать к коллективному бессознательному, тиражируя лозунги с отчётливо проявленным «мы»: «Мы здесь власть!», «Мы не уйдем!», «Это наш город!». Но другим словом, употребляемым наиболее часто,  было, разумеется, «Путин». То, что даже в негативном контексте эта фамилия скандировалась чаще других, есть особый смысл: это означает, что Путин – единственная фигура, которая в настоящее время может реально определить характер того самого коллективного «мы». Приватизировать это последнее у лидеров болотных митингов просто не получается. Если в Европе протестуют против социальной несправедливости и выходят на улицы со вполне осязаемыми требованиями, тот тут мы имеем дело с этаким хороводом вокруг Владимира Владимировича и «Единой России».

Вообще же, выступления «за честные выборы» - это уже моветон. Вот что может стать поводом для массового шествия или митинга, сопоставимого с «болотным», в мире вообще:

- повышение стоимости проезда на общественном транспорте;

- плохая ситуация в здравоохранении;

- развал системы образования;

- непропорциональный рост затрат на отдельный госпроект;

- наделение полиции правом вести расследования без участия прокуратуры;

- повальная безработица;

- дискриминация по расовому признаку;

- повышение платы за обучение в вузах;

- сокращение государственного бюджета;

- прекращение субсидирования какой-либо отрасли экономики;

- ущемление прав профсоюзов.

А в России, тем временем, повод только один, причём крайне туманный: не то Путин, не то… кот. Сыровато получается. Креатива не хватает ни у оппозиционеров, ни у их зарубежных покровителей. Вот уж кто забронзовел. Сложно понять, что здесь причина, а что – следствие, но люди эти отнюдь не стремятся к «обновлению трибуны за счет новых и популярных лиц» и работают на цементирование «линейки фронтменов» (оба выражения принадлежат Эдуарду Лимонову). Такая тенденция стала очевидной ещё осенью прошлого года и сохраняется до сих пор. Впрочем, никому это уже не интересно: лозунги акции в честь годовщины «Болота», по данным Всероссийского центра изучения общественного мнения, не запомнили 72% из тех, кто о ней был информирован. И в дальнейшем, по результатам того же социологического исследования, эти акции готовы поддерживать аж 7% опрошенных. «Никакой структуры, иерархии в протестном движении нет. Есть «вожди» и массовка, а между ними – зияющая пропасть. Многие блогеры и журналисты справедливо упрекали «вождей» оппозиции в «отрыве от народа», но истинная проблема гораздо глубже. Каждый из оппозиционеров находится в этом «отрыве». Это индивидуалисты, которым не интересны единомышленники», - признаёт даже небезызвестный портал slon.ru.

Исток большинства европейских митингов – беспокойство социальных низов по поводу своего будущего. Там есть чёткое понимание того, что по сравнению с жизнью предыдущих поколений, всё теперь будет гораздо хуже. Об этом говорит итальянский политик и публицист Джульетто Кьеза. Исток же российских протестов – в том, что кто-то хочет «как в Европе», но слабо представляет, как это. Итог – тот самый «кот».

Как тушить пожар и гасить спички

Итак, настоящие, взрослые проблемы – на Западе. Потому и беспорядков там сейчас на порядок больше. Вспомнить тот же ужас осени 2005 года во Франции… Кто тогда ждал такого резонанса? Кто мог предположить, что огонь перекинется с Парижа на провинцию? А вот жуткое свидетельство того, как вниз по наклонной катится Англия: беспорядки 2011 года, август. Полторы тысячи осуждённых за повальное мародёрство (участвовало до 30 тысяч леди и джентльменов по всей стране) и крайне неприятный осадок. Ну и апофеоз: майские погромы уже этого года в Швеции, где власть вначале растерялась и попыталась «сохранить хорошую мину при плохой игре», а затем пустила в ход всю мощь полицейского аппарата – вплоть до спецназа с собаками. К слову, для подстрекателей там предусмотрено до четырёх лет тюремного заключения, а для рядовых участников беспорядков - штраф или до двух лет тюрьмы. В Англии, напомним, двум мародёрам-зачинщикам из социальной сети Facebook, уже за одно распространение соответствующих призывов дали по четыре года.

Польшу, которая как-то естественно стала ареной битв между нацистами и антифа со всей Европы, массовыми беспорядками не напугать: дубинки, газы, водомёты, - всё держится наготове. Сами  правоохранители работают чрезвычайно эффективно: уже через три дня после очередной бойни в Варшаве (11 ноября позапрошлого года) в прокуратуру были переданы материалы на 176 её участников. Интересно, когда там появятся правозащитники, подобные шведскому движению Megafonen, которая не так давно потребовала от шведских правоохранителей извинений за «излишнюю жестокость» и «грубое обращение» с вандалами из стокгольмских предместий? И уж не тот ли самый подход собирается привить россиянам дюжина международных правозащитных организаций, два месяца назад вызвавшаяся провести собственное расследование событий на Болотной площади?

Что бы западники не выдали, что-то подсказывает: особый упор в описании «зверств режима» будет сделан на недавнем ограничении деятельности иностранных агентов, – отныне этот термин закреплён в законодательстве РФ. «За 20 лет работы в России мы ни разу не наблюдали столь мощных репрессий против гражданского общества. Эти суды против протестующих необходимо рассматривать в более широком контексте, включая мощное давление на неправительственные организации, а также новый закон, меняющий понятие измены таким образом, что теперь под это определение может попасть почти любой россиянин, поддерживающий отношения с иностранной организацией», - оправдывает наш прогноз высказанное на исходе весны сего года мнение зам. директора российского отделения Human Rights Watch.

То, что связь между деятельностью некоторых НКО и околоболотным движением признаётся хотя бы на таком уровне, это уже большой шаг вперёд. Но господам правозащитникам следовало бы знать, что Российская Федерация – уже не единственная страна, в которой уяснили данную закономерность. В случае признания иностранного финансирования какой-либо НКО в Индии, её там теперь  не то, что выносят в отдельный список, а попросту закрывают. Уже, к слову, пресечена деятельность более четырёх тысяч (!) таких организаций. Предшествовала сему долгая борьба государства с последствиями планомерной работы этих самых структур. Это была продуманная информационно-митинговая кампания, направленная на дискредитацию уже практически завершённого проекта атомной станции Куданкулам в южном штате Тамилнад. Проект, следует особо подчеркнуть, российско-индийский. Для Индии – стратегический. Снять истерию вокруг ничем не обоснованных предположений о «второй Фукусиме» индийскому правительству удалось одним элегантным движением – заморозив счета Индийского форума социальной активности (INSAF), объединявшего в себе около 700 НКО и организовывавшего манифестации местных жителей, которых до этого убедили в том, что запуск АЭС помешает их рыбному промыслу. Одновременно прекратилось брожение и вокруг ещё не возведённой АЭС Джайтапур в штате Махараштра. Всё это произошло совсем недавно. И, без сомнения, на решительные действия индусов мог вдохновить только российский пример. Руководство РФ, в свою очередь, лично наблюдало за тем, какой оборот принимают отдельные эпизоды в митинговой истерии на родине Ганди: во время прошлогоднего визита Владимира Путина в Нью-Дели, там под благовидным предлогом защиты индийских женщин от сексуального насилия  были развязаны беспорядки такого масштаба, что едва не дошло до штурма президентской резиденции. Пострадало более семидесяти человек. В общем, Индии пришлось очень хорошо прочувствовать кровавый вкус митинг-провокаций:  на той же Куданкулам был убит один человек, ранены - десятки. Одиннадцать человек погибло совсем недавно, в ходе февральских беспорядков этого года в штате Ассам: там началось всё с того, что кто-то пырнул ножом сотрудника сил правопорядка. Всё это – очередное напоминание о том, как под самыми благовидными предлогами может быть развязан настоящий кошмар.

 

Крупные ставки

Как видно из приведённых выше примеров, от банальной провокации на рядовом митинге до настоящей резни – один шаг. Дни таких беспорядков отпечатываются в памяти народов на долгие годы. В Мексике до сих пор вспоминают 10 июня 1971 года, когда в ходе подавления студенческой демонстрации погибло 120 человек. Тут поневоле задумаешься о том, а не запретить ли митинги и демонстрации вообще. В постсоветском Азербайджане, где это уже сделали, несомненно учитывали опыт постсоветской же Киргизии с её  84-мя жертвами апрельских беспорядков 2010 года. На этом фоне рассуждения либералов о «зверствах Путина на Болотной»  не просто высосаны из пальца,  но несут  откровенно провокационный характер. Единственная жертва Болотной-2012 – неудачливый фотограф-любитель, сорвавшийся с пожарной лестницы. 29 миллионов рублей материального ущерба и переломанные носы, пальцы и другие части тела можно списать на «издержки демократии». Но столь благополучный исход потенциально кровавого сюжета – не повод расслабляться. Наоборот, сейчас – самый подходящий момент, чтобы показать всем будущим провокаторам: подобного рода деятельность наказуема. И здесь важны не только сроки заключения для тех, чья вина доказана, но и качество штрафных санкций. В мае прошлого года организаторы московского болотного шествия отделались штрафами по тысяче рублей. Между тем, в Канаде эта сумма могла дойти до 125 000 канадских долларов. Крупные штрафы присовокупляются к тюрьме и принудительным работам в Италии, Японии, а также других странах первого мира.

«Мы все знаем, как подавляются общественные беспорядки в странах Европы», - заявил недавно, в пику Еврокомиссии с её рекомендациями мириться с манифестантами турецкий министр по делам ЕС Эгемен Бахыш. И – действительно: долой ложную скромность. Все помнят, как в наидемократичнейшей Швейцарии травили слезоточивым газом антиглобалистов. То же самое и в Америке: количество арестованных за участие в «Захвати Уолл-Стрит» уже давно перевалило за шесть тысяч. И в этом нет чего-то особенно дурного. Не хочется злорадствовать, как это делал, например, экс-президент Ирана,  призвавший после августовских беспорядков 2011 года в Англии правительство этой страны «прислушаться к требованиям отчаявшихся граждан» и говоривший о «полицейском разгроме мирного легитимного протеста». Нет, это не то, что требует немедленного осуждения. Беда начинается там, где одно и то же государство, исповедуя довольно жёсткую линию поведения в отношении своих собственных граждан, другим государствам пытается навязать терпеливое и даже покорное отношение к их собственным манифестантам. Перед глазами – живой пример Сирии: позиция Запада по гражданской войне в этой стране сводится к поддержке всех сил, которые только могут противостоять действующему легитимному режиму. Никого там не заботит ни идеология, ни методы ведения борьбы, культивируемые в лагере этих самых оппозиционеров. Так проявляются двойные стандарты: московский ОМОН поднял дубинку на провокатора – это ай-ай-ай, а когда сирийские «повстанцы» (почему-то сплошь заброшенные туда из других восточных стран, в том числе и центральноазиатских) устраивают публичные отрезания голов с поеданием внутренностей – это в порядке вещей. Можно, конечно, дурачиться и дальше, доказывая, что сирийские террористы – это мирные демонстранты, спровоцированные на вооружённый конфликт тираном Асадом, но это только подчеркнёт очевидное.

Несомненно, возможность проведения мирных собраний и акций протеста – один из атрибутов демократического общества. Но само общество – мы должны об этом помнить – шире, чем демократия. К тому же, нормальное положение дел в одной стране ещё не говорит об её тотальной защищённости. В реалиях глобальной политики всё большую актуальность приобретает пословица: «не рой другому яму – сам в неё попадёшь». И тем, кто сегодня втягивает в «дугу нестабильности» всё новые и новые территории, пора задуматься: а не охватит ли это пламя в самом скором времени и своего неразумного «хозяина»?

Иосиф Илларионович, обозреватель Polit.KG

Версия для печати   |   Просмотров: 1773   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная