POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Четверг, 24 января 2019
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Можно ли победить терроризм в Кыргызстане?

06.08.2015 20:28 - Polit.kg
Можно ли победить терроризм в Кыргызстане?

Мы вспоминаем о БЕЗОПАСНОСТИ только тогда, когда возникают не мнимые, а реальные угрозы нашей жизни, благополучию, комфортному или не очень существованию, материальному достатку и привычному образу жизни.POLIT.KG четыре года назад проводил конференцию, посвященную проблемам обеспечения безопасности. Тогда, после Апрельской революции и трагических Ошских событий, для Кыргызстане не было темы важнее. Эксперты рассматривали проблемы не только в теоретическом плане, деля их на реальные и мнимые, но говорили о необходимых практических шагах. Нужно сказать, что за четыре года политическая ситуация в стране изменилась кардинально, но жизнь наша не стала менее безопасной. А в свете недавних антитеррористических акций в центре Бишкека кыргызстанцы осознали, что беда может постучаться в каждый дом и в любое время.


POLIT.KG  решил собрать прежний состав экспертов и обсудить те же вопросы безопасности. Не смотря на отпуска и курортный сезон, на наше приглашение откликнулись:

Марат Иманкулов, экс-секретарь Совета безопасности КР; Кайрат Осмоналиев, экс-председатель общественного наблюдательного совета при ГКНБ; Токтогул Какчекеев, политолог; Дмитрий Орлов, ген. директор аналитического центра «Стратегия Восток-Запад»; Сергей Сидоров, корреспондент газеты «Слово Кыргызстана». Ведущий конференции Аркадий Гладилов, главный редактор экспертно-аналитического портала Polit.KG.

Гладилов: Уместно сравнение: мы видим во что превращаются антитеррористические акции на Украине. Слава Богу, что у нас до этого еще не дошло, но то, что недавно произошло в Бишкеке очень сильно взбудоражило горожан. Нанесен большой материальный ущерб, но гораздо больше нанесен ущерб моральный. Вот и хотелось бы в первую очередь поговорить о том, насколько профессионально действовали спецслужбы, насколько гражданское население защищено не только от террористов, но и от издержек при проведении подобных антитеррористических операций.

Иманкулов: Я отставной генерал службы национальной безопасности и непосредственно занимался этими вопросами. Перед отставкой я как раз и был заместителем начальника и руководителем Антитеррористического центра, который, кстати, и был создан по моей инициативе, когда я еще был секретарем Совета безопасности КР.

Так что произошло? Нам говорят, что четыре боевика уничтожено, семь взяты живыми, что боевика готовили террористические акты на площади в момент намаза и на авиабазе в Канте. Откуда такие данные? Нам не сказали, откуда и как получена эта информация. Вообще-то мы никогда не делились с общественность подобной информацией о намерениях боевиков, чтобы не провоцировать на активные действия те группировки, которые находятся пока в состоянии «спячки». Обозначение объектов планируемых атак террористов очень опасно и может вызвать новые атаки уже других группировок.

Другой аспект: а подтвердятся ли эти данные на суде? Насколько я знаю, там мы видим организованную преступную группировку. И то, что двое граждан Казахстана через Кыргызстан собирались попасть в Сирию, еще не говорит о том, что они намеревались здесь совершить террористический акт.

У нас есть закон о противодействии терроризму, там все предусмотрено и проработаны все правовые аспекты. Согласно Положению об Антитеррористическом центре, который мы создали в 2011 году, именно этот центр должен руководить всеми операциями, подобными операциям 16 июля. Он должен координировать действия всех силовых структур, привлечённых к проведению антитеррористической операции. На месте должен соблюдаться особый режим. В плане республиканского масштаба, который мы разрабатывали, расписаны действия не только каждого ведомства, но и всех подразделений этих ведомств. Там есть всё — вплоть до фамилий: кто должен заниматься оцеплением, кто — перекрытием дорог, кто — переговорами с террористами, кто должен находиться в штабе, руководить им, каковы функции каждого члена штаба, кто принимает решение о силовом варианте антитеррористической операции, если переговоры заканчиваются ничем. Судя по кадрам 16 июля, там был полнейший бардак. Кто только там не ходил!

Гладилов: Там и простые граждане не были выведены из зоны операции!

Иманкулов: И я о том же! Зачем тогда нам было создавать АТЦ, обучать всех, проводить десятки обучающих мероприятий, включая командно-штабные учения? Я сам был руководителем одного такого учения — на уровне СНГ — 4 мая 2010 года в Оше. Всё было отработано! Мне кажется, кадровая чехарда, которая имеет место не только в силовых, но и во властных структурах в целом, привела к тому, что многие даже плана, даже положения об АТЦ не читали. Я не хочу никого хаять. Наши ребята, особенно спецназ «Альфа», действительно совершили подвиг — я встречался недавно с получившими ранения, пожал им руки. Хорошо сработали наши оперативные работники, которые выявили логово боевиков — два места. Но есть вопросы. У задержанных есть адвокаты — и они будут задавать эти вопросы нашим властям. Спецслужбы, которые заявили, что готовился теракт, должны будут доказать это на суде. Возникают аналогии с «юппи-гейтом», когда спецслужбы подставили власть и скомпрометировали себя перед обществом. Тогда не оказалось никаких вещественных доказательств — такая же ситуация может повториться и сейчас. Если власть подкинула какую-то информацию, чтобы использовать её в свою пользу, это может дать обратный эффект.

Гладилов: Кайрат, а каков юридический аспект в проведении таких операций? Как регламентировано право на защиту граждан и сотрудников спецслужб?

Осмоналиев: Закон, о котором упомянул Марат Иманкулов, действительно выдержан в соответствии со всеми международными стандартами. Что меня поразило, силовики не смогли внятно ответить на вопрос, почему тела погибших не были выданы родственникам. А ведь в законе есть статья 36, которая конкретно расписывает, что делать с телами. Там написано, что те не выдаются и о месте захоронения не сообщается. Это международная практика во избежание так называемого «мнимого паломничества» к местам захоронения. В том же законе прописано, что никто не имеет права менять руководителя антитеррористической операции во время её проведения.

Иманкулов: Указом президента от 2013 года чётко указано, кто должен назначаться руководителем антитеррористических операций.

Осмоналиев:Также в законе оговаривается, что на время проведения операции могут существенно ограничиваться права граждан на свободу передвижения. Говорится, что граждане могут в принудительном порядке выселяться. Говорится, что журналисты могут быть допущены на место проведения операции только по разрешению руководителя. А 16 июля видео снимали все, кто хотел. Кстати, у силовиков есть право отключать все коммуникации в районе проведения операции без дозволения суда. Все инструкции пошагово расписаны. В том числе и относительно переговорного «моста». Хорошо, что в этот раз обошлось без заложников...

Иманкулов:Но переговорщики всё равно должны были быть! Мы же сейчас не знаем, убеждали ли террористов сдаться вообще.

Орлов:А почему об этом должно говориться? Мы не знаем всей предыстории. Законы пишутся в мирное время, а мы на войне. Единственная претензия к власти у меня — что она не смогла объяснить это народу: мы на войне.

Иманкулов:Нам не объяснили даже то, почему террористов не взяли живыми.

Орлов:Террористов перестали брать живыми сразу после того, как отменили смертную казнь.

Иманкулов:Для спецслужб всегда желательно брать террористов живыми.

Орлов:Так семь человек же всё-таки взяли!

Иманкулов:А ключевые фигуры? Они-то были уничтожены.

Осмоналиев:Есть разные подходы к боробе с терроризмом. Должно быть всё-таки максимальное соблюдение правовых предписаний. Господин Иманкулов говорит о том, что все отработали не совсем профессионально.

Иманкулов: Подчеркну, что имел в виду не специалистов, а конкретно руководство операцией!

Осмоналиев:Возвращаясь к вопросу о военной ситуации, имеет смысл задаться вопросом: а вдруг планов взрыва на площади не было? Конечно, война подступает к нам. Под запретом в КР 17 экстремистских организаций, хотя на самом деле их ещё больше. ОДКБ и ШОС выделяют в своей зоне действия 50 таких организаций. Накаляется ситуация с уйгурами. Узбекистан не скрывает, что ИГИЛ-овцы подтягиваются в северные провинции Афганистана. Разумеется, они будут проходить и через Бадахшан, будут оказываться на севере Таджикистана и у нас, куда уже не раз приходили. То же Исламское движение Узбекистана, которое держало здесь в напряжении целую армию, и в настоящее время насчитывает две тысячи участников, имеет сегодня некий альянс с «Исламским государством». Более 500 из этих двух тысяч — этнические узбеки, которые покинули Кыргызстан после ошских событий 2010 года. Точные цифры ГКНБ — это более 300 граждан КР, участвующих в боевых действиях в Сирии. Уже подтверждены смерти 38 из них — они погибли в этих боях. Ситуация ясна, но я не думаю, что сейчас нужно её нагнетать. Надо просто готовиться. Говорить о войне с терроризмом в случае Кыргызстана пока не надо. В том же Казахстане ситуация намного хуже. К сожалению, никто не может пока оценить потенциал «спящих» ячеек джихадистов.

Орлов:Откуда мы вообще знаем, что может, а что не может ГКНБ?

Сидоров: Я был на спецоперации 16 июля. Перестрелка началась в 17:10, а закончилась только в 20:00. Район был оцеплен только по истечении двух часов. Жертв среди окрестного населения удалось избежать только потому, что дети в доме, который оказался разрушен полностью, выбежали за щенком и в итоге спрятались у соседей. Это первое. Второе. Ни в одном официальном пресс-релизе не сказано, были ли попытки переговоров. Известно, что первыми в особняк ворвались четверо спецназовцев, которые и оказались ранены. Им надо отдать должное, конечно, но меня поражает сектор разрушений. Почему пострадали все пять домов, выходящих дворами к особняку? Можно ведь было оцепить объект жёстче! Третье. Я разговаривал с пострадавшими семьями — и выяснилось, что спецназовцы выгоняли их из домов буквально прикладами. А надо ли было это делать с учётом того, что эвакуацией должна заниматься милиция, а отнюдь не спецслужбы? Четвёртое. Относительно информации о готовящемся теракте... Если «альфовцам» поступила оперативная информация, то времени на раздумье у них не было. Напомню, что одна из операций в тот день проводилась в районе ГЭС-5 в 14:00. Там обошлось всё тихо. А в случае со второй операцией мне лично интересно, как будет преподнесена нужная информация. Ведь на суде всё может рассыпаться! Казахи совершили побег из 37-ой колонии. Их держали там на особом учёте, проверяли пять дней в неделю. Но осуждены они были при этом всего-то за попытку незаконного пересечения границы. А на суде потребуется привести доказательства их планов по подготовке теракта! Наконец, ещё один момент. Что касается нынешнего состояния спецслужб, то ГКНБ представляет собой сегодня уж слишком закрытую контору — и её действия вынуждают граждан заниматься ненужными предположениями, множить домыслы. Я обращаюсь в пресс-службу госкомитета и говорю: дайте хоть какую-то интересную информацию. Разве нельзя позволить что-то такое - в разумных, подчеркну это, рамках?

Гладилов:Многие из присутствующих здесь, включая вашего покорного слугу, - бывшие члены общественного наблюдательного совета при ГКНБ. Мы помним, сколько предложений мы в своё время писали по поводу разумной открытости!

Сидоров:Последнее. 10-ое Главное управление по противодействию экстремизму и предупреждению терроризма прислало мне данные: за 6 месяцев текущего года проведено 280 профилактических мероприятий среди населения. Что это за мероприятия? Разве они помогают?

Осмоналиев: Это просто беседы.

Сидоров:Попробуйте в чём-то убедить верующего — это же бесполезно! Никто — ни МВД, ни ГКНБ — не знает, сколько у нас подпольных ячеек. В ошских махаллях работают «тройки»: староста, участковый и мулла. Они выявляют экстремистов в своей среде. Но есть ли польза от этой работы?

Иманкулов:По данным, которые привёл Кайрат... 10-е Главное управление МВД уверяет, что в Сирии и Ираке гуляет уже более 400 наших граждан. Получается разнобой. Такие цифры не должны разниться у наших ведомств — они должны стекаться к аналитикам АТЦ и унифицироваться. Когда я работал в АТЦ СНГ, то по долгу службы изучал опыт спецслужб других государств. В России половину нагрузки по противодействию экстремизму берёт на себя МВД, у которого есть мощное антитеррористическое отделение и внутренние войска. Но координацией деятельности различных ведомств занимается Национальный Антитеррористический Комитет РФ. В Турции деятельность МВД превалирует. Департамент по борьбе с терроризмом там имеет штат в 8 тысяч сотрудников. У нас в стране, даже если взять всех, кто занимается той же деятельностью в силовых структурах, восемь тысяч не наберёшь. Это я в конце 2010 года предложил открыть в МВД соответствующее отделение. До этого там ни у кого не было такой обязанности, как борьба с терроризмом. Представьте себе, они реагировали разве что на незаконное разбрасывание экстремистских листовок — и то, все составленные протоколы сразу же передавали органам национальной безопасности. Больше ни за что не отвечали. Впрочем, и сейчас, вместо того, чтобы работать координированно, все действуют скорее сами по себе.

Гладилов:А как же Совет обороны?

Иманкулов:Там должны сидеть специалисты, а не НПО-шники. Если ты ни дня в силовых структурах не проработал, как можешь координировать их работу?

Орлов:Вот так сажаем НПО-шников куда попало, а потом не знаем, что делать.

Иманкулов:В любом случае, это не главное. Давайте исходить из угроз, которые существуют для нас сегодня. Если говорить о внешних угрозах, то данных, что какая-то страна мира собирается осуществить агрессию в отношении Кыргызстана, сейчас нет. Значит, в ближайшей перспективе мы от этого застрахованы. Но есть другая внешняя угроза — деятельность международных террористических организаций и международной наркоторговли. Задержанных 16 июля ребят назвали приверженцами «Исламского Государства». Возможно, это чехарда с понятиями. У нас уже порядка двадцати лет функционирует религиозно-экстремистская организация«Хизб-ут-Тахрир».Их главная цель — создание исламского государства типа Халифат. У ИДУ, чьи ячейки тоже имеются в стране, конечная цель та же. ИГИЛ — тот же, кстати, халифат. Разные у всех перечисленных только методы. Кто даст гарантию, что хизб-ут-тахрировцы, разочаровавшись в мирном подходе, не пойдут на радикальный союз со сторонниками агрессивных действий? В конце 90-х существовало всего несколько их ячеек в Ошской области. Сейчас они везде — и в Нарынской, и в Иссык-Кульской областях. В Бишкеке у них вообще имеются среди прочего женское и молодёжное крыло. Местные руководители их ячеек экспортируются в Казахстан и Россию. Последнее нашумевшее видеообращение с призывом присоединиться к «Исламскому Государству» распространялось с территории России выходцем из нашего Токтогульского района. А мы удивляемся, почему столько наших людей ринулось в Сирию! Уже двадцать лет идёт распространение идеалов Халифата! «Хизб-ут-Тахрир» - очень законспирированная организация. Я помню случай, когда в Кара-Кульджинском районе, прямо в районе была раскрыта ячейка, состоявшая из дюжины человек: «мулла» обучал канонам ислама на квартире. Потом все эти двенадцать человек ушли в Таджикистан и присоединились к бандформированиям Намангани, а потом ещё и участвовали в боевых столкновениях в Баткенской области.

Гладилов:Почему же у нас в регионе такая слабая координация стран в борьбе с экстремизмом? Почему часто мы получаем от соседей не содействие, а изоляцию с перекрытием границ?

Иманкулов: Наши соседи боятся, как бы наш бардак не перекинулся на их территорию. Но так проблемы не решить. Не решить её и только силовыми методами. Идеологию нельзя «закрыть» силой. Идеологии надо противопоставить идеологию. Я сейчас езжу по школам и спрашиваю учеников и учителей: «что такое «джихад»? Все как один отвечают: «объявление войны против неверующих, кафиров». При этом ислам как таковой не призывает к убийству. Под джихадом подразумеваются в исламе два понятия: 1) «большой джихад» - борьба человека с собственными недостатками, собственным невежеством, 2) «малый джихад» - борьба с оружием в руках против агрессора, убивающего твоих единоверцев. То же и с понятием «шахид». Стать шахидом — это не накинуть на себя взрывчатку и пойти взрывать людей, это значит героически погибнуть за Отечество.

Гладилов: На последнем саммите ШОС Ислам Каримов как раз говорил, что победить терроризм невозможно только силовыми методами. Боюсь, что его не все услышали.

Иманкулов:Да, ему правильно подсказали. Наши власти, между прочим, тоже не сидят сложа руки. Весной на Совете обороны была принята, например, Концепция религиозной политики. Но она остаётся, к сожалению, на бумаге. Написали — и в стол. А ведь надо заниматься с молодёжью. Надо с молодёжью работать, с их незнанием. То, что они «плавают» в понятиях, - это не их вина, а их беда. Обвинить преподавателей тоже невозможно: никто не снабжает их нужными материалами. Вчера говорил с имамами сельских мечетей. Спросил: «Вы почему сидите, закрывшись в мечети? Вам что, безразлично будущее наших детей? Откуда такое безразличие?» А они сидят, головы опустив. Почему бы не создавать, как в 20-х годах прошлого века, группы по ликвидации безграмотности? Есть опытные, мудрые люди, учёные и практики, - им всем надо действовать. Посмотрите, кто сейчас в кумирах у молодёжи? Лидеры организованных преступных группировок и террористических организаций. Это потому что бардак в головах. При этом — большой интерес к религии. Экстремисты этим и пользуются. Вы, наверное, помните «Жайшуль Махди». Их лидер был наркоманом, которого за совершение преступления посадили в колонию в Джалал-Абаде. Там его обработали «хизб-ут-тахрировцы». Вышел непьющим, некурящим, зато экстремистски настроенным. Он взял молодых людей, которые ходили в мечети. И эти ребята пошли совершать теракты. Так что пока само общество не научится давать отпор, мы ничего не сделаем. В силовых структурах ещё остаются прекрасные профессионалы, аналитики и оперативники. Но кадровая чехарда сказывается не лучшим образом: все, кто занял руководящую должность по знакомству, по блату, в случае чего прижмут хвосты и устранятся. Самые опытные при этом либо работают сейчас на бизнес, либо, как я, сидят с внуками. Мы, специалисты, понимаем, что в непосредственном контакте с террористическими организациями находятся представители спецслужб некоторых стран. Если этим странам будет выгодно, то они смогут использовать террористов для организации взрыва у нас в стране или в регионе. Это не какие-то фантазии, это реальные угрозы. Об этом кто-нибудь думает?

Гладилов:Хотел бы спросить у ветерана наших внутренних войск, Токтогула Какчекеева, не в безвыходной ли ситуации мы все оказались? Что мешает наладить в Кыргызстане эффективную систему противодействия терроризму?

Какчекеев:Как офицер внутренних войск я знаю, что такое войсковые чекистские операции. Концепция ВЧО была разработана ещё при ВЧК во время ликвидации басмачества. Руководили такими операциями всегда оперативные подразделения органов госбезопасности и милиции. После сверки информации в рамках проведения ВЧО принимается решение о ликвидации либо задержании главарей. В Чечне 90-х годов XX века чекистские войсковые операции перешли в ведение тактических оперативных центров, сотрудничающих с ФСБ, ГРУ. Главное — Управление внутренних войск. Оружие в этих операциях — только дополнение. В основном идёт война умов. У кого потенциал оперативного мышления выше, тот и одерживает верх. Сегодня исламисты очень эффективно научились использовать миграционные потоки. География религиозного экстремизма растёт. Что можем сделать мы? Любая идея зиждется на экономическом базисе. Если конфисковывать имущество у экстремистов и их родственников с выводом их из гражданства, круг экстремистов сузится.Операция, проведённая 16 июля, - презентация нашей реакции на явление с точки зрения принятия экстренных мер. Может быть, у силовиков просто не было времени заниматься оповещением. Когда всё горит кругом, некогда рассуждать. Нам в жандармском корпусе внутренних войск всегда говорили: «Лучший бандит — это мёртвый бандит. Лучший вариант — пуля между глаз».

Гладилов:Но ведь люди могут ошибаться, могут быть втянуты в экстремистские сети помимо своей воли. Кто-то попадает туда по глупости, по молодости. И всё-таки это люди. Первый шаг — переговоры. На Кавказе до сих пор используют самые разные пути воздействия — например, через родственников как-то влиять пытаются...

Какчекеев:Переговоры — это очень тонкая сфера. Я сам в числе пятнадцати офицеров со всего Советского Союза учился в Институте мозга им. Бехтерева и знаю, что когда человек на прицеле, убедить его в чём-то крайне трудно. Если же говорить о бишкекской спецоперации, то это был вполне себе масштабный средний бой.

Иманкулов: Это при том, что отстреливались с их стороны всего два автоматчика, что засели на крыше.

Сидоров: У них ещё гранатомёты были.

Какчекеев:Правильно, они имели выучку, умели пользоваться оружием. У них был ещё и целый мешок гранат Ф-1. Положение о Генеральном штабе вооружённых сил КР гласит, что все подобные операции должны проводиться с ведома Генштаба. Так должно быть. Мы вспомнили о переговорах, но давайте не забывать, что подготовка «альфовцев» - это в первую очередь огневая подготовка. Их готовят к борьбе против диверсантов. Кроме того должны были использоваться служебные собаки...

Сидоров: Были.

Какчекеев:Второе - бронетехника.

Сидоров:Её было бы невозможно использовать. А так — в стороне стояла БРДМ.

Какчекеев:Третье — очень плотное снайперское сопровождение. Представьте себе, что там было. Спасибо Всевышнему, что не погибли гражданские. Городские власти вообще были не в курсе, что происходит. Даже милиция не с самого начала узнала, кто там стреляет. То же самое — начальник гарнизона: идёт такая драка — гарнизон спит. Это же не дело! Нас учили, что возмещение ущерба, нанесённого мирным жителям, осуществляется местными государственными органами и в кратчайшие сроки. Жители эвакуируются в общежитие либо медицинское учреждение для психологического восстановления, а также полного медицинского осмотра. При чём здесь президент, который выделил пять миллионов? Есть ведь мэрия. Каждый должен заниматься своим делом.

Сидоров: Как вы считаете, оправдала ли себя практика создания Генерального штаба и подчинения ему всех силовых структур?

Какчекеев: По факту Министерство обороны ему не подчинено. Все важные функции — обучение, призыв, мобилизация — остались за Минобороны. Это двоевластие.

Осмоналиев:Генштаб активизируется в особых ситуациях.

Какчекеев:А по закону это центральный орган военного управления и оперативного управления вооружёнными силами и другими воинскими формированиями КР.

Осмоналиев:Если завтра повторятся Баткенские события, то Генштаб вряд ли сможет взять командование на себя. Он до сих пор не решил вопрос с подчинением мобилизационных ресурсов. Министр обороны до сих пор подчиняется Генштабу лишь потому, что таково желание президента.

Иманкулов:А он, между прочим, обязан подчиняться, так как выдвигается на свой пост по представлению начальника Генерального штаба.

Осмоналиев:Да, один раз его представляют, а дальше Минобороны действует как государство в государстве.

Иманкулов:Так и есть. Теперь другой момент. Для оперативника важен доступ к оперативной информации. Если мы уничтожаем самых осведомлённых членов террористической организации, то как сможем проникнуть в планы террористов? Грош нам цена, если мы считаем за идеал всех перестрелять.

Орлов:Терроризм от всего прочего отличает непредсказуемость места, времени и результата.

Иманкулов:Государство для того и держит дорогостоящие структуры, чтобы всё это учитывать. Между прочим, мэрия тоже не должна оставаться в стороне от спецопераций. Заместитель мэра — заместитель руководителя штаба по проведению антитеррористической операции. Так должно быть. Почему этого не было? Внезапность — это не аргумент. Штаб можно было собрать за пятнадцать минут.

Орлов:За эти пятнадцать минут террористы могли столько трупов наворотить!

Иманкулов:Да никто не собирался стрелять.

Сидоров:Чиновники, кстати, были на месте, но появились уже после того, как стрельба началась.

Иманкулов:Я говорю о том, что принцип законности надо вбивать в головы на всех уровнях власти.

Гладилов:Не считаете ли вы, что отбор в органы национальной безопасности должен быть особенно строгим в этой связи?

Иманкулов:А знаете, почему я подал в отставку в своё время? В знак протеста. Тогдашний главнокомандующий Р. Отунбаева не контролировала ситуацию. Органы госбезопасности превратились просто в какой-то проходной двор.На ключевые должности назначались сотрудники милиции, которые по каким-то дискредитирующим причинам (в основном за связь с криминалом) были уволены со своих постов в МВД. Возможности ключевого управления в ГКНБ начали использоваться просто для того, чтобы прослушивать кого угодно. Сама Отунбаева была жертвой прослушки. Такая бесконтрольность — угроза всему обществу. Впоследствии руководство страны убедилось, что шло использование незаконных методов.

Какчекеев: Да, сегодня такого качества работы, как в Советском Союзе, уже не будет.

Ианкулов: Я всё-таки считаю, что его можно восстановить. Имею в виду КАЧЕСТВО работы.

(Продолжение следует)

(Во второй части конференции эксперты сконцентрировались на внутренних проблемах безопасности, которые в отличие от внешних угроз, возникают в Кыргызстане не силу происков международных террористических организаций, а собственной расхлябанности, непрофессионализма и коррупции.)


В подготовке конференции принимала участие консалтинговая компания «Политика и бизнес».

Версия для печати   |   Просмотров: 1455   |   Все статьи

Мы и мир

Опрос



Главная