POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Среда, 21 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Постсоветское пространство в джунглях политического ислама (часть 2)

17.01.2014 17:47 - Polit.kg

Призрак джихада

В настоящее время взгляд всех исламистских и околоисламистских режимов Ближнего Востока прикован  к ситуации в Тунисе. Там, особенно после египетской контрреволюции, сгущаются тучи над правящей партией «Ан-Нахда», которая представляет собой местную модификацию «Братьев-мусульман». Осенью, под давлением светской оппозиции, она уже проявила слабость, после долгого сопротивления согласившись на роспуск правительства. Если бы не салонный характер оппозиционеров-антиисламистов, можно было бы предположить, что тунисский ислам-эксперимент, так же, как египетский, близится к своему завершению. Впрочем, мнение отдельных экспертов состоит в том, что завершение это уже состоялось.  «Политический ислам возник как проект по захвату Востока, и так как этот проект был разработан в форме, противоречащей самой сути восточной структуры, сегодня он находится в состоянии, близком к разрушению, по сути, он уже разрушается», - утверждает Эрен Эрдем. Известный израильский публицист Авигдор Эскин с этим согласен и, что особо интересно, делает соответствующий вывод в отношении будущего режима Эрдогана: «Турция отходит от исламизма. А дальше вопрос остается открытым, вмешается ли в происходящее армия или изменения будут достигнуты парламентским путем»[1].

Возвращаясь к тому, о чём говорит турецкий эксперт, нельзя не заметить, что его слова перекликаются с тем, о чём пишут Клаудио Мутти и Тарик Рамадан. Видя, во что выродился политический ислам, Эрен Эрдем замечает: «Существует определенный тип человека, отражающий суть политического ислама. Он идет бок о бок с европейской моделью капиталистических производственных отношений. Людей того типа, о котором я говорю, мы называем: «наполовину либералы, наполовину консерваторы». В Турции также капиталисты «исламской модели», контролируя политику, систему управления государством, создавая свою собственную элиту, проводят своего рода операцию по ликвидации. Схожий метод был испробован в Египте. Движение «Братья-мусульмане» проводило работу в этом направлении». Эрдем характеризует данный тип как нежизнеспособный и противопоставляет ему политический ислам иранского типа, направленный строго против западного либерал-империализма. 

Возвращаясь к Тунису, отметим, что многие эксперты в последнее время заговорили о том, что всё активнее там становится джихадистское движение и все варианты развития события сопряжены с ростом насилия. И это — ещё один вариант существования политического ислама в его природной среде — на Ближнем Востоке. Всю «прелесть» такого варианта нам раскроет опыт Сирии, Ирака, Ливана, Ливии, Сомали, Йемена. Чуть ли не ежедневные теракты, столкновения одних группировок с другими, вырезание деревень и районов, изгнание всех «неверных», и, наконец, ад гражданской войны. Вот всё, чего можно ждать от джихадистов. Действовать они будут обязательно под разными названиями, исподтишка, но с максимальным разрушительным эффектом. Коран учить им некогда, с них достаточно «аята меча». Организация для участия в боевых действиях — по принципу сетевой структуры. В общем, механизм, который можно запустить, но остановить нельзя — даже попытавшись засунуть туда руку. Пример из новейшей истории России: Ахмад Кадыров, в сане муфтия, объявляет джихад, но в самый разгар войны пытается повернуть колесо истории назад. Ничего не получается. Его клеймят как дезертира и в прямом смысле слова побивают палками. Переметнувшись на сторону федеральных властей, он окончательно теряет рычаг управления «воинами джихада». Такой вот хрестоматийный пример. Потому, кстати, аудиты, хотя и поддерживают джихадистов, но предпочитают держать их от себя на расстоянии пушечного выстрела и особо буйных и ретивых из своей среды спешат выслать куда-нибудь в Европу. Именно поэтому самые страшные радикалы сосредотачиваются сейчас именно там. Не брезгуя жить на пособие по безработице, они дистанционно или напрямую руководят доверенными ячейками и увлечённо решают задачу по обращению в Ислам (разумеется, джихадистского толка) коренных европейцев. Идеология салафизма, пестуемая внутри  создаваемых групп, проникает сквозь национальные, социальные и другие границы. К тому же в обществе, где ценности становятся всё более и более эфемерными, радикализм будет востребован всегда. В России такого рода проповедники тоже не редкость, а потому ещё много лет будут актуальны слова эксперта Российского института стратегических исследований Раиса Сулейманова: «3 тысячи русских активно верующих мусульман России в процентном отношении дали гораздо больше террористов, чем 5 млн. татар, традиционно исповедующих ислам». Наличие такой тенденции подтверждают такие факты, как убийство в Дагестане суфийского шейха Саида афанди Чиркейского руками террористки Аллы Сапрыкиной (в замужестве — Аминат Курбанова), а также непосредственное участие в подготовке первого из серии волгоградских терактов 2013 года студента-недоучки Дмитрия Соколова (в Исламе принял имя Абдул Джаббар): тогда, 21 октября в волгоградском автобусе подорвалась его жена Наида Асиялова. Взрывное устройство собирал он сам. И это ужас для России, когда удар по основам наносят сами же русские. Ещё ужаснее то, что все центры базирования джихадистов соединены между собой как сообщающиеся сосуды, и если граждане РФ, а также республик Центральной Азии воюют сегодня в Сирии, то завтра они могут привести не территорию своих стран «братишек» из Ближнего Востока и ещё какой-нибудь Норвегии (кстати, на днях ГКНБ КР удалось задержать в Чуйской области трех членов международной террористической организации, предположительно «Союза исламского джихада» (СИД), в планах у которых было создание на территории Кыргызстана канала подготовки и вербовки рекрутов с последующей отправкой в зону сирийского конфликта[2]). И даже если те из них, кто являются гражданами Российской Федерации, будут возвращаться поодиночке, то только подумайте: сколько родственников, друзей, знакомых они смогут убедить в том, что Россия в Сирии якобы воевала против ислама?

 

Очеловечивание политического ислама

Итак, чтобы проявлений деструктивного политического ислама в наших странах было как можно меньше, следует учесть опыт тех стран из нашего круга, которые столкнулись с этой реальностью первыми. Например, Таджикистана, где на уровне партийного устава от главной исламской партии было получено заверение, что её деятельность ограничивается территорией Республики Таджикистан и в партийный состав могут войти только граждане РТ. На выходе из гражданской войны между разными силами там было достигнуто взаимопонимание относительно того, светское государство совместимо с деятельностью политической партии религиозного характера. А ныне покойный лидер Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) Мохаммадшариф Химматзода вовремя вывел целый ряд тезисов, на которые стоит взглянуть всем постсоветским исламистам. Представим некоторые из них в сокращении:

- понятие «светское государство» не имеет противоположного значения понятию «исламское государство»;

- в политической концепции ислама глава государства не является священным лицом или представителем Бога, а считается земным человеком, ответственным за решение проблем мусульманского общества;

- шариат не требует от верующих построения особой модели теократического «исламского государства», и такая деятельность не входит в религиозные обязанности мусульманина;

- «исламской моделью» можно считать любую форму правления (в том числе президентская и парламентская республика), где обеспечиваются исламские нормы, социальная справедливость и права и свободы человека;

- Ислам и исламский образ жизни совместимы со светским государством и мусульмане могут вести нормальную жизнь и деятельность в условиях светского государства.

Опыт реальной трансформации ПИВТ из военно-политического объединения в политическую партию парламентского толка показал, что переход от радикализма к прагматизму возможен только при условии полного отсутствия недоговорённостей. 

Конечно, можно всех исламистов объявить вне закона, как это имеет место быть в Узбекистане, но проведение такой политики возможно только при мощной силовой поддержке и в относительно закрытом государстве. Общемировой тренд таков, что столкнуться с исламистами рано или поздно придётся всем республикам Центральной Азии. Так не лучше ли начать воспитание нормальных, разумных представителей политического ислама, обозначив для начала хотя бы прозрачные «правила игры» и задав рамки консультативной и иной помощи, какую зарождающиеся или уже существующие движения конструктивного плана могут оказать государству? Когда в арсенале только политика репрессий, это очень опасная ситуация, ведь насилие рождает насилие. Кстати, как полагают эксперты, именно курс на подавление всякого инакомыслия, взятый президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым, привёл там к тому, что роль политических собраний стали играть встречи верующих в мечетях, проконтролировать которые очень сложно. «Если раньше исламский фактор в Азербайджане не играл особой роли, то теперь он вышел на передние позиции. И если раньше Азербайджан был в стороне от геополитической конфронтации Запада с исламским миром, то теперь в республике стали все более болезненно реагировать уже и на те или иные мировые события в связи с исламом. Стали обычными акции протеста против политики США и Израиля на Ближнем Востоке, чего раньше было даже сложно предположить», - делает вывод руководитель департамента конфликтологии и миграции Института мира и демократии (Баку) Ариф Юнусов[3]

«Если воспринимать и тех, кто бегает по горам с автоматом, и тех, кто пишет материалы об исламском государстве и публикует их в какой-нибудь московской газете, как радикалов, то мы будем последних подталкивать в ряды автоматчиков. Нельзя их до этого доводить», - писал ещё в 2001 году российский востоковед Алексей Малашенко. Другой российский эксперт, Юрий Михайлов, считает, что присущий исламской умме (общине) активизм надлежит превратить в «приводную силу ускоренного развития страны». Роль союзника в развитии страны, а не маргинала, которые чем активнее, тем опаснее, - вот что предлагает эксперт разумным исламистам. Более того, он констатирует: «Политический ислам (а другим подлинное правоверие, хотим мы того или нет, и быть не может, поскольку, как уже говорилось, ислам есть образ жизни, и единственным признанным в цивилизованном мире инструментом выражения социальных чаяний является политическая самоорганизация общества) — это ответственный ислам; деполитизированный же, аполитичный ислам (якобы ислам) — это ислам безответственный, что мы и наблюдаем в повседневной действительности».

Человек, разочаровавшийся в ряде мирских идеологий, несомненно, попытается найти прибежище в религии. И очень важно, чтобы он услышал живое, интересное слово от  человека, желающего добра своим согражданам, своей стране в целом. Надо учиться у ваххабитов, задевающих в своей пропаганде важные социальные вопросы, но делать что-то подобное следует очень ответственно, не бросаясь лозунгами, как они, а проявляя интеллектуальный подход, раскрывая те же сокровища Корана так, чтобы их блеск оставил след в сознании любого человека — даже не мусульманина. Адаптация Ислама к современной политике всё ещё остаётся вызовом. И если  обращаться не к форме, а к содержанию, то перед настоящими мусульманами — огромное поле для творчества.

 

Путин как покровитель исламского мира

Почему в этом материале так много ссылок именно на российские источники? Потому что именно к России обращён сегодня взгляд мировой исламской уммы.

Для единственной на сегодняшний день супердержавы — США — Ислам и исламисты всегда оставались только инструментом. В последнюю фазу холодной войны их использовали дабы создать прецедент религиозной войны против «империи зла» в Афганистане. Тогда же ЦРУ начало работу по созданию глобальной сети исламских боевиков именно  как противников Советского Союза. Исламское образование было искусственно сведено ко вдалбливанию в головы беженцам и уголовникам идеологии атакующего джихада. «До афганского джихада правый политический ислам был идеологической тенденцией со слабой организацией и без реального воплощения. Афганский джихад дал ему рост, организацию, мастерство, богатство, уверенность и четкую цель. Америка создала инфраструктуру террора, но провозгласила ее инфраструктурой освобождения», - признаёт Махмуд Мамдани, профессор университета Колумбия (Нью-Йорк). Натравливание мусульман на Россию продолжается и по сей день. Полтора года тому назад почти девяностолетний шейх Юсуф Кардави, частый гость одиозного катарского канала «Аль-Джазира», объявил, что главный враг мусульманского и арабского мира — Москва, и на её плечи должна лечь ответственность за жертвы гражданской войны в Сирии. Напомним, что ранее этот вроде бы умеренный исламский мыслитель прославился тем, что оправдывал Гитлера и холокост. Имеющий огромный авторитет в том числе и среди российских мусульман-суннитов (для многих из них каждое его слово — руководство к действию) он может быть причислен к числу вдохновителей волгоградских терактов. Таков длинный и кровавый след использования политического ислама в интересах США.

Россия, в отличие от Америки, никогда не пользовалась, а просто жила и будет жить бок о бок с исламом хотя бы в виду наличия 20 миллионов мусульман, которые являются гражданами РФ. Но это не всё. В ближневосточной прессе сегодня ярко выражено мнение о том, что нынешнее руководство России — чуть ли не единственный политический актор в регионе, чьим принципом является миролюбие и стремление предотвратить масштабную войну одних приверженцев ислама против других. «Эта позиция России неожиданно сделала ее покровителем мусульман. Именно поэтому Иран на саммите ШОС предложил России стать посредником в переговорах с США. Человечество давно нуждалось в силе, которая бы оберегала мир, отказавшись от агрессивной и захватнической логики. Россия стала такой силой», - пишет турецкое издание YeniMesaj[4]. Что интересно, в прессе Ирана образ Путина разворачивается с другой стороны. «Я не дам много времени виновным, и нашим ответом станет изменение карты Ближнего Востока. Это – мое обещание великому российскому народу», - якобы говорит президент России после терактов в Волгограде, подчёркивая, что их заказчики — те же, что и у терактов в Сирии, Ираке и Ливане. Так, по крайней мере, цитирует Владимира Путина иранский государственный канал Al-Alam[5]. Конечно, есть сомнения в том, что цитата точна и вообще основывается на реальном высказывании — сами иранцы не уточняют, при каких обстоятельствах президент РФ эти слова произнёс. Но уже одно то, что ближневосточные СМИ  транслируют высказывание Путина об изменении карты Ближнего Востока, говорит о том, что страны последнего присматривается к каждому движению российского лидера. То, что необъявленная война Ирана и Саудовской Аравии, воплощающих два противоположных полюса политического ислама, уже идёт, ясно хотя бы по событиям в Сирии. Перекройка границ вполне может начаться — но не с подачи Москвы, конечно, а как следствие распада Сирии, всё ещё терзаемой огнём гражданской войны. То, что в этом процессе будет участвовать Турция, просто неизбежно. «Итогом Сирии становится политический коллапс всей мировой западной системы. Авторитет Запада уничтожен — и моральный, и управленческий. Следующим этапом должна стать большая гражданская война в Египте», - такой, тоже не самый оптимистичный прогноз приводит Гейдар Джемаль. Исламский мир находится в состоянии неопределённости и ждёт определённость хотя бы от России. И есть все основания полагать, что Россия никого не подведёт.

 

P.S.

Так как в странах Центральной Азии имеет место широкое недовольство местными политическими элитами, рано или поздно политический ислам займёт здесь более прочные позиции. Обязательно проявит себя и фактор исламской солидарности. Когда община-умма станет первичнее государства для значительной части граждан наших республик, будет уже поздно думать о том, на кого эта умма ориентируется. О формировании ценностных установок следует думать заранее, пока ещё есть надежда на то, что исконный среднеазиатский характер просвещённого ислама, давшего миру Аль-Бируни и Аль-Хорезми и Аль-Фараби, всё-таки проявит себя. Мы должны понимать, что наши недоброжелатели не дремлют. Как утверждает известный российский эксперт Модест Колеров, в скором времени «Госдеп США может заняться формированием «политического ислама» как близкого будущего Центральной Азии»[6].Программа минимум американской стратегии — сделать судьбу Ислама темой политической повестки дня в двусторонних и многосторонних отношениях. Программа максимум — погрузить нас в перманентный хаос.

 

Рустем ИЛЛЯЕВ, политический обозреватель POLIT.KG



[1]    http://www.apn.ru/publications/article29322.htm

[2]    http://www.nr2.ru/asia/478667.html

[3]    http://www.regnum.ru/news/fd-abroad/iran/1365760.html

[4]    http://islam-today.ru/politika/vneshnyaya_politika_rossii__alternativnyj_vzglyad_iz_turcii/

[5]    http://interpolit.ru/blog/putin_poobeshhal_izmenit_kartu_blizhnego_vostoka_v_otvet_na_terakty_v_volgograde/2014-01-07-46

[6]    http://www.stanradar.com/news/full/4069-modest-kolerov-gosdep-ssha-mozhet-sdelat-politicheskij-islam-blizkim-buduschim-srednej-azii.html

Версия для печати   |   Просмотров: 1708   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная