POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Вторник, 22 января 2019
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Как в Кыргызстане продают памятники истории и культуры

21.07.2012 13:58 - Polit.kg
Как в Кыргызстане продают памятники истории и культурыМы вновь затрагиваем тему заброшенного дома первого старосты города Пишпека  Ильи Терентьева. «Покопавшись» в архивах я поразилась тому, сколько перенес этот многострадальный, будто заколдованный домик. Попыток воскресить парк было, по моим подсчетам, около девяти. Разными, не связанными друг с другом организациями. Увы, но сегодня этот дом - просто ветхая деревянная коробка. И при этом это памятник истории. Сей статус присвоен в 1991 году решением Фрунзенского горисполкома.

 

Сегодня заслуги этого человека перед столицей уже мало кто помнит. А ведь именно при Илье Федотовиче стали выравнивать улицы Пишпека, это он “родитель” Карагачевой рощи, Дубового парка и современного бульвара Эркиндик. На этот раз POLIT.KGвыяснило, почему теперь, спустя сто с лишним лет, нам никак не удается реабилитироваться перед заботливым предком.

 

Охрана исторических памятников – государственная задача

Начальник отдела научно-технического обеспечения и регистрации памятников «Бишкекглавархитектуры» (БГА) Яков СергеевичМазманов:

- Сейчас на территории парка имени Кычана Джакыпова, где и находится усадьба, о которой идет  речь,  находится еще один дом, который незаконно приватизирован. В нем живут люди. Условия там, конечно, нежилые.  Поскольку дом Терентьева - это памятник, нужно организовать такой подход, чтобы не зацикливаться только на этом доме, а решить весь этот комплекс. То есть, нужно задать сценарий жизни. Насытить его такой функцией, чтоб обеспечить этому месту посещаемость. Такую попытку мы и  сделали.

- Эту попытку, к сожалению, я вижу только на Вашем столе.

- Конечно, потому, что все, что зависит от нас, мы сделали. Понимаете, как архитекторы – мы сделали все: прощупали проблему, акцентировали точки, уже следующий шаг – не архитектурный, а политический. Вопрос финансирования – это не наша задача. Этот вопрос остался за правительством. По моей личной инициативе был сконструирован этот проект абсолютно бесплатно. Так же бесплатно отработали  Карчин и Иманкулов. Мы пожертвовали на это свое время. И если эта проблема государственная, а не частная, то чиновники должны обратить на это внимание и выделить какие-то средства.

- А Вы считаете, эта проблема государственная?

- Не я так считаю, так считает Закон! Закон об охране памятников – это государственная проблема.

- Раз некто не выполняет Закон,  с него спрос по закону – подадим иск на мэрию?

- Я уже знаю, что мэрия ответит вам – у нас нет возможности профинансировать этот проект. Все. И никакой иск никто не примет. Потому, что в бюджете, действительно, большая дыра. Поэтому нужно не иски подавать, а искать альтернативные  источники финансирования, привлекать бизнесменов.

- Уже были попытки?

- Да. Была попытка привлечь  семью Терентьева, и они, по-моему, не отказывались. Продолжения истории я не знаю.

Я считаю, что городу нужен детский центр. В том усеченном варианте, в котором работает кукольный театр, со своими смешными 150 посадочными местами, начинать реконструкцию смысла нет. Это с точки зрения архитектурной составляющей. Коммерческая сторона доказывает, что только  большой детский центр и даст самоокупаемость.

- Назовите сумму, которая необходима, чтоб этот проект претворился в жизнь.

- Точную сумму трудно назвать. Чем больше будет выделено, тем эффективнее будет работать парк. Мы все привыкли считать деньги уже на начальном этапе строительства – сколько нужно денег, чтобы построить дом? Если мы вложим 2 миллиона – он будет жить, если вложить 3-4 миллиона, мы будем гарантировать, что он будет жить долго без капитального ремонта.

- Ну, назовите сумму, оптимальную для такого проекта, на Ваш взгляд. Ведь, Вы сами занимались эскизом.

- Я думаю, что это обойдется в 10-15 миллионов долларов. Потому, что нужна реставрация, реконструкция, можно сказать полное восстановление сгоревшего дома и, конечно, посадки деревьев.  Этот дом – типичный пример жилищной архитектуры конца позапрошлого века. Таких домов у нас очень мало, могу сказать, что они практически не сохранились. Его необходимо восстановить как музейный экспонат.

Дело еще в том, что наивное представление общества о том, что памятники восстанавливать не нужно, как-то уж очень нерушимо, особенно в последнее время. Считается, что памятник – это скульптура. И, спрашивается, зачем восстанавливать железо, если жизнь у него вечная?

Многие, наверное,  не понимают разницы скульптурных и жилищных памятников. Скульптура может стоять долго, она статична. Архитектура тоже статична, но в ней есть динамика жизни. Великий архитектор Ветрувий определял памятник архитектуры как триаду: утилитарная, конструктивная и эстетичная функция. Только когда эта триада сохраняется, мы можем назвать памятник произведением искусства. Со временем,  рушатся и произведения искусства, и он в процессе жизни может и должен меняться.

- Но меняться не так,  что скоро произведение искусства будет невозможно отличить от сортира.

- Совершенно согласен. Внешне его нужно восстановить совершенно так, каким он был до этого. В тех же конструкциях и материалах. Но кроме этого, в него нужно вложить жизнь. Конечно, там уже не будет жить мэр Бишкека, но какая-то функция в нем обязательно должна присутствовать. В данном случае, мы предлагаем вложить в него музейную функцию. Так принято во всем мире. Если этого не сделать – дом умрет. Он опять сгорит, развалится, там побьют стекла.

- На Вашем эскизе кроме памятников как таковых – дома Терентьева, Дома пионеров и кукольного театра я вижу еще массу зданий. Они как-то разбавляют старинный архитектурный стиль памятников своей суперсовременной конструкцией. Если мы будем восстанавливать там памятники культуры, зачем это «новое» там?

- Вы сами понимаете, сегодня в моде «экспансия» и тихий захват парковых территорий города. На этом участке, который мы сейчас называем парком Кычана Джакыпова осталось всего 3 с половиной гектара из былых 9. Не хотелось бы, чтобы и остальную территорию  захватили, поэтому мы и придумали такое сооружение, которое отделило парк от города. Чтобы не появилось желания у многих желающих настроить здесь какие-то коттеджи.

- А что это за здание, которое служит своего рода забором?

- Это здание одновременно гараж для автомашин (парковка) в подвале и выставочный павильон.

То есть, если читатель представит сейчас улицу Советскую (ныне Абдрахманова), вдоль нее предполагается построить трех этажный  выставочный павильон, в котором предлагается организовать экспозицию различного характера как историко-этнографического, так и художественного (изобразительное искусство, детское творчество и т.п.), в цокольной и подвальной части здания парковка на 100 машин.

 

«Вход организован с угла пересечения улиц Советская и Мичурина с сохранением и реставрацией существующей входной колоннады через здание музейного комплекса,- продолжает главный архитектор Мазманов, -  в котором установлен макет города – наиболее знаковые здания существующие, вновь проектируемые и утраченные.

В результате реализации проекта город получит детский парк, своеобразный культурный центр,  функционирующий полноценно, интенсивно, место отдыха детей и взрослых, развлечения и воспитание подрастающего поколения.

 

PS.

Бесспорно, проект Мазманова по реконструкции заброшенного, но наполовину расхваченного парка блестящий. Но слишком уж много «нового» в этом исключительно историческом месте.  Посадка зеленых насаждений, реставрация Дворца пионеров и дома Терентьева, реконструкция кукольного театра – это все правильно и хорошо, но  строительство музейного комплекса для художественной, историко-этнографической экспозиции и куча всяких разных красивых высоких зданий (по крайней мере такими они кажутся на эскизе) – это уже лишнее. То, что их выкупят или даже заберут под пентхаусы или собственные офисы нет сомнения. Место будет хоть и шумное, но невероятно престижное. Только представьте: мой офис находится на территории усадьбы первого головы этого города. Круто?

Радует, что на эскизе зелено. Терентьев любил флору. Сам высаживал деревья. Кстати, прям над его домом склоняется одна-единственная старая сосна – дерево, посаженное его руками. Об этом мне рассказали в Министерстве культуры. Удивительно, конечно, что ее еще не вырубили и не выжгли. Так вот радует, что на территории предполагается все это восстановить. Но кроме зеленых насаждение и ландшафтно-композиционных фрагментов, предполагается и  парковая скульптура, элементы аттракционов по технологии Диснейленда. Замахнулись, однако.

 

Россия тут не при чем

Некоторые бишкекчане считают, что поддержать идею о реконструкции терентьевского дома должно Российское Посольство. В прессе масса публикаций о том, что Посольство РФ интересовалось  восстановлением  дома. Мы спросили об этом первого секретаря Посольства РФ в Кыргызстане Харченко Виктора Алексеевича:

- Я специально обратился  с вашим вопросом к экс-послу Российской Федерации в Кыргызстане Валентину Степановичу Власову, который сейчас  находится в Москве. В ответ получил следующее: «Кыргызстан – это суверенное независимое государство. Посольство России не имеет никакого отношения к архитектурным памятникам, находящимся на территории другой страны. Мы просто по закону не имеем права инициативно выступать с теми или иными предложениями. Это прерогатива Министерства культуры Киргизии».  Единственное, что я мог бы сказать в этом случае, - предложил Виктор Харченко, - это объединенными усилиями двух министерств – Киргизии и России помочь в осуществлении этого проекта.

 

Как продают историю и культуру

За комментарием мы обратились и в Министерство культуры КР. Заместитель министра культуры и туризма Кудайберген Базарбаев ответить на наши вопросы  не смог. По его словам «он новый человек в ведомстве, работает всего 3 месяца». Он уже побывал в доме Терентьева (вернее будет сказать не в доме, а в том, что от него осталось), но лучше знаком с ситуацией директор Научно- исследовательского проектного института при Министерстве культуры. На все вопросы нам ответил директор НИПИ «Кыргызреставрация», профессор Джумамедель Джумабаевич Иманкулов:

- Когда–то парк занимал около девяти гектаров. В парке располагался дом Ильи Терентьева, в котором он жил с женой. Был еще один терентьевский дом, который находится возле Американского университета. Его отреставрировали еще при Советском союзе, сейчас в этом двухэтажном здании располагаются разные организации.

А многострадальная усадьба Терентьева, которую вот уже много лет по очереди пытаются воскресить различные ведомства и организации, так и разрушается с каждым годом, эти разрушения мы фиксируем каждый год, это видно на снимках разных лет.

- Разрушается сама по себе или ее еще искусственно разрушают?

- Дом поджигали уже 2 раза. На это есть акты милиции и пожарников.

- Нашли дикарей?

- Нет, не нашли. Проблема еще в том, что закон не исполняется. С того дня как Кыргызстан стал независимым, закон по охране памятников как будто перестал действовать. Я работаю в «реставрации» всю свою жизнь. Все, что осталось от той организации, которая в советское время охраняла памятники – это мы – жалкое было величие. Мы выживаем, как можем. Единственная организация еще с советского времени «Организация охраны памятников» приказала долго жить – сейчас от них осталось только название. И сегодня над нами стоят уже другие силы, которые решают. Деньги выделяться перестали, и памятники стали никому не нужны. Вернее будет сказать, что восстанавливать их никто не хочет. А территорию расхватывать и делить готовы все.

- Расскажите нам подробно всю историю с этим парком. Кто и что хотел захватить? Раз вы в этой системе больше 20 лет, вы должны знать все, что испытал этот многострадальный дом.

- Начну с того, что общая территория парка составляла раньше около 9 гектаров. Сейчас от парка осталось 3,75 гектара. Это чтоб было понятно, что к остальной земле мы теперь отношения не имеем, и говорить о ней что-то, кроме того, что она чужая мы теперь тоже не можем. А дело было так. В конце 90–х годов часть этого парка была отдана под жилые дома. Это примерно то, что сейчас мы видим в парке Ататюрка. Тогда это было сделано по инициативе Кадырбекова, в то время он занимал очень высокие должности. Эта часть территории (директор показывает на самую верхнюю часть парка, которая как бы спрятана и отделена, то есть находится она не «на виду», не со стороны Советской, а в глубине Александровского переулка) была захвачена под жилую застройку. Он сам застроил там дома себе и своим знакомым.

- Эту территорию так и не отвоевали?

- О ней теперь не должно быть и речи, от парка она теперь отошла. Так вот, территория парка Кычана Джакыпова, где и расположена усадьба  Ильи Терентьева, за последние 15-20 лет переходит из рук в руки. В самом начале его передали Министерству охраны окружающей среды. В то время в СМИ было много публикаций, что, мол, наконец-то у парка нашелся «хозяин», теперь его наконец-то восстановят. Но не сделано было ничего. Наоборот, городской отдел охраны окружающей среды вырубил часть парка под предлогом санитарной очистки. Но вырубили этот участок под футбольное поле.

- Поле для сотрудников Министерства что ли? Или для кого-то вырубали?

- По всей видимости, для городского отдела министерства охраны окружающей среды, хотя тогда уже появлялись торгово-частные отношения. Но главным обещанием у министерства было восстановление дома Терентьева. В соответствии с законом, они обратились к нам, так как этими работами занимается только специализированная организация. И работа началась. Мы сделали проект «с листа». Они уже начали укреплять фундамент и поставили новые стойки. Но поработали они только месяц, потому, что на этом прекратилось финансирование, и мы даже не успели завершить документацию. Так домик и остался неотреставрированным. Затем эту территорию у них забирает мэрия, в связи с тем, что ведомство не выполнило своих обязательств. И в 2002-2003 годах, еще при Акаеве создается Национальный Культурный Центр (НКЦ). В задумках это центра было опять же отреставрировать территорию. У них были невероятно грандиозные задумки. Но, увы, сделать они ничего не сделали, и как раз в это время возникает ассоциация «Дордой». Ту самую «футбольную» территорию бывших «хозяев», о которой я вам рассказал, они выпросили себе.

- Что значит «выпросили»? Это ведь государственная территория, на тот момент это было законно?

- Да, государственная, абсолютно верно, но тогда они это оформили на уровне решения правительства. Появилось соответствующее постановление правительства. Однако парк имени Кычана Джакыпова как отдельный объект республиканского значения внесен в Список памятников истории и культуры Кыргызстана. И значит, в соответствии с законом возводить на его территории капитальные сооружения нельзя. Тем не менее, власти дали на это свое согласие. Правительство выделило им эту территорию на 49 лет. А что такое 49 лет? Это, можно считать, на всю жизнь. Через полвека сменится поколение, люди и забудут, на какой срок это выделялось. Кто придумал такую форму аренды госимущества, мне до сих пор неизвестно. Так вот, взяв эту землю в долгосрочную аренду, они пообещали помочь в реставрации этого дома, благоустройстве территории, ограды там сделать и так далее. В этом решении было также сказано, что «съемщики», так сказать, должны были платить аренду НКЦ в размере 20 тысяч сомов в месяц. Вы можете себе представить? 20 тысяч сом за территорию в центре города в 2 с лишним гектара! Это на смех курам. По муниципальным расценкам мэрии, эта земля стоит больше 3 миллионов долларов. А под видом благих деяний – футбольной площадки «дордоевцы» построили там огромные спортивные объекты и сооружения. Но этого нельзя было делать! Это парковая зона.

- Во времена Бакиева что-то поменялось?

- Буквально за месяц до последней революции за подписью Усенова (экс-Премьер министр. – Прим.авт) ВСЯтерритория, включая зону дома Терентьева, была отдана «Дордою» под строительство культурно-развлекательной зоны.

- Место было продано или отдано в аренду?

- Дословно – «передано на 49 лет». Времена Бакиева, замудренные указы, удивляться нечему. Но они продумали на два шага вперед: незадолго до этого выходит указ президента Бакиева, подтверждающий распоряжение Усенова. Но в конце указа очень правильно написано: «всю процедуру передачи провести в соответствии с Законом КР». Но если бы это было в соответствии с законом, Премьер министр не должен был издавать такой указ, потому, что в законе сказано, что данный парк состоит в списке памятников и занесен в охранную зону генерального плана города Бишкека. Что, соответственно, запрещает строительство каких-либо сооружений. Парк должен оставаться парком. В общем, в то время, они неплохо договорились. Одним словом, решением правительства оставшиеся гектары парка также передавались бизнесменам.  Потом свершилась революция и «послереволюционный» министр культуры Мамбеков направился к Розе Отунбаевой и вскоре ею, как президентом Временного Правительства был издан указ вернуть оставшуюся территорию Министерству культуры и восстановить его ландшафтно-природную целостность как парка. А на ту самую территорию, которая была им «передана» еще при Акаеве, где сейчас и располагается футбольное поле «Дордой», было сказано перезаключить договор с Министерством Культуры, чтобы этот договор был выгодным для Министерства и в первую очередь, для парка. После этого сменился уже не один министр. И договор этот так и не перезаключили. В прошлом году на территории парка появилась техника, начались строительные работы. Когда я приехал на место и стал выяснять, что происходит, мне объяснили, что есть договор с национальным культурным центром при Минкульте, на балансе которого и находится парк, на строительство здесь культурно–развлекательного центра.

То, что уже возведенные и действующие спортивные сооружения никто сносить не будет, ясно всем. Проект восстановления парка имени Кычана Джакыпова, предлагаемый «Кыргызреставрацией» и профессором Иманкуловым создан в противовес будущему культурно–развлекательному центру. Ведь это нынешнее строительство, по словам Иманкулова, опять противоречит последнему постановлению правительства и осуществляется без утвержденной проектной документации.

 

Памятники как инструмент для бизнеса

- Вы сказали, что были у архитектора Мазманова. Я скажу вам свою точку зрения на его эскиз. То, что предложил Мазманов не лезет ни в какие рамки. Он – человек, который совершенно не представляет, что такое памятник. Его эскиз «смоделирован» под бизнес. У него совершенно иные цели. Эти огромные здания на территории парка предназначены исключительно под офисы. В целом, он не имел права проектировать эти объекты. Потому, что в законе черным по белому написано, что эти работы выполняются специализированными организациями. А в республике такая организация единственная – это мы – «Кыргызреставрация». Он это сделал самостоятельно, хотя Главархитектура – это орган, который раздает территории в городе, а не защищает и охраняет памятники. Они просто увидели еще один участок, который можно распродать или раздать под видом реконструкции и придания ему нового облика.

- А что предлагаете Вы и Ваш институт?

- Мы предлагаем восстановить парк в его первоначальном виде. Сделать это вполне возможно, так как сохранилась вся необходимая документация. Начнем с того, что самым ценным компонентом памятника являются редкие породы деревьев, которые высаживал здесь еще сам Алексей Фетисов, немало труда вложивший и в Карагачевую рощу. В конце 80–х годов прошлого века специалистами Ботсада и Института леса Академии наук была проведена таксация растений. Зафиксированы не только породы деревьев, их количество, но и место расположения в парке. Росли здесь крымские сосны, японский и канадский тополь, дуб черешчатый, вяз гладкий, орех грецкий, японская софора, другие растения. На макете древесный состав парка восстановлен полностью.

Арка перед входом в парк еще стоит. Сохранилась и одна–единственная скульптурная фигурка, созданная еще Ольгой Мануиловой. Реставраторы предлагают восстановить все садово–парковые скульптуры, пешеходные и велосипедные дорожки.

На территории парка был водоем. Здесь под небольшими навесами - летняя зона отдыха, читальня. Никаких бизнес-центров я на территории парка не вижу. Единственное, мы предлагаем построить несколько детских кафе, в пределах нормы разместить игровые площадки, всевозможные горки. Парк рассчитан на детей до 12–14 лет.

 Дом Терентьева, внесенный в Список памятников истории и архитектуры - очень интересное с точки зрения архитектуры здание. Тут видны традиции как русской архитектуры, так и среднеазиатской культуры. Это очень важно. Это как образец наших тесных отношений. Этот охраняемый объект можно отреставрировать и сделать, например, музеем деятелей русской культуры. Помещения в принципе можно и сдавать. В списке охраняемых государством объектов числится и здание бывшего Дворца пионеров, также находящееся в плачевном состоянии.

По словам Иманкулова, легко восстанавливаются и все коммуникации парка. При грамотном подходе в центре города может появиться уникальный, причем единственный в столице детский парк. Авторы проекта предусмотрели все. Есть здесь и автостоянка.

Специалисты с горечью говорят, что столица с катастрофической скоростью уничтожает сама себя. Ведь парки - это не просто зеленый наряд. Они выполняют еще и санитарно–защитную функцию. В настоящий момент количество зеленых насаждений, приходящихся на одного жителя Бишкека, в два–три раза меньше нормы. И ситуация постоянно ухудшается. Постепенно застраиваются участки земли в Карагачевой роще. Парк Панфилова превратился в один сплошной аттракцион.

Неравнодушные к истории своего города люди трудились над чертежами три месяца ради оставшегося кусочка парка размером в 3,75 гектара. Именно эту территорию они и предлагают восстановить. Причем так, чтобы парк вновь стал достопримечательностью кыргызской столицы. Специалисты считают, что при умелом подходе и должном финансированиимечты станут реальностью года через полтора–два.

                  

Отдам парк в хорошие руки

- Мы прекрасно понимаем, что государство восстановить парк не сможет, так как денег у него на это нет, - говорит Джумамедель Иманкулов. - Но территорию можно отдать в долгосрочную аренду какой–нибудь фирме, именно с условием восстановления. Работая над проектом, мы ставили перед собой цель - показать, каким должен быть исторический парк. Я видел уже не одно предложение по его реконструкции. Все они нацелены на то, чтобы в первую очередь заработать. И не обязательно пичкать территорию кучей аттракционов и качать оттуда деньги. Это неправильный подход. Парк есть парк. В нем не должно быть никаких посторонних объектов. В нашем проекте кафе, аттракционы, стоянка тоже могут быть платными. Вот вам и заработок. Нужно лишь найти инвестора.

- Я читала о том, что Аскар Салымбеков и его «Дордой» уже вот-вот приступают к реконструкции. Вернее, выделяют на это средства. Об этом говорил сам Аскар Мааткабылович в своем недавнем интервью.

- Я лично встречался с владельцем ассоциации «Дордой» и мы не раз говорили с ним на эту тему. При экс-министре Шадиеве была договоренность, что они выделят средства на реставрацию дома Терентьева. Почти договорились, сменился министр и они передумали выделять средства под видом того, что проектная документация слишком дорого стоит, хотя мы снизили стоимость этой документации вполовину. У них была попытка сделать этот проект самим, наняв своего архитектора. Этот человек приходил ко мне с этим проектом, но ничего ценного я там не увидел. Там не было и речи о сохранении ценностей парка, они хотели просто напичкать его аттракционами или привлечь туда лунапарк. Одним словом, выполнять обещание они отказались, и работа встала. Я могу сказать, что благодаря «Дордою» парк наполовину загублен, несмотря на то, что в каждом своем интервью Салымбеков говорит, что он построил это для детей и какое он хорошее дело сделал. А то, что он взял эту территорию бесплатно, уничтожил парк и нарушил закон? Не спорю, детям нужен стадион, никто не запрещает юному поколению заниматься спортом. Но все это можно было построить именно в этом месте. Сейчас, увы, на закон уже никто не смотрит. Однако все в городе должно строиться в соответствии с генеральным планом, необходима проектная документация. Любое строительство в охранных зонах запрещено. Если же что–то намечается, непременно должно согласовываться с госорганами по охране памятников, Минкультом. Увы, никто этого не делает. А власти смотрят на происходящее сквозь пальцы.

- Последний вопрос. Что сейчас вы намерены делать в отношении этого парка и усадьбы?

- Сейчас этот вопрос остается открытым. У нас, как вы видите, есть свой проект и мы будем искать спонсоров, кто возьмется восстановить этот парк в том первоначальном виде, в котором он должен быть. Территория данная принадлежит министерству культуры, и мы готовы выделить территорию на 49 лет, с условием, что они будут содержать место как памятник, а не место для выкачки денег.

Открою завесу тайны и расскажу вам, что я связался с Ассоциацией российских соотечественников в Кыргызстане, они заинтересовались и готовы отреставрировать дом Терентьева, кукольный театр, озеленить территорию. Лично меня такое решение проблемы устраивает. Я даже готов отдать им землю на 49 лет.

 

Анна Мягчилова  


Версия для печати   |   Просмотров: 2491   |   Все статьи

Мы и мир

Опрос



Главная