POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Вторник, 13 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Кыргызстану стоит поучиться у Грузии борьбе с коррупцией. А Грузии у Кыргызстана – организации здравоохранения

09.04.2012 20:13 - Polit.kg
Кыргызстану стоит поучиться у Грузии борьбе с коррупцией. А Грузии у Кыргызстана – организации здравоохранения

6 апреля -  в день, когда в Кыргызстане по грузинскому примеру  отменили технический осмотр частного транспорта[1], -  в Институте общественной политики с публичной лекцией выступил профессор факультета социологии Тбилисского государственного университета, председатель Кавказского института мира, демократии и развития Гия Нодия. Своей миссией он – как и многие лекторы до него – сделал рассказ о том, как в Грузии шла и идёт борьба с коррупцией.

Грузия – пример  серьёзного перелома в борьбе с коррупцией. Для грузинской власти, которая пришла после Революции роз, победа над коррупцией – главная визитная карточка. Приведу цифры, которые скажут нам, в чём заключается успех Грузии. Согласно данным TransparencyInternational, в 2002 году Грузия считалась одной из самых коррумпированных стран мира и занимала 124-ое место и 133 стран. Данные за 2011 год – 64-ое место из 183 стран. Это достаточно большой скачок. Недавно Всемирный банк опубликовал большое исследование, в котором сообщается, что если взять другие постсоветские страны, Грузия находится просто в другом измерении. Ситуация там также значительно лучше, чем в посткоммунистических странах Восточной Европы, ставших членами Европейского Союза. На практике это означает, что если раньше коррупция была нормой отношений между гражданами и государством, нынче она сведена до минимума: буквально 1-2% опрашиваемых свидетельствуют, что в последний год сталкивались с коррупцией. В любом случае, уже трудно говорить о том, что элитная коррупция имеет в стране серьёзный характер. Можно ли сказать, как заявляют наши политики, что Грузия преодолела коррупцию? Нет, это было бы большим преувеличением. Корни коррупции – в природе человека, который не всегда может устоять перед различными соблазнами, когда находится во власти. Никогда нельзя сказать, что коррупции можно свернуть голову – и вот её уже нет: она всегда может возвратиться. Качественный скачок заключается в том, что если раньше на пирамиде коррупции было основано функционирование государственных институтов и чиновники работали не за зарплату, а за возможность иметь доход от коррупции, то сейчас такое явление – исключение из правил. Это означает, что Грузия стала современным государством, которое способно обслуживать своих граждан. Раньше и у нас бытовало мнение, что коррупция – это часть нашей культуры: может быть, немцы и норвежцы другие, но как без коррупции у нас? Так что мы – в том числе и самые прогрессивные люди - тоже пережили синдром «неизбежности коррупции». Но в будущем кому-то будет трудно говорить, что коррупция в Грузии неизбежна, потому что уже есть эпизод жизни без неё. Восемь лет, которые прошли после Революции Роз – это не так уж мало: за это время все могли убедиться, что борьба с коррупцией в Грузии – это не единовременная акция, с помощью которой вчерашние революционеры хотят утвердиться.

Есть несколько компонентов успеха: политическая воля, конкретные подходы, упорство и последовательность, работа с общественным мнением. Что касается общественного фона до начала борьбы с коррупцией, то тут можно сказать, что начиная со второй половины 90-х годов тема борьбы с коррупцией стала доминирующим дискурсом. Вообще, базовая стабильность в Грузии 90-х годов была достигнута допущением противников руководства республики к сферам, в которых можно было неплохо обогащаться. Поэтому все осознавали, что коррупция – это одна из главных проблем нашего общества. В 2000 году президент Шеварднадзе собрал комиссию по разработке антикоррупционной стратегии. Отношение общества к этой стратегии было скептическим, что во многом оправдано, так как политической воли у руководства тогда не было. Тем не менее, уже в тот момент были проработаны определённые идеи – особенно у той части правительства, которую называли «реформаторской» и которая, в итоге, пришла к власти после революции. Основным лозунгом этой оппозиции был «Грузия без коррупции!» Это не была революции против тирании – Шеварднадзе тираном никто не считал. Если брать более глубокий пласт, то протест был направлен против коррумпированной системы. Лидеры протестного движения открыто противостояли старой элите. К ним присоединилась большая часть представителей неправительственного сектора и грузины с Запада. Это была достаточно консолидированная группа, для которой борьба с коррупцией стала частью собственной идентичности. Концентрация сил и властных полномочий помогла этим людям достичь своей цели: был усилен институт президента и исполнительная власть в целом. В первую очередь, пришедшие к власти люди отказались от принципа постепенности и создания каких-то долгосрочных стратегий: акцент был поставлен на достижение быстрых результатов и гибкость: «не получилось слева – бьём справа»! В странах, где коррупция стала частью политической системы, борьба с коррупцией – это вопрос о том, кто вообще контролирует государство. При Шеварднадзе политически значимым фактором была организованная преступность, игравшая главенствующую роль во многих сферах.  Поэтому борьба за монополию власти велась, в первую очередь, с криминалом. Конечно, одновременно всё решить было невозможно – и была поставлена цель в корне изменить ситуацию в полиции. Вначале была отменена дорожная полиция  - 16 тысяч человек были выброшены на улицу.

Кадровая революция заключалась в том, что была значительно поднята заработная плата в государственном секторе. Конечно, одно это не могло решить проблему – даже подняв зарплату в десять раз, можно было получить лишь ещё большую коррупцию. Поэтому была организована быстрая замена старых кадров на новые. К тому же, произошло значительное сокращение бюрократических процедур – то есть чиновничьих соблазнов. Если раньше государство выдавало 909 лицензий, то стало выдавать 307. Чем меньше государство вмешивается в жизнь бизнеса и граждан, тем меньше поводов для коррупции. Немалую роль сыграло также изменение в инфраструктуре государственных учреждений: символически прозрачные строения дали повод тем, кто ходит в них работать, думать, что они работают на современное государство. Появляется корпоративная гордость, которая очень важна. Большое внимание уделяется, кроме того, применению современных технологий – в первую очередь, компьютерных. Тендеры у нас проходят в режиме он-лайн. То же самое касается и деятельности таможенной и налоговой служб.

На пути борьбы с коррупцией было применено много нестандартных шагов, которые вы не найдёте ни в рекомендациях ни одной международной организации. Эти меры проистекали из реальной ситуации в стране. Приведу пример. Когда пришло новое правительство, министр у нас получал 100 долларов в месяц. Как нормальный человек пойдёт на такую должность? Но так как вначале денег на радикальное поднятие заработной платы в государственной казне не было, был создан фонд, где собирались деньги от различных доноров: Сороса, ПРООН. Поступление средств шло не всегда прозрачно, поэтому с источниками много неясностей. Всё это было сделано уже через месяц после революции. В результате, одним из первых решений новой власти стало поднятие заработной платы для министров примерно до 2000 $. Таким образом получилось привлечь на высокие посты людей, которые не станут воровать.

Реформы в налоговой и таможенной системе дали успех ещё быстрее, чем ожидало правительство. Когда повысилась собираемость налогов, необходимость в фонде отпала.

Был создан институт процессуальных соглашений: это американская практика, в соответствии с которой прокурор может заключать соглашения с подозреваемым, что может означать свободу за выплату определённой суммы денег – в случае предоставления ценной информации о соучастниках. Такой институт оказался очень эффективным. Ещё одним способом пополнения казны стали аресты крупных коррупционеров, которых выпускали взамен на внесение в казну, скажем, десяти миллионов долларов. Был принята норма, которая гласила, что если ты – вор в законе, то есть противопоставляешь себя обществу, то это уже само по себе преступление. А так как самим ворам в законе зазорно отказываться от своей принадлежности к этому классу криминалитета, все они оказались либо в тюрьме, либо в Австрии, либо в России. 

Небольшой эпизод – это технический осмотр транспортных средств. У нас это была чистая коррупция. Можно было, конечно, постараться избавить этот механизм от коррупции. Но было решено, что одновременно на всех фронтах бороться с коррупцией бесполезно, и техосмотр просто отменили. 

Фронтальная атака – уволить всех сотрудников и набрать новых – это хорошо, но недостаточно. Чтобы граждане смогли доверять обновлённому институту, нужно постоянно следить за состоянием внутри него. Борьба с коррупцией – это ментальная революция:  именно такое словосочетание употребил по отношению к Грузии журнал TheEconomist. Сегодня, даже если арестовывают простого инспектора лесного хозяйства, это обязательно показывают по телевидению. Демонстрация борьбы с коррупцией нужна для того, чтобы граждане продолжали верить, что всё это серьёзно и упрочнялась уверенность в том, что отношения граждан и государства меняются.

Международные организации считают, что главным гарантом эффективной борьбы с коррупцией в Грузии было не само правительство, а те ведомства и люди, которые его контролируют: парламент, Омбудсмен, Контрольная палата, НПО. Но в нашем случае инициатива шла сверху.

Одним из самых чистых и авторитетных учреждений в стране сейчас стала полиция. Исследование Всемирного банка гласит, что только в Финляндии полиция сейчас лучше, чем в Грузии. В Германии и Франции – уже похуже. Честно говоря, я не очень этому верю, но тем не менее… Радикально уменьшилось количество сотрудников полиции: с 33 до 27 тысяч. При этом резко возросла эффективности её работы: преступность уменьшилась вполовину, а конкретно вооружённые нападения – вообще на 80%. Я уже говорил о том, как были уволены сотрудники дорожной полиции. Сейчас вы узнаете, что за этим последовало. Была создана так называемая патрульная полиция. Была сшита новая красивая форма, закуплены новые «фольксвагены», произведено обучение. Визуально получилось нечто совершенно другое. С самого начала им назначили зарплату в десять раз выше, чем у их предшественников – и далее она только увеличивалась. При этом не прекращается кадровая ротация, потому что многие люди не выдерживают напряжённой работы. Многое было сделано, чтобы образ полиции изменился. Новых сотрудников специально тренировали для того, чтобы они показывали себя не только наказывающей, но и помогающей силой. Скажем, если ты выпил, можешь попросить полицейского – и он тебя отвезёт куда нужно. Если испортилась машина – полицейский может подъехать и помочь. Все подобные меры были задуманы, чтобы принципиально изменить представление об этом государственном институте. 

Были области, в которых успеха власти добивались с большим трудом. Чтобы кардинально  реформировать таможню, ушло целых семь лет. Там работа шла через скрытые камеры и подсылание со «взятками» специальных сотрудников. Постепенно увеличивались зарплаты и менялись кадры. В итоге, сменилось аж 80%  сорудников. На пятом году реформы, когда я возвращался из своей поездки в Турцию, увидел надпись: «Грузинским таможенникам давать взятки нельзя. Если дадите – понесёте уголовную ответственность сами». Действительно, было посажено много турок, армян, азербайджанцев, что, хоть и вызвало некие дипломатические проблемы, создало грузинской таможне хорошую репутацию на международном уровне. Для самих таможенников в то же самое время был введён принцип коллективной ответственности: допустил коррупцию – наказывается вся смена. Можно спорить, правильно это или неправильно, но свою роль сыграло. Были упрощены правила импорта-экспорта, созданы т.н. «белые списки» налогоплательщиков с хорошей репутацией, которых особо не проверяют. Контакт между бизнесменом и таможенником всячески минимизируется. При этом доходы таможни выросли с 202 млн. долларов в 2003-ем году до 908 млн. в 2010-ом.

Не политкорректно подчёркивать, что успехи в борьбе с коррупцией были бы невозможны без концентрации власти в руках тех людей, которые связали с этой борьбой свою политическую судьбу. Тем не менее, именно это вызывает сегодня опасность авторитаризма. Жёсткий контроль уменьшает автономность организаций и ведомств. Чиновники становятся пугливыми и вообще боятся предпринимать какие-то шаги, опасаясь, что их обвинят в коррупции. Даже университеты – в связи с введением общенационального экзамена – лишились сегодня возможности принимать студентов самостоятельно. Обострилась проблема политического плюрализма. Поэтому часто нестандартные методы в борьбе с коррупцией вызывают сегодня серьёзную критику. Тем не менее, пока успех в этой борьбе зависит от политической воли лиц, в руках которых сегодня сконцентрирована власть, мы не можем быть уверены, что новые люди в политике обеспечат устойчивость этих достижений.

Опыт, который не следует перенимать

P.S. Тем временем, представительство Всемирного банка в КР предостерегает киргизский кабинет министров от слепого следования грузинским образцам – на этот раз конкретно в области здравоохранения. В открытом письме главы офиса Всемирного банка Александра Кремера премьер-министру КР Омурбеку Бабанову  противопоставляется удачная организация медицинского страхования через ФОМС (Фонд обязательного медицинского страхования) в Кыргызстане и не очень удачная организация - через МПС (Медицинскую программу страхования) в Грузии. Суть грузинской МПС, поясняет автор письма, состоит в передаче соответствующих функций частным страховым компаниям. Это провоцирует «конфликт между задачами системы здравоохранения, финансируемой из государственных средств, и использованием страховщиков, которые мотивированы получением прибыли». Как сообщается в официальном документе, «внедрение грузинской модели финансирования здравоохранения в Кыргызстане приведёт к риску снижения доступности детей, беременных женщин и пожилых к медицинской помощи». «Такая система будет неэффективна, так как значительная доля средств, направляемая в настоящее время на медицинскую помощь, будет перенаправлена на административные расходы и прибыль страховых компаний», - гласит текст письма. Там же говорится о характерных чертах грузинской системы здравоохранения на современном этапе: низкий уровень охвата населения медицинским страхованием (всего 30%), низкая финансовая защищённость (выплаты из кармана пациента – 75% от общих расходов системы), барьеры в доступности к медицинской помощи и низкий уровень использования медицинских услуг (в виду высокой стоимости последних некоторая часть населения не может обратиться за медицинской помощью даже в критическом состоянии), высокие административные расходы страховых компаний (40-50% от общих государственных расходов здравоохранения идут в карман страховщикам). В общем, если развал здравоохранения всё-таки состоится, все мы будем уверены, что предупреждения достигли правительственных мужей и действовали они на страх и риск – не свой, разумеется.

POLIT.KG



[1]http://www.news-asia.ru/view/ks/avto/2766

Версия для печати   |   Просмотров: 2707   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная