POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Вторник, 13 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Александр Князев: Россия не состоится как держава в XXI веке, если будет окружена западными базами в Центральной Азии, а «мягкое подбрюшье» переместится в Поволжье и Приуралье.

04.03.2013 15:14 - Polit.kg
Александр Князев: Россия не состоится как держава в XXI веке, если будет окружена западными базами в Центральной Азии, а «мягкое подбрюшье» переместится в Поволжье и Приуралье.

Россия намерена обеспечить безопасность Центральной Азии и не допустить дестабилизации обстановки. Об этом говорится в новой Концепции внешней политики России. Инструментом для противодействия вызовам и угрозам станет Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), которая по замыслу властей РФ должна трансформироваться в универсальную международную организацию.

Однако уже сейчас в регионе ведется работа частью экспертного сообщества и некоторыми политиками, которые отрицают наличие угроз со стороны террористических и экстремистских групп, базирующихся в Афганистане. Признание угрозы называют стереотипом, мешающим осмыслить реальность в регионе после вывода войск западной коалиции в 2014 году. Объясняют это тем, что значительное количество войск остается в Афганистане, и способностью кабульского режима жестче контролировать ситуацию, чем принято считать. Также некоторые эксперты убеждают, что экспорта терроризма не предвидится, а в большей мере существует угроза сохранения контроля центрального правительства в Кабуле над северными территориями. К тому же внутренние проблемы с терроризмом и экстремизмом, как показали Казахстан и Таджикистан, куда важнее, чем вторжение талибов из Афганистана.

Другими словами, никаких намерений дестабилизации Центральной Азии ни у одного из крупных субъектов мировой политики нет. И прежде всего по причине потери Афганистаном своего политического веса в американской политике. По мнению западноориентированных киргизских политиков и обслуживающих их экспертов, на смену прежнему американскому концепту «Большой Центральной Азии» придет формирование сложной системы двусторонних отношений, в которой интересы России и Китая все больше будут приходить в столкновение. И потому Киргизии необходимо пересмотреть свое отношение к участию в ОДКБ. Утверждается, что безопасность страны обеспечивалась за период независимости любыми другими субъектами, только не ОДКБ. Подчеркивается, что скорее можно говорить о позитивной роли НАТО. ОДКБ и Россия «держатся» только на хорошем отношении киргизского населения к России, но не более. В противном случае в Киргизии уже давно оценили бы позитивную роль Китая в вопросе поддержания стабильности и безопасности страны. Однако в общественном мнении господствуют пока традиционные опасения по отношению к большому соседу.

Весь постсоветский период Киргизия выступала только как территория для реализации чужих проектов, и собственное понимание угроз и рисков в киргизстанском политическом истеблишменте просто отсутствует. При этом успешно работает, например, западный проект воздействия на общественное мнение – радио «Азаттык» (киргизская редакция радио «Свобода»), и газеты и интернет-ресурсы на киргизском языке становятся главными источниками информации для киргизоязычной – а это подавляющее большинство – аудитории республики.

Задачи прозападного проекта лежат в плоскости снижения политического и репутационного веса России и, наоборот, формирования стереотипов позитивного отношения к западным моделям помощи. При этом надо учитывать проектную эффективность международных структур, которые де-факто созидательных задач перед собой не ставят, лишь удерживая социальную систему от дальнейшего распада. Россия же не сможет реализовать здесь свои интересы и цели при отсутствии адекватного встречного движения. В этой ситуации необходимо осознание национальных целей киргизской правящей элитой, согласование их с Москвой, и только на этой основе Киргизия, как и другие страны Центральной Азии, и Россия смогут уверенно двигаться вместе.

Пока опасность только нарастает, а концепт ОДКБ о «внешней угрозе» не позволяет вовремя идентифицировать эту угрозу в современных формах распада «внутренних» структур национальной жизни. В самое последнее время у экспертов формируется устойчивое ощущение подготовки очередного этапа конфликтной ситуации событий на юге Киргизии, об этом, в частности, говорилось на недавнем экспертном закрытом круглом столе в Бишкеке. В нагнетании межэтнической и общей социально-политической напряженности в южной Киргизии участвует множество международных организаций, формально занимающихся миростроительством по итогам межэтнического конфликта в июне 2010 года. И с точки зрения обычных представлений и подходов со стороны ОДКБ определить, в чем здесь состоит внешняя угроза, не получится.

Участники бишкекского экспертного совещания решительно не согласились с тезисом о снижении роли Афганистана в современном политическом процессе в Центральной Азии. Более того, влияние афганских событий на ситуацию в Центральной Азии возросло и будет возрастать дальше. А терроризм является постоянной угрозой, так как стал бизнесом: в Пакистане происходит до 3,5 тыс. терактов в год, и не учитывать это давление с юга могут только специально ориентированные не на объективные потребности безопасности региона эксперты.

В отношении Афганистана и Центральной Азии существует как минимум два сценария, реализация которых может происходить и синхронно. Первый – это фрагментация Афганистана по этническому признаку. Его результатом может стать только дальнейшее разделение страны, новое качество афганской войны и, как следствие, усиление терроризма и иных угроз дестабилизации политических режимов в Центральной Азии.

Афганистан играет особую роль в системе международных отношений на пространстве Центральной и Южной Азии. Эта страна – своеобразный «опорный камень» всей архитектуры безопасности. Исторически сложилось так, что афганские племена играли самую существенную роль в формировании государственности всех сопредельных и вообще соседних стран, особенно начиная примерно с XVIII века. Поэтому любой, кто желает успеха и процветания странам Центральной и Южной Азии, несомненно, будет выступать за единый, стабильный, развивающийся Афганистан. А вот опора на этничность и раздел страны – есть показатель других, подлинных целей, заключающихся в продолжении распада государств региона и экспорте нестабильности в Центральную Азию. В этом плане обращает на себя внимание поддержка западными структурами политической активности афганских белуджей, составляющих едва 300 тыс. населения на юге страны. Или, к примеру, информационное воздействие на афганских же хазарейцев, при котором формируются идеи откровенного сепаратизма, начинается поддержка политических претензий афганских туркмен. А проект таджикского государства на севере страны состояться без столкновения вообще не может, так как там есть и районы компактного проживания пуштунов. Вопрос объективно стоит так: либо единый Афганистан, либо растущая интенсивность непрекращающейся войны. С этой точки зрения хаотизация севера страны – это понятный проект, вполне очевидно и четко связанный с государственными интересами участников международной коалиции в Афганистане.

«Талибы» – это давно условное название, там нет единства, при этом основой деятельности той или иной группировки являются исключительно намерения тех или иных кураторов этой группировки. Например, события лета 2012 года привели к тому, что памирские командиры, которые «держали» границу, исчезли, и теперь никто не может контролировать ситуацию на афганско-таджикской границе в ее восточной части. Понятно, что был реализован проект. Иначе зачем с 2012 года в Файзабаде (афганский Бадахшан) работает стационарная британская резидентура? Учитывая влияние на местных исмаилитов их «живого бога» Ага-хана IV, по совместительству являющегося одним из классических олигархов британского финансово-олигархического и политического класса, только не для того, чтобы заниматься «теряющим» свое значение Афганистаном. Анализ планов НАТО и США по так называемому выводу войск заставляет задуматься и над таким вопросом: а зачем военные грузы и оружие предполагают везти самым трудным и кружным путем через Памир? Ответ напрашивается сам собой: чтобы размещать его, по договоренности с правительствами Таджикистана и Киргизии, по точкам, прямо совпадающим с геостратегическими направлениями на Китай.

В этом контексте реализуется второй сценарий: создание в Центральной Азии военных объектов – пунктов связи, учебных антитеррористических центров и т.п., что де-факто является формированием инфраструктуры, позволяющей реализовать некоторые положения военной доктрины США, а именно: сокращение количества военнослужащих за рубежом при одновременном увеличении возможных точек приема, обслуживания военных в случае необходимости. Возникает сеть военных объектов многофункционального назначения, направленных против России, Китая, Ирана, включая, например, настойчивое стремление Пентагона к созданию военно-морской базы в казахстанском Актау.

И вот здесь для достижения согласия в странах Центральной Азии с размещением этих военных пунктов работают проекты давления на общественное мнение, создания известного напряжения в странах, ослабления функциональных управленческих структур.

Во многом внешние проекты рассчитывают на успех там, где вместо национальной элиты, вырабатывающей цели страны и траектории движения к ним, сформирован только правящий класс, у которого сила – исключительно в деньгах. В этом плане в Казахстане к настоящему времени создалось довольно сложное и трудное положение: опорой действующей власти в случае возрастания нестабильности остаются только южные элитные кланы, другие же потенциально уходят в оппозицию центру, при этом не решена проблема передачи власти.

А ОДКБ в это время, к сожалению, тонет в согласованиях, как единая организация не срабатывает и запаздывает. Поэтому она либо умрет, либо будет вынуждена обрести эффективность, но как подлинный договор стран, а не бутафория. Внешне, особенно с быстрой реализацией двух сценариев Запада, фактическое бездействие ОДКБ выглядит упущением, правда зависящим не непосредственно от руководства данной структуры, а от принятого медлительного способа принятия решений. Начинать надо с того, чтобы люди в Центральной Азии почувствовали уверенность в ОДКБ по всем направлениям ее зоны ответственности.

Нужно менять механизмы принятия решений в ОДКБ, выделить оперативный уровень и действовать на опережение в соответствии со стратегическими планами организации в целом. И никакого нарушения национальных интересов здесь нет, а только их защита. В этом плане возможен пересмотр полномочий общеблоковых органов управления.

В связи с быстрым формированием западных лоббистов в центральноазиатских Белых домах ОДКБ нужно создавать институт полномочных представителей стран в структурах Договора, причем представителей национальной элиты в вышеизложенном смысле слова. Один из самых важных вопросов – борьба с религиозным экстремизмом, где надо выработать единый подход ОДКБ. В Договоре интересы безопасности должны доминировать над экономическими интересами. Сами по себе военные базы России – еще не есть ОДКБ. Нужна системная работа договора в разных сферах. Россия не состоится как держава в XXI веке, если будет окружена западными базами в Центральной Азии, а «мягкое подбрюшье» переместится в Поволжье и Приуралье.   

Александр Князев

 

Версия для печати   |   Просмотров: 1663   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная